Едем на Вял-озеро - Козлов Вильям Федорович - Страница 21

Честно говоря, он и сам не ожидал, что его заявление передадут. Девушка-диктор долго выясняла, что это за экспедиция и какое мальчики к ней имеют отношение. Ваня довольно убедительно объяснил, что они — члены этой экспедиции, а руководитель — их учитель географии; они перепутали час вылета и вот опоздали. Наверное, рюкзак, зимняя шапка — все это тоже подействовало на девушку.

— Ну ты и даешь! — сказал Андрей. — Теперь я верю, что мы улетим… Но билет я все-таки куплю.

— Возьми деньги, — Костя с готовностью протянул Андрею десять полновесных юбилейных рублей.

Андрей взял.

— Раз меня вызвали по радио, я тоже должен идти с вами? — спросил Костя.

Ваня посмотрел на него и покачал головой:

— Хороший ты парень, Костик, но есть у тебя два больших недостатка: плаваешь, как топор, и соображаешь туговато… Подумай сам: все уже давно улетели, а мы с Андрюхой опоздали, вот и разыскиваем своих… А если кто-нибудь из экспедиции припрется в диспетчерскую — пиши все пропало! Поэтому я тебя и сделал начальником экспедиции…

— Спасибо за доверие, — буркнул обиженный Костя.

— Вань, можно шапку снять? — жалобно спросил Андрей. Пот ручьями стекал по его раскрасневшемуся лицу. Языком он слизывал капли с губ.

— Я ведь терплю? — сказал Ваня. — А моя шапка еще горячее твоей. Каких-то полчаса не может потерпеть!

— Полчаса?! — ахнул Андрей. — Да я умру… от солнечного удара.

— Придем в диспетчерскую, ты знай помалкивай, — стал инструктировать Ваня. — А то ляпнешь чего-нибудь и все испортишь… Я буду сам с диспетчером говорить, а ты, когда надо, поддакивай…

— Шапку-то можно там снять?

— Надоел ты мне со своей шапкой, — поморщился Ваня.

— Так еще неизвестно, улетите вы или нет? — спросил Костя. — Может, все вместе назад?

— Улетим-улетим, — сказал Ваня. — Не переживай, товарищ начальник. С первым же мурманским рейсом.

Когда на взлетной полосе оглушительно взревели моторы, самолет, весь напрягшись, затрясся в мелкой дрожи, а затем, стремительно набирая скорость, рванулся вперед и как-то легко и незаметно оторвался от родной ленинградской земли, Ваня все еще не верил в свое счастье. В любую минуту работники аэропорта могли раздумать и снять их с самолета. Вернее, не их, а его одного, потому что Андрей Пирожков взял до Кировска законный ученический билет с большой скидкой и мог улететь на любом пассажирском со всеми удобствами.

Когда они, обливаясь потом, в ватниках, зимних шапках и с рюкзаками за спинами ввалились к дежурному отдела перевозок, то молодой человек в серой фуражке с летной эмблемой серьезно задумался: отправлять их или нет. Мальчишки потели, шмыгали носами, переминались с ноги на ногу.

— Рюкзаки-то снимите, — сказал дежурный отдела перевозок. — И шапки.

Андрей обрадованно стал было освобождаться от тяжести, но друг незаметно наступил ему на ногу и сказал:

— Ничего, мы уже привыкшие…

Ваня красноречиво и обстоятельно рассказал об экспедиции, о билетах, которые были для них взяты товарищем Рыбаковым Константином Васильевичем, о том, как они ошиблись всего на один час (он заранее изучил расписание самолетов, следующих на Мурманск), искренне удивлялся, что билеты для них не оставили, очевидно, товарищ Рыбаков Константин Васильевич до последнего надеялся, что они успеют на самолет, ведь они еще никогда никого не подводили…

Андрей как заведенный кивал головой, а один раз, несмотря на строгий запрет, все же осмелился рот раскрыть.

— В Кировске нас ждут, — ляпнул он. — Без нас начальник ни за что не улетит в… Умбу.

— В Умбу? — заинтересовался дежурный. — Это можно выяснить…

В этот момент зазвонил телефон и дежурный снял трубку. Ваня бросил на приятеля испепеляющий взгляд и тихонько показал кулак. Не удовлетворившись этим, наступил каблуком Андрею на ногу. Тот даже вскрикнул. К счастью, занятый разговором о каких-то срочных и важных грузах, дежурный ничего не заметил.

Когда он повесил трубку, Ваня снова устремился в атаку: стал говорить, что группа сразу из Кировска наверняка улетела в Умбу, а там уже ждет вертолет, который доставит людей на Вял-озеро (маршрут он знал наизусть), так что рассчитывать на то, что их встретит начальник, не приходится… В прошлом году они тоже были в экспедиции, на озере Вял, так из Умбы до места на попутных лесовозах добирались…

Дежурный рассеянно слушал мальчишку и о чем-то думал. Когда Ваня перевел дух, он еще раз внимательно на них посмотрел: упрямые, чертенята, пот льет ручьем, еле на ногах держатся, а рюкзаки за плечами и зимние шапки не снимают… Не на маскарад же они на самом деле сюда пришли… В университет он уже звонил, справлялся насчет экспедиции. Действительно, одна из групп экспедиции сегодня отбыла в Кировск. Про мальчишек ничего сказать не смогли. Список личного состава у начальника экспедиции…

— Вот что, герои, — сказал он. — Можно считать, вам крупно повезло… Через два часа в Умбу отправляется Аннушка… Ну, АН-двадцать четыре. С грузом для геологов… Так что без пересадки в Кировске попадете прямо к своим.

— А где эта Умба? — забеспокоился Андрей. В отличие от приятеля он имел самое смутное представление о маршруте экспедиции…

Испугавшись, что Андрей сейчас все погубит, Ваня, облизнув с губ соленый пот, улыбнулся:

— В детстве Андрюша сильно менингитом болел… С тех пор у него что-то с памятью…

Такого Андрей Пирожков не смог стерпеть. Сорвав с головы ненавистную ушанку, сбросив будто набитый камнями рюкзак он заорал:

— Никогда я не болел менингитом! И память у меня отличная! И вообще я пойду в кассу и возьму билет! У меня деньги есть.

Выскользнул из ватника, отшвырнув свою рыжую шапку ногой, и выбежал из диспетчерской.

— Я же говорю — больной, — вздохнул Ваня. — Еще и нервы не в порядке. Бывает, и заикается…

Дежурный принял решение, и у него больше не было времени заниматься мальчишками. Поднявшись, он сказал:

— В вашем распоряжении, папанинцы-челюскинцы, полтора часа. Чтобы, — он взглянул на часы, — в шестнадцать ноль-ноль были здесь и ни минутой позже. Ясно?

— Ясно! — по-военному гаркнул обрадованный Ваня и наконец стащил с мокрой головы осточертевшую шапку.

И вот все позади. Полтора часа томительного ожидания. За эти полтора часа все могло произойти. Дежурный сто раз мог раздумать, связаться по радио с Кировском и Умбой, попытаться найти таинственного товарища Рыбакова… Да мало ли, что могло случиться? Груз для геологов не прийти, самолет испортиться, аэропорт не принять… У Вани голова шла кругом…

С Андреем у них состоялся неприятный разговор. Ваня нашел его у кассы. Приятель с удовлетворением разглядывал радужный голубой билет.

— И заплатил-то всего шесть рублей, — сказал Андрей. — Надо рубли Костику вернуть.

— Дуракам закон не писан, — зло усмехнулся Ваня.

— Честные люди, по-твоему, дураки?

— Я, значит, жулик?

— Стоило полчаса потеть в ватниках и шапках? У нас денег на три билета…

— Замолчи ты со своими билетами! — взорвался Ваня. — Дело вовсе не в билетах… Это ведь настоящее приключение: диктор по радио разыскивает нас, диспетчер сажает на грузовой самолет, мы летим, как настоящие герои приключенческого фильма…

— Зачем все это? — спросил Андрей.

— Как зачем? — опешил Ваня. Секунду он молчал, потом отвернулся и совсем другим голосом сказал: — Я ведь тебе говорил — помалкивай. Чуть все дело не испортил.

— Никогда больше не говори, что я болел менингитом. Это все равно, что дураком обозвать!

— А кто же ты еще?

— Я дурак? А ну еще раз повтори!

— Могу сто раз сказать, что ты сегодня вел себя, как последний…

Если бы не подошел Костя, они тут же у ограды, где ждали вагончики пассажиры, и подрались. Сначала он пробовал урезонить их, потом неожиданно командирским голосом рявкнул:

— Смирно! Сейчас же подать друг другу руки и… поцеловаться! Я, товарищ Рыбаков Константин Васильевич, вам приказываю!