Подарок Санта-Клауса - Маненкова С. - Страница 31

– Значит, ты покидаешь Джо, – заметила Руби, присаживаясь рядом с ней на цветастый диванчик и кладя Диллона на колени, – но почему? Разве он не знает, что любит тебя?

– Не знает. Он предлагал мне остаться в качестве горничной.

– Позволь мне погадать. Вы спали в одной постели?

– Лишь дважды.

– Вот глупый, – вздохнула Руби и вручила ребенка матери, так как чайник засвистел, – хотя красавчик. Не думаю, что он мужчина, привыкший любить.

– И быть любимым, – добавила Сильви, подразумевая дочь Хэнка, – так что для меня лучше всего – уехать, прежде чем мое сердце вновь разобьется.

Руби взглянула на Диллона:

– Его папаша, похоже, поблизости не слоняется?

– Нет. Он в поисках зеленых пастбищ… нашел дочь фермера-скотовода, у которого, наверное, денег куры не клюют. А повар скорых блюд из Норт-Платта не смогла долго быть ему интересной.

– Прошу прощения, дорогуша, – сказала Руби, расставляя фарфоровые чашки на полированном чайном столике, – мне кажется, тебе нужно освежиться.

– Что ты имеешь в виду?

– Я имею в виду новый облик. – Подавшись вперед, она потрогала волосы Сильви: – Хорошая стрижка, эффектное осветление, легкий макияж. А почему бы тебе не переночевать у меня? Спальня, еще одна, у меня имеется, а я бы сотворила с тобой удивительные вещи. Будешь выглядеть абсолютно другой женщиной.

Сильви почувствовала, как в ней шевельнулась надежда.

– Мне, пожалуй, именно это и надо.

– Я сейчас вернусь. – Руби ушла в свой салон и вернулась со стопкой журналов. – Пока пьешь чай, полистай, здесь масса причесок, а потом вместе решим, насколько красивой ты хочешь быть.

– Я и сама не знаю, – увильнула от ответа Сильви, – а у тебя получится?

– Легко, дорогуша. Будешь чувствовать себя намного уверенней. Для этого и существуют парикмахеры.

– У тебя же не те мозги, что Бог дал курице! – кипел Хэнк. Грохнув кофейной кружкой о рабочий стол, он налил в нее бурды, такой мерзкой, какой за последние двенадцать дней здесь не пробовали.

– А чего ты от меня хотел? Чтобы я на ней женился?

– Да, черт возьми! – Старик метался взад-вперед перед холодильником. – Именно этого я от тебя и ждал, но мне следовало знать тебя лучше… Конечно, требуется мужество, чтобы взять свое сердце и отдать какой-нибудь девчонке на растерзание. Знаю, твое уже однажды разбили.

– Я не…

– Ты однажды, очень давно, хотел жениться на моей дочери. – Хэнк сверлил его свирепым взглядом. – Разочаровался и всю оставшуюся жизнь так и будешь бобылем ходить, да?!

– Плохо же ты меня знаешь. – Джо смотрел на него так же свирепо.

Хэнк поднял брови:

– Лучше узнать уже не получится. Я вот решил отделиться да повеселиться слегка.

– Что, женишься на Руби Ди?

– Сам не знаю. Мы, возможно, оба сейчас на распутье, но главное в том, – он ткнул пальцем в молодого родственника, – что я не сижу на месте и не хнычу.

– Да я не…

– Ты был бы хорошим отцом ее малышу.

– А если она до сих пор любит его папашу? – даже произносить это вслух причиняло боль.

– Ты спрашивал ее об этом?

– Гм, нет, но…

Хэнк снял с крючка куртку Джо и протянул ему:

– Давай-ка тащи свою задницу в город и обрадуй честную девушку, иначе поеду я, вместе с внуками.

– Это не твое дело, Хэнк. – Джо так измотался, что мог бы сейчас заползти под стол и уснуть, но вместо этого взял куртку и швырнул ее на стоящий рядом стул. Никуда он не поедет, по крайней мере сейчас. – К тому же Сильви в Уиллуме нет, она, вероятно, уже на полпути к дому.

– Согласно моим источникам, она все еще там, – заявил старик, – и, к твоему сведению, молодой человек, это мое дело, раз мои внуки несчастны, а они до сих пор ревут, после того как Сильви вчера утром уехала. – Он выплеснул остатки кофе в раковину. – Не могу пить эту дрянь.

– Не собираюсь я жениться только из-за того, что ты хочешь хороший кофе, а детям нужна мать.

Положив голову на руки, Джо уставился в пространство.

– А кто говорит об этом? Ты в последнее время в зеркало на себя смотришь? Видок хуже некуда. – Хэнк вытащил стул и уселся. – Послушай, сынок, – сказал он, откашлявшись, – все эти годы ты не мог сказать моей Дэб, какие чувства к ней испытываешь… И я так думаю, что у тебя вошло в привычку, гм, держать язык за зубами. Понимаешь, что я имею в виду?

– Не совсем, – у Джо шумело в голове. Не следовало ему прошлой ночью заливать горе.

– Если любишь женщину – и если она не замужем, – то должен иметь достаточно мужества, чтобы крикнуть об этом с крыши сарая; понимаешь, о чем я говорю? И это совсем не стыдно, это – часть мужской природы, – продолжал Хэнк.

– Я думал, что всегда буду любить Дэб.

– И я любил свою Лору. Но ведь мы живые, сынок. Неизвестно, сколько еще нам суждено ходить по этой земле, но с жизнью бок о бок идет любовь.

– Все не так просто.

– Так, уверяю тебя. Не проходит ни дня, чтобы я не затосковал по моей жене. По доченьке. По зятю. Но у меня есть ощущение, что мне повезло, когда я гляжу на внуков. – Хэнк замолчал, вынул носовой платок и высморкался. – И мне опять же чертовски повезло, что я нашел женщину, которая умеет заставить меня порадоваться тому, что я живой. Вот и тебе – то же самое. Любовь не часто приходит, сынок. А уж раз пришла – зубами вцепись, но не упусти!

– Я схожу подышу воздухом. – Джо встал, схватил куртку и направился к двери.

– Если хочешь сэкономить время, – крикнул вслед ему Хэнк, – отправляйся прямо в салон красоты!

Джо не потрудился ответить. Он не поедет в город. Просто сядет в джип, поедет по дороге и… проверит забор. Точно, это он и сделает. И если так случится, что он доедет до Уиллума, то уж точно не затем, чтобы разыскать Сильви.

Однако к тому моменту, когда Джо достиг городской черты, он понял, что найти Сильви – это именно то, что он намеревается предпринять. Ему необходимо знать, что с ней все в порядке. Было бы неправильно для нее и малыша остаться одним в этом огромном мире и рассчитывать лишь на собственные силы. Черт возьми, он даже адреса не спросил, чтобы дети могли ей написать.

Он толком и не знает, что скажет, когда увидит ее. «Вернись»?

Этого, вероятно, будет недостаточно. Ему следует быть более убедительным, но одна лишь мысль о том, чтобы попытаться рассказать ей, что творится в его душе, была непереносима. Никогда в жизни он не говорил ни одной женщине, что любит ее. К тому же Сильви, скорее всего, и не захочет его выслушать.

Пока Джо терзался сомнениями, он выкатил на Мэйн-стрит и осознал, что ему необходимо что-то придумать. Срочно.

Сильви смотрела из окна парикмахерской на Мэйн-стрит.

– Кажется, скоро опять пойдет снег.

Руби оторвалась от последнего номера журнала «Люди»:

– Пожалуй, пора закрываться. Оживления в бизнесе не будет, скорее всего, до самого Нового года. Может, поужинаем в кафе сегодня вечером?

– С удовольствием, только вот Диллон… Ого!

Она протерла запотевшее стекло и посмотрела снова. Ну точно – джип Брокетта заезжает на стоянку перед кафе. Та-ак, сразу не вышел. Голову наклонил, будто читает.

Прошло несколько минут, Джо выбрался из машины и застегнул куртку. Интересно, что это он делает в городе? Он, конечно же, не может знать, что она все еще здесь. Хмурясь, он посмотрел сначала на небо, а потом – вдоль улицы и на витрины салона красоты.

– Что там такое особенное за окном?

– Джо в городе. Ты говорила Хэнку, что я здесь?

– Возможно, сболтнула разок. – Руби отбросила журнал и поспешила к окну. – Идет сюда. Упс! Куда ж ты в лужу-то, осторожнее!

– А зачем ему приезжать сюда?

– За тобой, дорогуша, зачем же еще?

– Может, постричься захотел. – Она обернулась, чтобы посмотреть на Руби, которая уже направилась к двери. – Не оставляй меня с ним наедине! Не хочу выглядеть дурой.

Руби, вздохнув, взялась за щетку:

– Ладно, я поподметаю пару минут, но буду держаться от вас как можно дальше.