Новая философская энциклопедия. Том первый. А - Д. - Коллектив авторов - Страница 354

ДАВИД ДИНАНСКИЙ(David de Dinando, из Динана в Бретани или на Маасе) — средневековый философ-пантеист, преподавал в Париже в нач. 13 в. В остальном о его жизни почти ничего не известно. Главное сочинение «О частях, или О делениях» (De tomis hoc est De divisionibus), вероятно, идентично с сочинением «Кватерны» («Quaterni» или «Quaternuli»), осужденным на поместном соборе в Париже в 1210. Их изучение было запрещено наряду с сочинениями Амальрика Венского и Аверроэса {Ибн Рушда) в 1215. Наши знания о его идеях получены гл. о. из трудов Альберта Великого, Фомы Аквин-ского и Николая Кузанского. Название сочинения Давида Динанского, несомненно, указывает на «О разделении природы» Иоанна Скотта Эриугены. Своеобразный «материалистический» пантеизм Давида Динанского складывался, видимо, также под влиянием Ибн Гебироля. Разделив веши на три класса, Давид рассматривал затем вещи одного класса как модусы первичной для этого класса реальности (первого неделимого). Так, тела суть модусы материи, души —модусы ума, а вечные субстанции или обособленные формы — модусы Бога. Кроме того, эти три первичные реальности сами являются по существу одним сущим или одной субстанцией. В поддержку этой концепции Давид приводит аргументы, основанные на том, что ни Бог, ни материя не имеют формы. То, что обладает формой, — это составные субстанции, подпадающие под категории. Входящее в один род различается видовыми отличиями (differentiae), которые, будучи добавлены к роду, образуют виды. Но Бог, ум и первая материя — простые реальности и потому не могут иметь никаких отличий. Следовательно, они должны быть субстанциально тождественны. Человеческий интеллект, по Давиду, способен постигать и Бога, и материю. Интеллект постигает объект, усваивая его посредством абстрагирования формы объекта, но так как ни Бог, ни первая материя не имеют формы, постижение их нашим интеллектом можно объяснить только его изначальным тождеством с ними. Кроме того, если и Бог, и материя неоформлены, они не что иное, как потенциальное бытие. Но потенциальное бытие есть определение первой материи. Тогда последняя реальность, которая есть одновременно Бог, ум и материя, лучше всего описывается как материя. Лит.: Thery G. Autour du decret de 1210: 1 David de Dinant. Etude sur son pantheisme materialiste. P., 1925; Arnou R. Quelques idees neoplatoniciennes de David de Dinant: Philosophia perennis. Regensburg, 1930, 1, p. 115—127; Birkenmajer Al. Decouverte de Fragments manuscrits de David de Dinant. — «Revue Neo-Scolaslique de philosophie» (Louvain), 1933, 35, p. 220-229. В. Л. Гайденко

ДАВИД(Aa?io, Фессалоникийский? — ср. Vat. gr. 1023 f. 84 v.: Oaio 0?aaaA,ovixr|c e^nyounevoc) (кон. 6 — нач. 7 в.) — греческий философ, представитель Александрийской школы неоплатонизма. Судя по имени и отдельным пассажам сочинений — христианин (см., напр., CAG XVI11 2, р. 129, 8—9). Сохранились ученические записи лекций Давида: стандартные пролегомены к философии (см. Аристотеля комментаторы) общего характера (24 занятия), где философия рассмотрена в 4-х аспектах: «существует ли?», «чем является?», «какова она?», «ради чего существует?» (ср. Arist. Anal. post. И 1 89b); пролегомены (4 занятия) и комментарии (32 занятия) к «Введению» Порфирия, предварявшие рассмотрение «Категорий», с которых начиначся курс аристотелевской логики. Близок к комментаторскому методу Давида вышедший из Александрийской школы того же примерно времени комментарий к «Введению», опубликованный Вестеринком под именем Псевдо-Илии (Псевдо-Давида). Давид читал лекции по «Органону» и «Физике». Сохранились переводы

577

ДАВЫДОВ пролегоменов и комментарий к «Введению» на армянском языке, относящиеся к 7 в. Соч.: Davidis Prolegomena et in Porphyrii Isagogen commentarium, ed. A. Busse. В., 1904; Pseudo-Elias (Pseudo-David), Lectures on Porphyry's Isagoge, ed. L. G. Westerink. Amst., 1964. Лит.: Conybeare Fr. C. A collation with the Ancient Armenian versions of the Greek text of Aristotle's Categories etc.... Oxf, 1892, p. XXXI; Westerink L. G. Anonymous Prolegomena to Platonic Philosophy. Amst., 1962, p. XXIII-XXIV, XXIX-XXXH; Prolegomenes a la philosophie de Platon par L. G. Westerink. J. Trouillard et A.-Ph. Segonds. P., 1990, p. XXXVI-XXXVII; Westerink L. G. Philosophy and medicine in Late Antiquity.-«Janus», 1964, 51, p. 169-177. Ю. А. Шычалин

ДАВЫДОВИван Иванович [15 (26) июня 1792, по др. сведениям 1794, с. Зеленицыно Тверского у. Тверского наместничества — 15 (27) ноября 1863, Москва] — русский философ, эстетик, лингвист. В 1808—12 учился на физико-математическом и историко-филологическом отделениях философского факультета Московского университета, в 1812—13 — в Казанском университете, где слушал лекции Н. И. Лобачевского. Ранние работы — «О различии греческого и римского образования» (1810) и «О критике в древней философии» (1814); докторская диссертация — «О преобразовании в науках, произведенном Бэконом» (1815). С 1822 профессор Московского университета, в 1847—58 директор Главного Педагогического института в Петербурге; академик (1841). В Московском университете читал лекции по философии, математике, затем занял кафедру словесности. Преподавал также в Университетском пансионе, где среди его воспитанников были Д. В. Веневитинов и В. Ф. Одоевский. В философии занимал эклектическую позицию; Г. Г. Шпет характеризует его как «психологизирующего кантианца с супранатуралистическим уклоном», пытавшегося в пропедевтических целях осуществить синтез вольфианства с учением раннего Канта. Известное влияние оказало на Давыдова учение Шеллинга, но сам он эволюционировал в сторону психологизма: «Философия как наука есть психология, ведущая к открытию единства в знании и бытии». Во «Вступительной лекции о возможности философии как науки» предложил схему разделения философии на «чистую» и «прикладную»: к первой он относил «логику, этику и эстетику», ко второй — «онтологию, космологию, пневматологию». На кафедре словесности Давыдов создал «Чтения о словесности» (1837—38), свидетельствующие о знакомстве со взглядами немецких романтиков, прежде всего Ф. Шлегеля. Непосредственных продолжателей у Давыдова не было, но его в разное время слушали такие ученые и общественные деятели, какФ. И. Буслаев, П. Н. Кудрявцев, Ю. Ф. Самарин, M. H. Катков. Соч.: Опыт руководства к истории философии. М., 1820; Начальные основания логики. М., 1821. Лит.: Сакулин Я. Я. Из истории русского идеализма. М., 1913, т. 1, ч. 1; Каменский 3. А. Русская философия нач. 19 в. и Шеллинг. М-, 1980; Шпет L L Очерк развития русской философии. — Соч. М., 1989, с. 103-114. А. В. Ланибратцев

ДАЙ ЧЖЭНЬ(Дай Дунъюань, Дай Шэньсю) (19 января 1723, Сюнин провинции Аньхой — 1 июля 1777, Пекин) — китайский философ-неоконфуцианец, лидер одного (Вань пай) из двух главных направлений «ханьского учения» (хань сюэ, пу сюэ), ученый (математик, астроном, лингвист, историк и географ). Происходил из семьи мелкого торговца. С 1773 участвовал в составлении свода классической литературы «Сы ку июань шу» («Полное собрание всех книг по четырем разделам»). В 1775 за научные заслуги получил высшую ученую степень — цзиньши и звание академика академии Ханьлинь. Развивал методологию «[филологически] доказательного исследования» (као цзюй), основывая экспликацию идей на анализе выражающих их терминов. Собственные взгляды Дай Чжэнь излагал в текстологических комментариях к конфуцианской классике, противопоставляя их предшествовавшим комментариям, искаженным, по его мнению, даосско-буддийскими влияниями. Главные философские сочинения Дай Чжэня — «Мэн-цзы цзы и шу чжэн» («Значения слов «Мэн-цзы» в комментариях и свидетельствах») и «Юань шань» («Обращение к началу добра»). Основная тенденция теоретических построений Дай Чжэня — стремление к гармонизации самых общих понятийных оппозиций как отражению универсальной и гармоничной целостности мира. Основополагающее для неоконфуцианства противопоставление «надформен- ного» дао «подформенным» «орудиям» он истолковывал как временное, а не субстанциальное различие состояний единой «пневмы» (ци): с одной стороны, беспрестанно изменяющейся, «порождающей порождения» (шэн шэн) по законам сил инь ян и «пяти элементов» (у сын) и, с другой — уже оформившейся в множества конкретных устойчивых вешей. Дай Чжэнь обосновывал включение «пяти элементов» в понятие дао. «Индивидуальная природа» каждой вещи, по Дай Чжэнго, «естественна» и определяется «добром» (шань), которое порождается «гуманностью», упорядочивается «благопристойностью» и стабилизируется «должной справедливостью». Космологически «добро» проявляется в виде дао, «благодати» («добродетели» — дэ) и «принципов» (ли), а антропологически — в виде «предопределения» (мин), «индивидуальной природы» и «способностей» (пай). Выступая против канонизированного неоконфуцианством периода правления династии Сун (960—1279) противопоставления «принципов» «чувствам» и «желаниям», Дай Чжэнь утверждал их неразделимость. «Принцип» — то неизменное, что специфично для «индивидуальной природы» каждого человека и каждой вещи, высший предмет познания. В отличие от предшествующих неоконфуцианцев он считал, что «принципы» в явном виде не присутствуют в человеческой психике — «сердце» (синь), а выявляются с помощью глубинного анализа. Способности людей к познанию, по Дай Чжэню, различаются подобно огням с разной интенсивностью свечения; эти различия отчасти компенсируются обучением. Дай Чжэнь обосновывал приоритет эмпирико-аналитического подхода как в познании, так и в практике. Его труды, малопопулярные в свое время, вызвали интерес в 20 в., оказавшись созвучными сциентистским умопостроениям значительной части китайской интеллигенции. Соч.: Мэн-цзы цзы и шу чжэн (Значения слов «Мэн-цзы» в комментариях и свидетельствах). Пекин, 1956; Юань шань (Обращение к началу добра). Пекин, 1956. А. К Кобзев