Страхи мудреца. Книга 2 - Ротфусс Патрик "alex971" - Страница 119

По скуле у Квоута струилась кровь. Он попытался высвободить руку. Полуоглушенный, он сделал стремительное движение обеими руками, потом повторил его, рассчитывая освободиться. Взгляд у него был расфокусированный, мутный от растерянности. Он посмотрел на свою руку и повторил прием еще раз, но его кисти просто бессильно скользнули по узловатому кулаку солдата.

Бородач посмотрел на остолбеневшего трактирщика сверху вниз с насмешливым любопытством, потом замахнулся и отвесил ему увесистую затрещину.

— А ты малый не промах, — сказал он. — Ты даже сумел меня ударить!

Позади них медленно поднимался на ноги белокурый.

— Этот ублюдок меня со спины ударил!

Здоровяк дернул трактирщика за руку, так что тот вынужден был сделать шаг вперед.

— А ну-ка, извинись, балбес!

Трактирщик растерянно поморгал, открыл было рот, словно хотел что-то сказать, потом пошатнулся. Или, скорее, сделал вид, что пошатнулся. Падая, трактирщик резко ударил каблуком в подъем ноги солдата. Одновременно с этим он головой боднул бородача в нос.

Но верзила только рассмеялся, уклонился в сторону и дернул трактирщика за руку, заставив его снова потерять равновесие.

— Нечего, нечего! — насмешливо бросил он и тыльной стороной ладони хлестнул Квоута по щеке.

Трактирщик вскрикнул и зажал ладонью нос, из которого хлынула кровь. Солдат ухмыльнулся и тем временем сильно ударил трактирщика коленом в пах.

Квоут сложился пополам, беззвучно ахнул, потом издал несколько сдавленных звуков, как будто его тошнило.

Солдат все так же небрежно отпустил руку Квоута и взял со стойки бутылку с вином. Он ухватил бутылку за горлышко как дубинку. Ударившись о голову трактирщика, она издала глухой, почти металлический звон.

Квоут мешком рухнул на пол.

Здоровяк с любопытством поглядел на бутылку с вином и поставил ее обратно на стойку. Потом наклонился, ухватил трактирщика за грудки и выволок обмякшее тело на свободное место на полу. Он потыкал лежащего без сознания человека ногой, пока тот не начал вяло шевелиться.

— Я же тебе говорил, парень, что ты у меня получишь? — буркнул солдат и сильно ударил Квоута ногой в бок.

Белокурый подошел поближе, потирая скулу.

— Чо, больно умный, да? — сказал он и сплюнул на пол. Потом замахнулся ногой и тоже пнул лежачего. Трактирщик только зашипел сквозь зубы.

— Эй, ты! — бородатый ткнул толстым пальцем в Хрониста. — Ног-то у меня две! Хочешь, и тебе тоже врежу с ноги? Костяшки я уже рассадил. Если ты лишишься пары зубов, меня это не волнует!

Хронист огляделся и, похоже, неподдельно изумился, обнаружив, что вскочил на ноги. Он медленно опустился на стул.

Белокурый солдат, прихрамывая, подошел и поднял кошелек. Бородатый здоровяк по-прежнему стоял над Квоутом.

— Я так понимаю, ты решил, что попробовать стоит? — сказал он скорчившемуся на полу трактирщику, пиная его снова. — Дурак набитый! Заплывший жиром трактирщик против двоих людей короля?

Он покачал головой и сплюнул.

— Да кем ты себя, вообще, считаешь?

Лежащий на полу Квоут принялся издавать тихие, ритмичные звуки, сухие, негромкие звуки, царапавшие углы комнаты. Квоут на миг умолк, тяжело, мучительно набрал воздуху в грудь.

Бородатый солдат нахмурился и пнул его еще раз.

— Слышь, балбес, я тебя спрашиваю!

Трактирщик снова издал тот же звук, громче прежнего. И только теперь сделалось ясно, что он смеется. Каждый негромкий, отрывистый смешок звучал так, будто он выкашливал кусок битого стекла. И все-таки это был смех, смех, полный угрюмого веселья, как будто рыжий услышал шутку, понятную ему одному.

Это длилось довольно долго. Бородатый солдат пожал плечами и снова занес ногу.

Хронист кашлянул, и эти двое обернулись к нему.

— Ради того, чтобы все было культурно, — сказал он, — думаю, стоит упомянуть, что трактирщик отправил своего помощника с каким-то поручением. И он скоро должен вернуться…

Бородатый хлопнул своего напарника по груди тыльной стороной кисти.

— И то верно. Пошли отсюда!

— Минуточку, — сказал белокурый. Он торопливо подошел к стойке и схватил бутылку с вином.

— Ну, все, пошли!

Бородатый ухмыльнулся и зашел за стойку, нарочно наступив на лежащего трактирщика, вместо того чтобы переступить через него, схватил первую попавшуюся бутылку, опрокинул десяток других. Бутылки попадали и раскатились между двумя огромными бочками, высокая бутылка сапфирово-синего стекла медленно опрокинулась на пол и разлетелась вдребезги.

Не прошло и минуты, как пришельцы подхватили свои мешки и скрылись за дверью.

Хронист бросился к Квоуту, распростертому на деревянном полу. Рыжий уже пытался сесть.

— Надо же, какая незадача! — сказал Квоут. Он потрогал окровавленное лицо, посмотрел на свои пальцы. И снова захихикал колючим, безрадостным смехом. — Я на миг забыл, кто я такой.

— Ты в порядке? — спросил Хронист.

Квоут задумчиво ощупал свою голову.

— Наверное, пару швов наложить придется.

— Чем я могу помочь? — спросил Хронист, переминаясь с ноги на ногу.

— Не суетись, а? — Квоут неуклюже поднялся на ноги и рухнул на один из высоких табуретов у стойки. — Если хочешь, можешь стакан воды принести. И, наверно, мокрую тряпку.

Хронист кинулся на кухню. Послышалась отчаянная возня, что-то попадало на пол.

Квоут закрыл глаза и тяжело привалился к стойке.

— А чего у вас дверь нараспашку? — осведомился Баст, переступив порог. — На улице холодрыга такая, что твои ведьмины сиськи…

Он ошеломленно застыл.

— Реши! Что случилось? Что?.. Я… Что случилось?!

— А-а, Баст! — сказал Квоут. — Закрой дверь, а?

Баст бросился к нему, лицо у него окаменело. Квоут сидел на табурете у стойки, с опухшим и окровавленным лицом. Рядом стоял Хронист, неуклюже промокая голову трактирщика влажным полотенцем.

— Мне, наверно, придется попросить тебя наложить несколько швов, Баст, — сказал Квоут. — Если тебе не трудно.

— Реши, — повторил Баст, — что случилось?

— Да мы с Деваном тут малость повздорили, — ответил Квоут, кивая на писца, — насчет правильного употребления сослагательного наклонения. Ну, и под конец разошлись.

Хронист посмотрел на Баста, побледнел и поспешно отступил на несколько шагов.

— Он шутит, шутит! — торопливо сказал он, вскинув руки. — Это были солдаты!

Квоут мучительно захихикал себе под нос. На зубах у него показалась кровь.

Баст окинул взглядом пустой трактир.

— Что ты с ними сделал?

— Да ничего особенного, Баст, — сказал трактирщик. — Теперь они, наверно, уже за несколько километров отсюда.

— С ними было что-то не так, да, Реши? — спросил Баст. — Как с тем, вчерашним?

— Да нет, Баст, просто солдаты, — сказал Квоут. — Просто двое людей короля.

Баст посерел.

— Как?! — спросил он. — Реши, почему ты допустил, чтобы они это сделали?

Квоут посмотрел на Баста, словно не веря своим ушам. Коротко, горько рассмеялся, умолк, поморщился, втянул воздух сквозь зубы.

— Ну, это были такие славные, добродетельные юноши, — насмешливо сказал он. — Я и подумал: отчего бы не предоставить этим славным парням меня ограбить и вдобавок избить до кровавых соплей?

На лице Баста отразилось смятение.

— Но ты же…

Квоут утер кровь, которая угрожала залить ему глаза, и посмотрел на Баста так, словно тот был глупейшим созданием на свете.

— Ну? — осведомился он. — И что ты хочешь услышать?

— Двое солдат, Реши?

— Да! — рявкнул Квоут. — И даже не двое! Очевидно, одного головореза с увесистыми кулаками достаточно, чтобы избить меня до полусмерти!

Он яростно уставился на Баста, вскинул руки.

— Ну, что еще нужно, чтобы ты заткнулся? Тебе рассказать все как было? Ты хочешь знать подробности?

Баст даже отступил на шаг. Он побледнел еще сильнее, лицо у него сделалось испуганное.

Квоут тяжело уронил руки.

— Брось ждать, что я окажусь тем, чем не являюсь, — тяжело дыша, сказал он и, ссутулившись, потер глаза, размазывая кровь по лицу. Он устало уронил голову. — Матерь Божия, ну почему бы тебе не оставить меня в покое?