Одной дорогой (СИ) - Шабанова Мария Валерьевна - Страница 67

Услышав свое имя, алтургер обернулся — его усталое лицо просияло, когда он увидел рыцаря приблизительно одних с ним лет, лихо гарцевавшего на резвой кобылке.

— Черти меня раздери, Толиар! Сколько лет!

Старые друзья горячо пожали друг другу руки и вместе двинулись по улицам в надежде убежать от звуков голоса назойливого глашатая.

— Мы с тобой, поди, как раз тут в последний раз виделись, тогда, в битве за город.

— Да, да, точно так и было. Славная битва была!

— У тебя тогда еще оруженосец был северянин, как сейчас помню. Толковый парень. Его тогда еще по голове огрели, помнится. Что, неужто помер?

— Типун тебе на язык — жив-здоров, что ему сделается?

— Ну и слава Камтанду! Сам-то как? На войну собираешься? Иль уже решил на заслуженный отдых уйти, а? — хитро прищурив глаза, спрашивал Кеселара его друг, прошедший с ним много войн и сражений.

— Отдыхают пусть старики, а я еще повоюю!

— Достойный ответ — узнаю своего старого вечно молодого друга! Так ты может и женился, раз жизнь бьет ключом?

— Ты же знаешь, мне война невеста, а я изменять не люблю, — улыбался Кеселар с тенью грусти.

— Вот и отлично, а то слышал я, что хивгард ре Исет Ярви уже с собаками собирается искать тебя — без такого вассала ему и война не война.

— Время есть — решу свои дела и явлюсь к нему.

— Без шуток, Кеселар, — внезапно очень серьезным тоном произнес Толиар. — Сейчас грянет такая буря, что по сравнению с ней защита Рагет Кувера покажется тебе отдыхом на водах. Не испытывай судьбу — чем быстрее ты явишься к хивгарду, тем больше шансов получить приличный отряд и попасть куда-нибудь, где тебя убьют не сразу.

— Да какие тут шутки, — вздохнул Кеселар. — У меня в этом городе дела серьезные, как рожи Братьев Скорби.

— Ну, дня за три ты справишься?

— Очень на то надеюсь, — сказал Кеселар, уповая на мастерство Анвила.

— Если так, можем встретиться на той же площади на рассвете четвертого дня — отправимся к нашему хивгарду вместе.

— Нашему? Ты же, как мне помнится, служил какому-то демгарду?

— Уж не в лесу ли ты жил, Кеселар? Демгард-то приказал долго жить еще зимой, и такая там каша с наследниками заварилась, что до войны ее не расхлебать, а там уже не до дележки будет. Так что пока суд да дело, хожу в алтургерах хивгарда.

— Мои поздравления! За это надо выпить!

— Так не пойти ли нам, друг мой, в кабак и не вспомнить ли нам молодость? — снова шутливым тоном предложил Толиар.

— Ну наконец-то! Я уж думал, не предложишь.

— Да за кого ты меня держишь? Просто слышал я, что брат твой только недавно устроил пир на весь мир, а я тут с каким-то паршивым кабаком к тебе приставать буду.

— Да мне на его пирах от тоски удавиться хочется…

— Тогда вперед! Только уговоримся сразу — наши беретрайские подвиги повторять не будем.

Помедлив секунду, оба рыцаря раскатисто рассмеялись, припомнив свои похождения двадцатилетней давности, за которые в свое время им было ужасно стыдно.

— Не будем, не будем. Не к лицу нам уже такие развлечения. Да и бегаем мы теперь не так быстро — догонят еще, чего доброго, — сквозь смех проговорил Кеселар.

После бани Анвил чувствовал себя новым человеком — впервые за последние дней двадцать ему удалось согреться, помыться и отдохнуть. Местный цирюльник вернул сыщику приличный вид, а Лайхал отдал ему собственный запасной комплект одежды взамен той, которая безнадежно пропиталась неповторимыми тюремными ароматами.

И теперь, направляясь к таверне, где его ждал обед и кровать, Анвил мог бы чувствовать себя счастливым, если бы его не терзало чудовищное осознание того, что он совершенно не владеет ситуацией. За это время с Сигвальдом из Ралааха могло случиться что угодно, и быть он может уже за несколько сотен паллангов от Рагет Кувера или в трех локтях под Рагет Кувером.

"Даже если представить, что он жив и находится здесь (что и так можно приравнять к чуду), то найти его в таком огромном городе практически невозможно. Здесь сотня трактиров, тысячи домов, а еще канализация. А еще есть такие места, после посещения которых искать будут уже меня. И найдут где-нибудь на дне канала дней эдак через десять — синим и распухшим. Брр. Ох и вляпался же я с этим Сигвальдом… И где его только нечистая носит?"

Анвил поглядывал на молчаливо идущего рядом с ним Лайхала: он питал какое-то доверие к мальчику, но не мог понять, то ли это от того, что он человек хороший, то ли от того, что он купил сыщику горячий пирожок с капустой по дороге в баню. В любом случае, Анвил расценивал пажа как знакомого Сигвальда, а значит как источник информации. Но, с другой стороны, Лайхал был преданным слугой Кеселара и мог рассказать своему хозяину о неуверенности сыщика, а этого Анвил не хотел. Правда, еще меньше он хотел провалить задание и подвести своего спасителя.

— Лайхал, можешь рассказать что-нибудь о Сигвальде? — осторожно начал он, заглянув в ярко-голубые глаза мальчика.

— Ну… Он хороший — и боец, и вообще. Он учил меня обращаться с мечом — скоро я тоже стану оруженосцем и буду уметь намного больше, чем остальные… Правда, я не часто понимаю, что у него на уме. Того, что он на пиру отстегнул, я не ожидал, да и никто не ожидал.

— На пиру? А что было на пиру? — заинтересованно спросил Анвил, не посвященный в подробности дела.

— Ничего. Ничего не было, — пошел на попятную Лайхал, которому, очевидно, не велено было рассказывать об этом происшествии.

— Лайхал, это может быть важно, — паж промолчал. — Это может быть очень важно, — снова молчание. — Да ради всего святого, помоги мне! Чтобы найти его, мне могут пригодиться любые сведения.

— Да? — паж с подозрением взглянул на него. — Раньше вы вроде бы справлялись и без них.

По едва заметной нахальной усмешке Анвил понял, что такое упрямство Лайхала — это не что иное, как попытка выведать чужую тайну взамен своей, которую он чуть было не выболтал. "Вот упрямый паразит, не любит проигрывать", — с досадой подумал сыщик, подбирая слова для ответа, чтобы он прозвучал так, будто у него все под контролем.

— Доброго вам денька!

Дорогу Анвилу и Лайхалу перегородил внезапно обогнавший их последний рыцарь-менестрель Итантарда его сиятельство алтургер Доувлон Котопупский. Сыщик молча моргал, пытаясь понять, действительно ли перед ним стоит человек, одетый в странную смесь доспехов и кухонной утвари, или пребывание в тюрьме не прошло даром и помутнение рассудка все-таки его настигло. Когда Котопупский ткнул его в грудь пальцем, версия о помешательстве отпала.

— Попал в переделку? — строго спросил странный человек. Анвил кивнул. — Чтобы раздать все долги и вернуть свои денежки, тебе понадобится свинцовый кулак и добрый арбалет!

— Да, не помешали бы, — ухмыльнулся сыщик. — Да только где их взять?

Котопупский посмотрел на Анвила так, будто это

о

н был одет в крышку от кастрюли и отказывался видеть очевидное.

"Что-то на меня часто стали смотреть как на дурака. Это настораживает", — озадаченно думал сыщик, пытаясь понять, что до него хотел донести городской сумасшедший.

— Где взять, говоришь? Да тут где-то валялся, — сказал Котопупский, махнув рукой на развороченный палисадник под окнами таверны, и, пожав плечами, удалился.

— И что это было? — спросил Лайхал, окончательно уверив Анвила в том, что он не один видел странного человека. — Кстати, мы пришли.

Скучающий трактирщик был рад увидеть посетителей в столь ранний час, когда обычно его заведение пустовало.

— А, заказ на имя алтургера Кеселара? Да, да, я помню. Вот, смотрите не потеряйте, — он протянул ключ Анвилу, но, прежде чем отдать, предупредил: — Девок не водить, особливо замужних. А то надоело мне щеколды чинить и двери на петли наново сажать.

— Обед… — начал Лайхал.