Город женихов - Стеффен Сандра - Страница 3

— Я знаю об этом уже много лет.

— В самом деле?

Его многозначительный кивок не слишком успокоил Мэл.

— Может, тебе и неприятно будет это узнать, но об этом известно всем.

Мэл невольно поднесла руку к горлу.

— Но я никогда, ни одной живой душе…

— Разве в Джаспер-Галче это имеет значение? Если не веришь, спроси у кого хочешь, — ответил Клетус, щелкнул подтяжками и, больше ни слова не говоря, отправился к группе своих приятелей, поджидавших его у сарая.

Мэл потрясенно смотрела деду вслед. Если всем вокруг известно про ее увлечение этим невеждой Клейтом Карсоном, разве сможет она впредь вести себя, как ни в чем не бывало? Но откуда им всем знать? Она и Клейт задушевных разговоров никогда не вели. Почему же дедуля решил, что все в городе знают про ее чувство? Клетус Мак-Калл и был удивительным человеком. Он взял к себе ее и Вайета после того, как утонули их родители. Мэл тогда было всего шесть лет. Дедушка жизни не пожалел бы для нее и для Вайета, и она в Клетусе души не чаяла. Однако в его проницательности Мэл все же усомнилась. Он посоветовал ей спросить у других… Заметив неподалеку Джилиан Даниэле, Мэл направилась к счастливой невесте.

— Две свадьбы сразу — разве это не романтично? Разве приходилось нам здесь слышать о чем-то похожем? А посмотри на платье Лайзы! Ну не чудо ли?

Клейт добросовестно старался поддерживать разговор с Бренди Шаффер, но это было не так-то легко. Сначала Клейт думал, что всему виной ее роскошная полуобнаженная грудь, которую Бренди с готовностью демонстрировала. Но потом понял, что дело вовсе не в ее зрелых прелестях. Правда заключалась в том, что ему было с ней смертельно скучно.

— Я просто обожаю, этот оттенок голубого, и мне ужасно нравится, когда складки, как бы порхают юкруг щиколоток. Если Лайза собирается торговать в своем магазине платьями такого фасона, то я абсолютно уверена, что ее дело станет процветать. Ужасно надоели эти ковбойские рубашки…

Интересно, думал Клейт, сколько еще она сможет продолжать говорить, не переводя дыхания. Уголком глаза он уловил какое-то движение поблизости и, еще не успев повернуть голову, уже понял, что это Мэл Мак-Калли. Он повсюду узнал бы ее стройную фигуру и светлые волосы. Она была единственной девушкой, которая никогда не докучала ему бессмысленной болтовней. Мэл вообще была не похожа на прочих женщин, и именно это ему в ней нравилось. Он уже приготовился ослепить ее своей улыбкой, но Мэл прошла мимо и даже не взглянула в его сторону. Клейт только покачал головой. Старушка Мэл продолжает сердиться. Неудивительно. Из всех известных ему женщин Мэл была самой строптивой и вздорной. Но только Мэл и отдаленно не была такой бессовестной, как Виктория. Клейт старался не думать о Виктории. Он женился совсем молодым и совершил большую ошибку. Сейчас ему тридцать шесть лет, и когда он женится в следующий раз, ошибки допускать уже нельзя. Он вовсе не ждал какой-то необыкновенной любви. Главное — это счастье Хейли.

Не вникая в болтовню Бренди, Клейт продолжал время от времени машинально кивать. Про себя он уже вычеркнул ее из числа возможных кандидатур. Да, сложена Бренди прекрасно, но женщине, которой предстояло заняться воспитанием Хейли, не мешало бы иметь кое-что и в голове.

Недели две назад в городе появилась женщина по имени Бриттани Мэттьюз. Со времени приезда она держалась особняком, но Клейт узнал, что она со своей пятилетней дочкой приехала из самого Нью-Джерси. Как только Бренди замолчит хотя бы на мгновение, Клейт подойдет и представится Бриттани. Это действительно прелестное имя.

Глава вторая

Бриттани. Бриттани. Бриттани. Только это и слышала Мэл весь день в своем ресторане.

Поставив на стол поднос с тарелками, она направилась к братьям Андерсон, ожидавшим у стойки с деньгами в руках. По пути улыбнулась Лайзе, Джилиан и Дорали Салливан, кивнула Бриттани Мэттьюз и надменно вскинула голову, минуя Клейта.

— Все в порядке, ребята? — осведомилась она, подходя к кассе.

Нейл Андерсон кивнул, но Мэл сомневалась, что он расслышал вопрос. Нейл был слишком увлечен, обсуждая то, что в данный момент обсуждали все остальные.

— Бриттани… — негромко говорил он своему брату. — Что-то в этом имени такое есть, правда?

— Еще бы, — подтвердил Нэд. — А Клейт не сводит с нее глаз с тех пор, как они уселись за столик.

— Ни на миг, — согласился Норберт. — И я его понимаю.

Нэд кивнул:

— На нее приятно посмотреть. Сам я обычно равнодушен к женщинам с короткими волосами, но для нее готов сделать исключение. А что ты скажешь, Мэл?

Мэл показалось, что у нее начинается головная боль. Бросив взгляд на Клейта и Бриттани, Мэл уже не сомневалась в этом. В облике Бриттани Мэттьюз отсутствовали явные изъяны. Ростом она была не выше Мэл, но ребята говорили правду. Карие глаза Бриттани смотрели дружелюбно, и Мэл понимала, что мужчины вполне могли найти ее темные негустые волосы красивыми. Клейт, должно быть, считал именно так, потому что потянулся через стол и отвел прядь волос с ее щеки. В висках у Мэл словно застучали барабаны.

— Счастливчик Клейт!

— Всегда он умеет подцепить красотку.

— Правду мы говорим, Мэл?

Тут три брата-фермера внезапно замолчали и один за другим украдкой покосились на девушку. Все трое были невысокими и худощавыми, превосходно играли на гитаре. Но никогда не умели попридержать язык. Словно по сигналу, они выложили деньги на стойку.

— Оставь сдачу себе, Мэл.

— Да, оставь себе.

— Пока, Мэл.

— Спасибо, ребята.

Пока Мэл стучала по кнопкам старомодного кассового аппарата и убирала деньги в ящик, Нейл, Нэд и Норберт исчезли за дверью.

Итак, братья Андерсон тоже знают.

Дедушка не ошибся. Два дня Мэл ужасала мысль, что людям известны ее чувства к Клейтону. Для начала она заговорила на эту тему с Джилиан Даниэле — конечно, издалека. Проницательно взглянув на нее, Джил покивала головой и ответила, что Люк что-то такое рассказывал ей. Лайза Макмен ответила в том же духе. А Вайет, помявшись, признал, что давно уже в курсе.

Уяснив себе, как обстоят дела, Мэл решила, что не сможет теперь смотреть людям в глаза. Гордость ее страдала. Но потом Мэл подумала: а ведь ничего на самом деле не изменилось. Она просто узнала общий секрет.

— Добрый день, Мэл.

Ну вот, Клейт сумел подойти к ней неслышно. Она напряженно выпрямилась, вытерла руки о короткий передник и снова направилась к кассе.

— Надеюсь, завтрак был вкусный? — спросила она холодно.

— У тебя еда всегда вкусная, ты сама об этом знаешь.

Бросив взгляд в зал, Мэл успела заметить, как Бриттани Мэттьюз исчезает в дамской комнате. Лайза, Джилиан и Дорали за столиком у окна, по-видимому, были поглощены обсуждением предстоящей свадебной церемонии. С тех пор, как четыре дня назад Клейт сделал ей «вообще-то» предложение выйти за него замуж, Мэл, можно сказать, впервые виделась с ним с глазу на глаз. Чувствуя, как ее снова охватывает гнев, Мэл произнесла:

— С тебя семь долларов и шестьдесят пять центов.

Он протянул ей десятку.

— Долго ты еще собираешься сердиться?

Мэл метнула на него испепеляющий взгляд.

— Думаю, я всегда была на тебя сердита, Клейт Карсон.

Клейт покачал головой и, протянув руку за сдачей, сказал:

— Я это заметил. Но насколько все было бы проще, не будь ты такой упрямой.

Мэл посмотрела ему прямо в глаза:

— Очень романтично.

— Это тебе-то нужна романтика?

Словно спохватившись, что разговаривает громче, чем следовало, Клейт быстро огляделся проверить, не слушает ли их кто. За это мгновение Мэл успела справиться со своими чувствами. Обиден был не вопрос, а сделанное Клейтом ударение на слове «тебе-то». Как будто она — самый последний человек на земле, который может вызвать у него романтические мысли.

Собрав мужество, унаследованное от деда, Мэл расправила плечи и выдвинула ящик с деньгами.