Одной дорогой (СИ) - Шабанова Мария Валерьевна - Страница 2

— Я слышал, что Владыка Степи Мар Занн Аши стягивает все свои войска к границе. Хорошо же ему, не надо оставлять гарнизон в своих поселениях, ведь за ними никто не угонится в степи. Да и гнаться не станет, — хмыкнул один из рыцарей.

  — Беретрайцам не справиться, — мрачно заметил Бериар. – Отец прислал мне письмо. В нем он сообщает, что в столицу прибыли беретрайские послы, чтобы просить помощи Норрайя. Больше им помочь некому — в Артретарде алгард

6

уже стар и немощен, к тому же у него нет наследника, так что его хивгарды только и ждут момента, чтобы перегрызть друг другу глотки за трон. В Саметтарде не лучше — это же надо было додуматься посадить на престол двадцатилетнего сопляка! Он только девкам под подол лазать горазд, куда ему воевать! Хамрибери мог бы помочь, не будь он так мал и нищ. А Ригонтарду вообще, кажется, плевать на то, что происходит на границе.

— Ну, зачем же этим славным купцам воевать, когда у нас есть такие бравые воины, как ты, брат! — усмехнулся Энвимар.

Когда Кеселар и Сигвальд приблизились, попавшийся на старую удочку своего старшего брата, демгард Бериар как раз рассказывал о каком-то из своих военных подвигов, скорее всего, о том, где он расправлялся с десятком врагов почти что голыми руками. Все присутствующие знали о склонности демгарда к украшательству рассказов, но большинство из них были ниже его по титулу, потому не обращали внимания на некоторые неточности в рассказах. Однако демгард Энвимар ре Алсидрирай еще с детских лет находил особое удовольствие в том, чтобы распалить самомнение брата, а потом подтрунивать над ним:

— Да что ты говоришь, брат? Сам? Десять воинов? С одним кинжалом? В жизни тебе не поверю!

Крупное и без того красное лицо Бериара побагровело, ноздри мясистого носа раздулись, когда он увидел, что женщины также посмотрели на него с легким недоверием и издевкой. Он не мог спокойно снести такой укол шпилькой в присутствии дам и низших по званию, ему казалось, что даже малейшее воображаемое пятнышко на его репутации способно испортить ее раз и навсегда.

— Что же, брат, если ты мне не веришь, можем хоть сейчас сойтись в схватке!

— Не горячись, Бериар, нам не хватало только смертоубийства! Подумай только, что скажет твоя жена, узнав, что ты убил ее шурина, — со смехом отвечал старший демгард. — Кстати, почему ее нет сегодня с нами?

— Она себя неважно чувствует и пожелала остаться в постели.

Было видно, что Бериар все еще вне себя от злости, которой надо было дать выход. Потому он возобновил разговор о битве:

— Под стенами моего замка развернулась большая ярмарка с ристалищами. Думаю, мы можем устроить турнир, в котором смогут принять участие все желающие, от демгарда до последнего оруженосца.

   Толпа одобрительно загудела и ускоренно двинулась по направлению к замку демгарда Бериара. За это время была единодушно избрана иманта

7

, которой полагалось наградить победителя какой-нибудь безделицей. Ею оказалась Янора.

По прибытию на ярмарку дамы заняли свои места вокруг ристалища, мужчины пошли готовиться к бою. Бросив жребий, рыцари определились со своими противниками; оруженосцы сражались друг с другом.

Несмотря на кажущуюся неуклюжесть Бериара, на деле он оказался хорош — в бою он походил на разъярившегося вепря и побеждал всех противников почти честно, лишь некоторые вассалы, которые были ловчее его, порой поддавались и предоставляли хорошие возможности для удара демгарду, ибо знали, что в гневе он страшен, и никому не хотелось навлекать этот гнев без причины. Со стороны же все выглядело вполне натурально, тем более для женщин, которые не особо разбирались в ратном деле.

— Кеселар, не желаете ли сразиться с Бериаром? — спросил алтургера молодой рыцарь, только что проигравший поединок.

— Я слишком стар для подобных забав, — сказал он, внимательно наблюдая за следующей схваткой.

— Но это не мешает вам командовать отрядами хивгарда на каждой войне и сражаться наравне с солдатами, — хмыкнул парень.

— Война — это не турнир. Для войны нельзя быть слишком старым. Доживешь до моих лет — поймешь, — ухмыльнулся Кеселар, заметив недоверчивый взгляд юного рыцаря.

В то же время на другом ристалище, облепленном торговцами, крестьянами и мещанами, а так же их женами, сестрами и дочерьми, проходили схватки оруженосцев. Они несколько отличались от боя господ — юные и пылкие в бою забывали все на свете и не щадили себя. Все оруженосцы бросались в бой как львы, рубили с плеча, много двигались по ристалищу, пытаясь выбрать лучшую позицию для сокрушительного удара.

Слишком молодые мальчики быстро покинули ристалище, вытесненные своими старшими соратниками, в основном простолюдинами, которые, как правило, оставались оруженосцами на всю жизнь. Среди всех отличался Сигвальд — его движения были выверены и точны, внимательный взгляд следил за противниками сквозь прорези салада, выбирая наилучший момент для атаки или защиты, и порой казалось, что соперники сами подставляют себя для удара.

Когда на господском ристалище больше не осталось противников для демгарда Бериара, порядком уставшие рыцари потребовали у иманты награды для победителя. Бериар, сняв шлем, подошел к трибуне, однако Янора сказала:

— Господа, теперь мы знаем, кто сильнейший из собравшихся здесь рыцарей, однако я так и не узнала, кто бы стал победителем среди всех мужчин.

— Янора, помилуйте! — воскликнул Кеселар. — Неужели вы говорите о соревновании между демгардом и оруженосцем?

— А отчего бы и нет? — засмеялся Энвимар. — Думаю, мой брат не откажет даме в таком пустяке, как еще одна маленькая победа?

— Желание дамы – закон.

— Приведите победителя! Победителя! Лучшего среди оруженосцев! – загалдела толпа.

Через минуту на ристалище вышел Сигвальд. В ожидании сигнала к бою он смотрел на демгарда в упор, так же, как и на любого противника. "Он и вправду похож на вепря. Но неужели он так плох, что его оруженосец посоветовал мне поддаться ему? Что за бред! Если драться, так до победы".

Призывный звук рога раздался над ристалищем, вспугнув стайку птиц с большого куста шиповника.

Противники медленно кружили по ристалищу, мечи слабо подрагивали в их руках. Сигвальд внимательно следил за малейшими движениями демгарда, потому с легкостью отразил его неожиданный выпад, блокировав гардой клинок Бериара. Отведя удар за спину, оруженосец попытался атаковать демгарда сбоку, но тот успел закрыться. Мечи скрежетнули друг о друга, и Сигвальд едва успел отскочить от блеснувшего молнией клинка, который, описав быстрый и резкий полукруг, норовил попасть ему по колену. Увлекаемый своим мечом, демгард немного подался вперед, чем и воспользовался Сигвальд, чтобы с силой толкнуть его плечом.

Противники разошлись, снова принявшись выискивать слабые места друг друга. Теперь первым в атаку пошел Сигвальд — он провел обманный прием, в последний момент резко изменив движение лезвия, но Бериар с силой ударил кончиком своего клинка у самой гарды меча оруженосца, стремясь выбить его из рук, но рука Сигвальда была крепка и лишить оружия его не удалось. Круто развернувшись, оруженосец наклонился, чтобы ударить демгарда в ноги, но тот оказался более прытким, чем предполагал Сигвальд — внезапно отскочив, он в следующий миг крепко ударил наклонившегося противника в голову тяжелым сапогом.

Сильно покачнувшись, Сигвальд сделал несколько неуверенных шагов назад. Разноцветные круги плясали в его глазах, сознание мутилось, однако за тот короткий миг, пока Бериар готовился к решающему удару, в мозгу Сигвальда пронеслась стайка бессвязных мыслей: "Поддаться… поддаться… даже не пришлось… лучший момент… не уронив чести… зеленые рукава… зеленые рукава и фиалковый браслет… Да какого же черта!"