Проект «Папа» - Перри Кейт - Страница 31

Он встряхнул мою руку.

– Только не нужно придумывать никаких безумных историй! Я держу основной пакет акций этой компании. Мне нужно было обсудить кое-какие цифры с финансовым директором. Можете завтра спросить у своей начальницы, если не верите мне.

Основной акционер? Здорово придумал! Я прищурилась и сурово уставилась на него.

– По-моему, вы мне зубы заговариваете, чтобы заставить меня потерять бдительность, а потом завести куда-нибудь и прикончить.

Он запрокинул голову и расхохотался.

– Дорогая моя, вы смотрите слишком много кинофильмов!

– На самом деле, – вздохнула я, – я очень давно не была в кино.

– Вы слишком много работаете, – повторил он снова.

Но на этот раз я, кажется, уловила намек на жалость. Я вздернула подбородок и поправила очки.

– Мне нравится моя работа!

– И вы один из самых добросовестных работников, которых я когда-либо видел.

Я сморщила нос. Он сказал это так, будто делал запись в моем личном деле. Может, он именно затем и приходил? Проверять личные дела сотрудников?

Нет. Стала бы столь важная птица заниматься такой ерундой. Да и вряд ли бы Лидия поручила подобную работу человеку, который ей так явно неприятен.

Дрейк распахнул передо мной дверь.

– Вы домой?

– Да.

– Вас подвезти? – предложил он, когда огромная темная машина с тонированными стеклами подъехала и остановилась перед нами. Когда такая проезжает мимо тебя по улице, сразу понимаешь, что внутри сидит большой босс.

Я с тоской посмотрела на нее, представив, как здорово будет прокатиться в ней вместо вонючего автобуса. Когда еще мне выпадет такой шанс?

– Да, спасибо. Очень мило с вашей стороны, – вежливо улыбнулась я.

Дрейк открыл передо мной дверцу раньше, чем водитель успел обойти машину.

– Кэтрин, познакомьтесь, это – Милтон, мой шофер.

Милтон тут же оказался возле нас, готовый ко всему. К чему именно? Не знаю, но я была уверена, что в случае чего он способен действовать молниеносно, хотя он просто спокойно стоял рядом.

Я с удивлением уставилась на него. На нем были классический черный костюм и крахмальная белая сорочка – и то, и другое выглядело безупречно. Как ему удается не помять одежду?

– Здравствуйте, Милтон.

Он по-прежнему невозмутимо смотрел куда-то поверх моей головы – так, по крайней мере, мне казалось, потому что на нем были солнцезащитные очки. Может, сказать ему, что солнце уже зашло и очки ему больше ни к чему?

Дрейк откашлялся.

– Милтон, мы сейчас отвезем мисс Мерфи домой.

– Слушаюсь, сэр, – бесстрастно ответил шофер.

Ух ты! Даже его голос был лишен эмоций. Интересно, это результат долгих тренировок или врожденный талант?

Спросить я не успела. Дрейк жестом пригласил меня сесть в машину, и я забралась на заднее сиденье.

– Как скользко! – пробормотала я себе под нос.

– Все в порядке? – озабоченно спросил Дрейк, сев рядом со мной.

– Да, спасибо, – чопорно ответила я, поправляя юбку. Надеюсь, я не выставила напоказ свое нижнее белье. Впрочем, на мне как раз были новые красивые трусики.

Слава богу, ехать было недалеко. Дрейк разговаривал с кем-то по телефону, поэтому мне не нужно было поддерживать светскую беседу. Я чувствовала себя неуютно в его обществе. Интуиция подсказывала мне, что он хороший человек. Но что-то было не так. И потом, он был такой могущественный, что я ощущала неловкость. Как в присутствии Лидии.

Я попросила высадить меня за несколько кварталов до моего дома, рассудив, что мне будет полезно пройтись пешком и потратить накопившуюся энергию. Потом пробежала все четыре лестничных пролета до своей квартиры, да еще попрыгала на площадке для ровного счета. Но даже после такой зарядки я все еще испытывала нервное возбуждение. Может, из-за дурных предчувствий, а может, из-за пяти чашек кофе, выпитых за сегодняшний вечер.

Рейнбоу открыла свою дверь и высунула голову, и я сразу почувствовала тяжелый запах каких-то ароматических веществ.

– Кэт, ты что, только с работы идешь?

– Да. – Хотя трудно назвать работой то, чем я занималась только что. Скорее можно считать меня юным космонавтом.

– Ты слишком много работаешь. – Она покачала головой. – У тебя же совсем нет времени на развлечения!

– Я развлекаюсь на работе. – Я поджала губы.

Вдруг она просияла, как электролампа.

– Давай куда-нибудь сходим. Прямо сейчас. Хочешь?

– Ну, не знаю... – Эти выходы в свет – недешевое удовольствие, а я уже и так истратила много денег за последние несколько недель. Правда, я собиралась предъявить Лидии счет на эти расходы и возместить их. К тому же я была по-настоящему измотана и вряд ли смогла бы, как обычно, работать еще и дома. Или перекладывать вещи в шкафу.

И тут у меня появилась поистине блестящая идея.

– Ты когда-нибудь была в отеле «Марк Хопкинс»? – улыбнулась я соседке.

Она скривилась, и колечко в ее ноздре сверкнуло во флуоресцентном свете.

– Это гостиница?

– У них там есть бар. Мы можем сходить туда выпить.

– А там есть натуральное пиво? Вот в двух кварталах отсюда есть местечко, где подают домашнее пиво.

Натуральное пиво в отеле «Марк Хопкинс»?

– Мы не узнаем, пока не сходим туда.

– Точно! – весело ухмыльнулась Рейнбоу. – Давай сходим!

– Отлично! – Я улыбнулась ей в ответ и открыла свою дверь. – Заходи, я сейчас только переоденусь.

– Класс!

Я поставила портфель возле письменного стола в гостиной.

– Чувствуй себя как дома. Я сейчас.

Я оглянулась, направляясь в спальню. Она смотрела по сторонам в растерянности. Я пожала плечами. Может, ее смутили чистота и порядок в моей квартире. Ни шатких стопок журналов, ни нагромождения обуви.

Я повесила в шкаф рабочий костюм, вытащила джинсы и черную шелковую блузу. Сначала я собиралась надеть один из новых свитеров, но мне следовало быть незаметной, а розовый свитер не отвечал данному требованию. Да его и свитером-то не назовешь – это скорее фантик от карамельки, а не свитер.

– Ух ты, Кэт!

Я обернулась, когда Рейнбоу зашла в комнату и плюхнулась на мою кровать.

Я попыталась прикрыться джинсами – не привыкла, чтобы за мной наблюдали, когда я переодеваюсь.

– Это то белье, которое тебе купил твой друг?

Я посмотрела вниз и залилась краской, еще плотнее прижав к себе джинсы.

– Да, а что?

– Вот это да! – присвистнула она.

Я заколебалась, о чем бы ее спросить – о том, что она имеет в виду, или о том, как ей удается свистеть с пирсингом в языке. Я выбрала первый вопрос.

– Мне никто никогда не покупал такие вещи, – пожала плечами она. – Черт! Мне вообще ни разу не дарили ничего настолько же красивого. Ты, наверное, действительно нравишьсяему.

Это ударение на слове «нравишься» заставило мои щеки полыхать. Я вспомнила вчерашний вечер и то, как он сегодня говорил со мной по телефону, и нахмурилась. Даже если я ему прежде нравилась (полагаю, так можно выразиться, но с большой натяжкой), то теперь вряд ли – после того, что я вчера вечером натворила.

– Не думаю.

– Ну, как знаешь, – рассеянно сказала она и пожала плечами, осматривая комнату.

Я ждала, когда она выйдет, чтобы я смогла переодеться, но она, похоже, устроилась здесь надолго, поэтому я улучила момент, когда она отвернулась, и быстро натянула на себя одежду.

Я зашнуровала теннисные туфли (в следующий раз, когда попаду на распродажу, надо будет купить себе сапоги – можно же ходить на работу в сапогах или ботинках, не так ли?).

– Я готова.

Рейнбоу посмотрела на меня и нахмурилась.

– Ты уверена?

– Да, – теперь нахмурилась я. – А что? Я плохо выгляжу?

– Одета ты отлично. Первый раз вижу на тебе что-то, кроме этих уродливых костюмов...

– Эй!

– Но вот с волосами нужно что-то делать, – продолжила она, прежде чем я смогла возразить, что костюмы у меня – от Донны Каран.

Я машинально вскинула руки к голове. Что она имеет в виду? На ощупь все в порядке.