Радужные надежды - Уэверли Шеннон - Страница 10

— Что? — Она пригладила рукой волосы, одернула платье, думая, что он заметил какой-то беспорядок в ее прическе или одежде.

Джефф растерянно заморгал. Она выглядела такой ранимой. И очень красивой.

— Ничего, — сказал он, нахмурившись, и стал смотреть на океан. — Я возвращаюсь в город. Мне нужно быть в суде в половине второго.

— Гм… — Она взглянула на часы. — Я должна вернуться в свой магазин.

Они пошли по тропинке.

— Извини, что помешал тебе поразмышлять здесь, — сказал он.

— Ничего. Сегодня боги не соизволили вразумить меня.

Джефф не сводил глаз с тропинки, когда они спускались к своим машинам. Приятная передышка, думал он, приятный перелом в натянутых отношениях.

Он подошел к своему автомобилю и смотрел, как Марион садится в свой. Они поехали в город. Был уже полдень, никто из них еще не ел…

— Марион! — позвал Джефф.

Она опустила боковое стекло.

— Да?

Это какой-то абсурд, подумал он, мое сердце бьется так, будто я мальчишка, впервые в жизни назначающий свидание!

— Э… ничего. Я буду дома… — он запнулся, — около десяти.

Глава пятая

Пообещав приехать в десять, Джефф вернулся домой около часа ночи. Марион не могла заснуть, ее мучил вопрос, где Джефф мог задержаться. Впрочем, если честно, то она знала, где он.

Сейчас, рассматривая свое отражение в зеркале, глядя на опухшие глаза, она проговорила в сердцах:

— Черт бы тебя побрал, Джеффри Кент!

Обидно бездарно начинать любую субботу, а тем более эту, подумала Марион. Ладно — голова разламывается… брак разваливается, но она должна во что бы то ни стало заниматься свадьбой сестры! Не менее важная задача, чем запись на венчание в церкви, — найти подходящее место для торжественного приема.

Марион приняла душ, высушила волосы и надела удобное вязаное платье из хлопчатобумажной пряжи. Все это время она слышала, как Джефф ходит по кухне. Хотя он вернулся домой очень поздно, но проснулся раньше ее. Марион надевала свои золотые украшения, когда услышала, как он уехал на работу. У Джеффа была привычка работать по субботам. Марион глубоко вздохнула, не зная, радоваться тому, что он уехал, или огорчаться.

Но вот минутное замешательство прошло, и Марион почувствовала облегчение. Она очень болезненно переносила его присутствие. Что бы они ни обсуждали, пусть даже какой-нибудь пустяк, у нее перед глазами была одна картина: Джефф наедине с Тиффани. Это было невыносимо.

Придя на кухню, Марион достала из ящика большой телефонный справочник и блокнот, решив, что большую часть работы сделает прямо здесь, обзванивая и помечая, где есть свободные места. Так у нее получится список ресторанов, по которым она будет ездить и выберет наконец то, что ей подойдет.

Конечно, Марион понимала, что, обратись она к Бронвин, ей бы дали гораздо более подробный список, чем в телефонном справочнике, да еще с указанием, какие залы можно забронировать.

Марион собралась было позвонить Бронвин и извиниться перед ней, но не смогла пересилить себя. Нет, она не в состоянии забрать обратно свои слова, будто предание о церкви — пустая выдумка и у церкви нет никакой волшебной силы. И потом, у Марион не было желания слушать рассуждения Бронвин, что они с Джеффом буквально созданы друг для друга. К тому же она сказала вчера Джеффу, что справится со всем сама.

Целых два часа Марион обзванивала рестораны, и все безуспешно. Она была в полном отчаянии. Подготовить свадьбу за три недели — это просто безумие! Тут она услышала, что машина Джеффа подъехала к дому.

Сердце Марион забилось сильнее. Почему он так рано вернулся? Хлопнула дверца машины. Раздались его торопливые шаги по веранде. Джефф вошел на кухню, бросил портфель и газету на стол и направился прямо к кофейнику. Марион украдкой взглянула на него — он выглядел очень мрачным.

— Джефф, что случилось?

Он поставил кружку с горячим кофе на стол и спросил:

— Как ты могла так поступить, Марион?

Она выпрямилась:

— Как?

— Вот! — Он протянул ей газету.

Она развернула газету.

— О, мое интервью! Я не ожидала, что его опубликуют на этой неделе. — Марион поморщилась, увидев свое фото в газете, где она была изображена в своей мастерской.

Статья была задумана как рассказ о Марион и ее творчестве, но Марион ухитрилась перевести интервью с основной темы на ее работу в Комитете по охране природы и сделать несколько замечаний в адрес корпорации «Си-тем».

— О, Джефф, это интервью посвящено исключительно местным проблемам. Подумаешь, какая-то газета из маленького городка!

— Но эту газету читают наши избиратели. — Джефф ходил по кухне, сжимая руками затылок. — И когда ты успела стать такой активной?

Несмотря на подавленное настроение, она засмеялась.

Джефф взял стул, перевернул и сел на него верхом, уставившись прямо в лицо Марион.

— Ты страшен как черт, Джеффри, — проговорила она.

— Ну и пусть. — Он развязал галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

Марион опустила голову и обратила глаза на свои каракули в блокноте. Не в силах больше переносить пристальный взгляд Джеффа, она встала и подошла к кофейнику. Но потом передумала. Вторую чашку кофе ее желудок не примет.

— И что же так тебя разозлило в этой статье? — спросила она.

— Ты играешь не по правилам, Марион. Все твои нападки на «Ситем» основываются на твоих личных эмоциях. То, что ты сказала в интервью, совершенно не соответствует действительности! — Джефф отпил глоток кофе, держа кружку обеими руками. — И потом, предполагалось, что интервью будет посвящено твоему основному занятию — ювелирному делу.

— Я использую любую возможность, какая подвернется. А ты, Джефф, — ты пытался пробить идеи «Ситем» по телевидению!

— Только по местному кабельному, — сказал он, защищаясь.

— Только? Ты печатаешь свои статьи в пользу «Ситем» почти в каждом номере местной газеты. Вот и я буду говорить отовсюду, откуда удастся.

Телефонный звонок прервал их пререкания.

— О, это, наверное, из ресторана «Прибрежный». Я им звонила по поводу свадебного приема. — Марион сняла трубку: — Алло!

Но звонили не из ресторана. Звонила Линн из магазина Марион. Просила заменить ее, так как она плохо себя чувствует. Пока Джефф размышлял о статье в газете, Марион обзвонила своих служащих. Ни один не мог прийти, чтобы сменить заболевшую Линн. Вздохнув, Марион прислонилась к стене, где висел телефон. Что же делать? Самой идти в магазин не хотелось, хотя она, как правило, работала там по субботам. Но нет, сегодня она будет заниматься только свадьбой Робин. Кончилось тем, что Марион позвонила Линн и велела ей закрыть магазин.

Подойдя к холодильнику, Марион налила себе стакан молока, чтобы заглушить тупую боль в желудке. Джефф посмотрел на нее, словно ястреб, когда их взгляды случайно встретились.

Снова зазвонил телефон. Марион допила оставшееся молоко залпом и сняла трубку.

— Да, — сказала она.

Это был долгожданный звонок из ресторана.

К сожалению, управляющий «Прибрежного» сообщал ей, что зал для приемов уже забронирован как раз на день свадьбы Робин.

Повесив трубку, Марион подошла к стеклянной двери и стала смотреть во двор.

— Марион!

Она отмахнулась от Джеффа рукой.

— Я не в состоянии сейчас говорить о «Си-тем». — У нее дрожал голос.

Он поднялся и подошел к ней. Его руки, горячие и большие, утешающе опустились ей на плечи. Медленно и нежно он стал массировать ей напряженные мышцы шеи.

— Чем ты занималась все утро? — спросил он. От его дыхания ее волосы затрепетали. Она вздрогнула.

— Пыталась найти банкетный зал для свадебного приема.

— И что же, ничего не удалось найти?

На глаза Марион навернулись слезы, но она удержала их.

— В двух ресторанах залы свободны, но они очень малы. — Марион бросила на него взгляд, полный отчаяния.

— А в «Трактир у гавани» ты звонила?

— Там уже все занято.