Кровь в огне (СИ) - Бондарь Ирина Михайловна - Страница 111

На второй день пути среди лесов показались каменные стены замка Кайта. Солнце только встало, Глайт по привычке закутался в плотную ткань плаща, хотя необходимость в этом давно отпала. Возможность находиться на солнце была еще одной вещью, которую мы пока успешно скрывали от Крейдена и прочих манипуляторов.

— Долго же вас пришлось ждать! — Кайт встретил нас во дворе, и его волосы красиво серебрились в утренних лучах.

— Вы знали? — спросила я вместо приветствия, спрыгивая с кота. — Как вы поняли, что вампирам теперь можно выходить на солнце?

— Девочка моя, а кто дал тебе твой чудесный браслет, сыгравший во всем не последнюю роль? — Наставник усмехнулся моей отвисшей челюсти и пригласил всех внутрь.

За прошедшие годы замок так и не изменился. Старая кухарка приготовила поздний завтрак, и мы сидели на залитом солнцем балконе, уплетая всякие вкусности. Ммм, булки, как же давно я их не ела!

— Ты мне не верила тогда, когда я рассказывал об уникальных свойствах твоей души, Рэй, — рассказывал Наставник. — Но все, что произошло с тобой и миром за последнее время, связано именно с ними.

Я недоверчиво уставилась на Кайта.

— И что, дать всем вампирам иммунитет к солнцу — моя заслуга? Да вы смеетесь!

— Прекрати препираться! В твоем браслете заключена чешуйка одного из тех драконов, которые сотворили не только этот мир, но и всю Паутину. Наказывая всех нас за самоуправство и слепоту, когда люди, вампиры и арашшасы чуть не погубили Галисс, он вполне мог оставить маленькую лазейку на случай, если что-то изменится.

— И что изменилось? — с любопытством спросил Глайт.

— Появился вампир, владевший магией огня, и при этом не желавший зла этому миру. Кроме того, ты ведь использовала Чистый огонь, верно? Я почувствовал применение драконьей магии дважды, и последний раз это было нечто невероятное. Ты поразительное создание, дорогая, и слава Небу за тот день, когда мне пришла в голову мысль сделать тебя своей ученицей. Уже много столетий мне так не везло.

Все заинтересованно рассматривали меня, будто какое-то диковинное животное.

Кстати о столетиях.

— Наставник, развейте мои сомнения, — прищурив глаза я смотрела в лицо древнему вампиру, знавшему слишком многое, чтобы не представлять угрозы каждому из нас.

— Спрашивай, — спокойно ответил он.

— Раньше ваше имя было длиннее, не так ли? — губы Кайта чуть дрогнули. — Ведь это вы — Кайтен?

Наставник поморщился, будто звуки собственного имени вызывали в нем неприятные воспоминания.

— Потомки Залины тебе все рассказали?

— Наставник, вы меня, конечно, извините, но вы полный балбес!

Раньше я себе такого не позволяла, мужчины удивленно смотрели на покрасневшую от негодования меня.

— Что вы, что она! Как можно позволить себе оказаться под властью эмоций и потерять контроль настолько, что это затронуло не только вас, но и весь мир на ноги поставило! Вы себе представляете, что ваша любовная размолвка стоила нормальной жизни половине мира? Да я вас прибить готова только за то, что меня саму чуть не порешили во время нашего последнего приключения! А все потому, что никто из вас не смог переступить через собственную гордость и признаться в том, что любовь все же сильнее!

— Ты это поняла гораздо быстрее? — ехидно кивнул Кайтен на наши с Глайтом брачные браслеты.

Я покраснела еще сильнее.

— Это…другое!

— Да неужто? — Наставник удовлетворенно откинулся на спинку кресла. — Почему же другое? Любовь дает множество удовольствий, но это и ответственность. Да, наши чувства повлияли на ход истории довольно сильно, нам с Залиной пришлось многое исправлять после той ссоры. Но все, что должно было случиться в этом мире, все равно бы произошло.

— Исправлять? — Шаэн прожевал очередной фрукт и удивленно смотрел на Кайта. — Как же вы могли что-то исправить, когда народы начали враждовать еще во времена правления Залины, а потом она погибла, передав власть следующему Верховному Хранителю?

— С какой-то стороны ты прав, — кивнул Кайтен и встал. — Она, действительно погибла. Та ее часть, которая отличалась непомерной гордыней, непререкаемой властностью и упрямством. Хотя, упрямство никуда не делось. Прошу меня извинить, я отлучусь ненадолго.

Наставник вышел на несколько минут, затем вернулся в сопровождении глухонемой кухарки. Старая сгорбленная вампирша щурилась на солнце, глядя на нас выцветшими желтыми глазами.

— Думаю, она и сама все объяснит, — предчувствие чего-то странного возникло у меня внутри.

— Думаешь, это разумно? — глухонемая кухарка говорит?

Голос старой вампирши был ясным и молодым, абсолютно не соответствуя внешнему облику.

— Они сумеют сохранить тайну, — улыбнулся Кайтен.

Мы смотрели во все глаза.

По телу старухи пробежала волна, меняя очертания фигуры, выпрямляя ее, разглаживая морщины, окрашивая седые волосы в цвет настоящего золота. Самая сильная иллюзия, которую мне когда-либо приходилось видеть, рассыпалась на глазах. Спустя мгновение перед нами стояла стройная желтоглазая женщина, словно отлитая из драгоценного металла. Золотистые с красным отливом крылья превращали ее в настоящую королеву, несмотря на простую одежду и прическу. Ее взгляд, устремленный на Кайта, сиял безграничной любовью и нежностью.

— Залина?! — Шаэнниль вспомнил о том, что он вообще-то воспитанный арашшас, и торопливо бухнулся на колени, почтительно склонив голову перед древней правительницей.

— Поднимись, мальчик! — засмеялась она. — Я уже давно не Верховная Хранительница, а простая женщина, пожертвовавшая когда-то своей любовью ради долга.

— И мне крупно повезло, что ты вовремя опомнилась, — Кайтен обнял возлюбленную. — Конечно, пришлось ее немного повоспитывать, но то, что у нас получилось в итоге, того стоило. Приходится скрывать ее от всего мира, но последние полтора тысячелетия нас это вполне устраивает.

— Ага, вам любовь, а остальным разгребать ее последствия, пробурчал мой неугомонный муж.

— Всякое случается в жизни, главное — не забывать об этих самых последствиях, — прочитал мораль Наставник. — Ты тоже хорош, наследничек. Если бы тебя не заставили обратить внимание на мою ученицу, так и погиб бы в один прекрасный день, забыв обо всем.

Произнесенное Кайтеном нравоучение напомнило мне еще об одной вещи.

— Наставник, — подозрительно напряглась я. — А что было в том письме, которое я отнесла Крейдену по вашей просьбе?

Кайтен и Залина переглянулись.

— Я тебе говорила, что ей не понравится идея, — подняла брови арашшаса.

— Но все получилось как нельзя лучше, возразил вампир.

— Что было в письме?

— Всего два слова, Рэй, — меня одарили двумя клыкастыми улыбками. — «Пожени их».

Я зарычала, и почти кинулась к горлу Наставника, но муж вовремя схватил меня за воротник и усадил к себе на колени.

— Почему Крейден вас послушался? — в свою очередь поинтересовался Рэйн. — Кем была Рэй тогда и кем был Глайт, наследник одного из кланов. Насколько я понял, нынешний Старший Князь очень не любит делать что-либо, особенно безвозмездно.

— Правильно рассуждаешь, Рэйн, но я — сир Крейдена. В такой мелочи он бы мне не отказал, кроме того, я ему подробно пояснил все преимущества такого союза.

— Наставник, вы негодяй!

— Знаю, — еще одна ухмылка.

Под спиной у меня что-то завибрировало.

— Извините, меня вызывают по кристаллу связи, — Глайт торопливо вышел, доставая из нагрудного кармана кристалл.

— Рэй, ты многое пережила, девочка. Твое обращение произошло при таких условиях, когда любой другой вампир сошел бы с ума. Но все это только закалило тебя, делая сильней. Когда-нибудь ты поймешь.

— Может быть, — грустно подтвердила я. — Но если бы вы знали, как больно иногда от этих «закаливаний».

Мы некоторое время помолчали, когда на пороге появился Глайт. С первого взгляда я поняла, что любимый в ярости, его аж распирало от возмущения и желания кого-нибудь придушить сию минуту. Желтые глаза сразу же остановились на мне, что тоже не сулило ничего хорошего.