Город женихов - Стеффен Сандра - Страница 8

— Мне нужен любимый человек, дедушка. И еще — ребенок. Может быть, двое детишек. Я обыкновенная женщина с обыкновенными женскими желаниями. Почему Клейту так трудно это понять?

— Тебе не следует забывать, что Клейт — Карсон, а с Карсонами иметь дело тяжелее, чем с большинством мужчин.

Да, верно, подумала Мэл. И все-таки в субботу он обратил внимание на перемены в ее внешности. Мэл не могла похвастаться богатым опытом общения с мужчинами, но даже она понимала, что ей удалось заинтересовать его. Однако Клейт всеми силами противился возникшему влечению.

Ничего, говорила себе Мэл, еще поглядим… Она решила, что изменит кое-что и в своем ресторанчике. Местным жителям полюбилась ее пища домашнего приготовления, но Мэл нуждалась в помощи. Три месяца назад ее лучшая официантка уехала из города. А теперь, когда Лайза вышла замуж, и ее магазин одежды становился все более популярным, она тоже не сможет помогать Мэл по вечерам. Какую-то помощь оказывала Дорали. И Клетус делал, что было в его силах. Но этого было недостаточно.

Над входной дверью звякнул колокольчик, и Мэл взглянула на часы. Было три часа, обеденное время уже закончилось, а вечерний наплыв ожидался не раньше половины пятого. Мэл вытерла руки о полотенце.

— Пойду посмотрю, кто там пришел.

— Захвати это с собой, — дед протянул ей лежавшее на столе объявление, в котором в ресторан приглашались помощники. — Я ничего не имею против чистки картошки, но доктор Мейзи на днях сказал, что у меня руки судомойки. Я, возможно, уже не так молод, но не хотелось бы портить себе репутацию.

Мэл чмокнула деда в морщинистую щеку и, зажав объявление в руке, направилась в столовый зал.

— Мэл! — окликнул ее дед, когда она была уже в дверях. — Может быть, тебе стоит извиниться перед Клейтом за те слова?.. Так ты наверняка сразишь его. А в довершение всего поцелуй его в щеку — как сейчас меня. Если этим ты не положишь его на обе лопатки, тогда уж ничто не поможет.

Не зная, то ли равнодушно пожать плечами, то ли усмехнуться, Мэл вышла в зал через вращающуюся дверь и остановилась. Колокольчик хотя и звякнул, но в зале было пусто. Решив, что случаются вещи и более удивительные, Мэл в задумчивости подошла к окну, чтобы повесить объявление. Возможно, дедушка и прав, советуя ей извиниться перед Клейтом. Но это будет потруднее, чем перемыть гору посуды. Может, подождать, пока Клейт сам заглянет в ресторан? Конечно, после того, что она наговорила ему в субботу, он появится здесь не скоро. А вот поцеловать его… Она всю жизнь мечтала, чтобы Клейт поцеловал ее!

Мэл обозвала себя трусихой. И тут из противоположного конца зала до нее донесся шорох. Мэл вгляделась в дальний угол и заметила внизу, в тени, парусиновую туфлю… светло-каштановую головку…

— Хейли! Это ты?

Хейли Карсон пробормотала неприличное слово.

— Меня в твоем возрасте за такие слова заставляли мыть рот. Сама знаешь, что это слово не слишком хорошее.

Девочка вздохнула. Мэл присела на корточки и заглянула под скамью.

— Почему бы тебе не попросить прощения? И покончим с этим.

— А разве обязательно?.. — тоненьким голоском проговорила Хейли.

— Да, понимаю, это нелегко, но, Хейли, это обязательно.

— Извини.

— Вот и отлично, — отозвалась Мэл. — А теперь скажи: что ты делаешь под скамейкой?

— Ничего.

— Хейли!

— Я опоздала на автобус.

— Ясно. — Мэл ей ни капельки не поверила. — В таком случае ты хочешь, чтобы тебя отвезли домой?

— Не очень.

— Почему не очень?

— А почему я должна отвечать?

Мэл сердито посмотрела на девочку, но втайне осталась довольна, упрямыми нотками, прозвучавшими в голосе юной особы.

— Здесь ты должна отвечать, и все. Вылезай и объясни, в чем дело.

— Лучше я объясню отсюда.

— Нет. Вылезай.

Хейли изогнулась, словно человек-змея на ярмарочном представлении, и выползла на белый свет. Поднявшись на ноги, она целую минуту поправляла на себе рубашку и джинсы.

— Я не хочу сейчас возвращаться домой, — сказала она, пристально разглядывая носок туфли.

— Но почему же?

— Клейтон не слишком обрадуется, когда меня увидит.

— Не думаю, чтобы это было так, Хейли.

— Он страшно рассердится.

Мэл терпеливо ждала продолжения. Но было похоже, что ждать придется долго. Решив, что стоит немного поторопить девочку, Мэл спросила:

— Почему ты думаешь, что твой папа рассердится?

— Ему и правда есть из-за чего…

Мэл подняла брови.

— Ну, хорошо… Он разозлится из-за того, что я сегодня вроде бы подралась в школе.

Это «вроде бы» напомнило Мэл слышанное от Клейта «вообще-то».

Девочка обещала стать настоящей красавицей. Но не раньше, чем пройдет огромный синяк под глазом.

— Болит? — спросила Мэл.

— Не так, как разбитая губа у Бобби.

Не будь положение таким серьезным, Мэл улыбнулась бы мужеству малышки. Виктория Карсон никогда не нравилась Мэл, но эта женщина сумела передать единственной дочке хорошие гены. Хейли напоминала мать сложением и тонкими чертами лица. Слава Богу, если Виктория оставила свой эгоизм при себе. Вздохнув, как обычно при мысли о бывшей жене Клейта, Мэл сказала:

— Твой папа захочет узнать, кто затеял драку.

— Ты так думаешь?

Мэл кивнула.

— Все-таки я знаю его дольше, чем ты. Можешь мне поверить, что он станет допытываться. Бобби начал драться первым?

Девочка снова уставилась на носок туфли.

— Не совсем.

— Значит, это ты его ударила?

— Он заслужил.

— Очень много людей на свете заслуживают хорошей трепки, но, к сожалению, нельзя колотить всех подряд.

Хейли только пожала плечами.

— Ну, пойдем. Я отвезу тебя домой. Моя машина стоит в переулке. Только сначала заглянем на кухню и скажем моему дедушке, куда мы едем. А заодно захватим льда для твоего глаза.

— Мэл! — воскликнула Хейли, едва они сделали несколько шагов. — Ты заступишься за меня перед Клейтоном?

Вглядевшись в серьезное лицо Хейли, Мэл спросила:

— Так Бобби действительно получил по заслугам?

Хейли торжественно кивнула.

— Я замолвлю за тебя словечко. Только при одном условии.

— Что за условие?

— Я все объясню твоему папе, если ты согласишься помогать мне в ресторане.

Хейли широко раскрыла неповрежденный глаз.

— Это будет как настоящая работа?

Мэл кивнула.

— И я смогу зарабатывать деньги?

— За работу полагается платить.

— Ура! А когда можно начать?

— Завтра, сразу после школы. Но сначала нужно спросить разрешения у папы, — сказала Мэл, сдерживая улыбку.

— Он разрешит. Идем, Мэл, отвези меня быстрее домой.

Клейт занимался в загоне с одной из лошадей, когда Мэл с Хейли подъехали к дому. Хейли попыталась спрятать мешочек со льдом, но Клейт сразу почувствовал неладное.

Хейли быстро скрылась в доме.

Пока Мэл шла к загону, Клейт стащил жокейские перчатки и встал, облокотившись на калитку.

— Сильно ей досталось? — спросил он у Мэл и надвинул на лоб потертую коричневую шляпу.

Остановившись в нескольких шагах от калитки, рядом с гревшейся на солнышке лучшей собакой Карсонов по кличке Генерал Кастер, Мэл сказала:

— Помнишь, как Люк поставил тебе синяк под глазом за то, что ты подрезал хвост у его любимой лошади? Тебе тогда было двенадцать.

Клейт поморщился.

— Вот еще несчастье.

— Ничего, заживет. А как ты узнал, что с Хейли что-то стряслось?

— Пятнадцать минут назад мне позвонила директор школы. Наша славная старушка миссис Фергюсон.

— А-а… — Мэл обвела взглядом обветшавшие дворовые постройки, ровную изгородь, дорогу, убегавшую вдаль по холмистым землям Карсонов. Недалеко от шоссе — на расстоянии ярдов десяти друг от друга — стояли два белых дома. В одном жили Клейт и Хейли, в другой собирались вернуться родители Клейта, как только матушка Риты Карсон восстановит силы после болезни. Всем в городе была известна история Карсонов из Джаспер-Галча. Это прапрадед Клейта, больше ста лет назад, основал поселение. Мэл была знакома со всеми фактами биографии Клейта. Но, к сожалению, она не знала, как сказать ему, что берет назад свои слова, которые бросила ему в лицо вечером в субботу.