Королева Тьмы - Бишоп Энн - Страница 73

Джанелль отвернулась, с явным беспокойством.

Хватит игр, решил Деймон. В том, что они никак не могли понять друг друга за этот месяц, было больше его вины, чем ее. Сэйтан говорил ведь, что у Джанелль никогда не было любовника, а он, как дурак, ожидал открытого приглашения в постель своей Королевы. Он вел себя так, словно имел дело с опытной женщиной, которая могла бы сделать первый шаг, воспользовавшись его доступностью.

И это было его самой большой ошибкой. Джанелль было совершенно несвойственно пытаться взять преимущество над тем, кто служит при ее дворе. Что ж, она сделала первый неловкий шаг. Теперь его очередь.

Он ослабил контроль над своей сексуальной притягательностью ровно настолько, чтобы в воздухе появилось едва уловимое дуновение соблазна, которое Джанелль не сумела бы распознать.

— Иди сюда, — тихо произнес он.

На ее лице появилось озадаченное выражение, однако она послушалась.

Легонько приобняв девушку за талию, Деймон притянул ее к себе.

— Поцелуй меня еще раз. Вот так. — С этими словами он легонько коснулся ее губ, мягко, нежно. — И так. — Поцелуй в уголок рта. — И так. — Жгучий поцелуй в шею.

Она повторила каждое его движение — пока не добралась до горла. Как только кончик ее языка коснулся его кожи, Деймон нежно заставил ее поднять голову, слегка потерся о губы и наконец поцеловал по-настоящему. Он целовал ее с голодом, постоянно росшим в его душе на протяжении последнего месяца — и всей жизни. Целовал ее, пока руки блуждали по телу девушки, изредка лаская нежные округлости ягодиц или поднимаясь по ребрам к груди. Целовал до тех пор, пока она не застонала. Целовал, когда наконец она открылась и позволила их языкам начать танцевать вместе. Целовал, пока ее руки не скользнули ему за спину, сжав плечи. Целовал до тех пор, пока стон не превратился в голодное рычание, а ногти не начали царапать его спину через пиджак и рубашку.

Только тогда Деймон понял, что завел ее гораздо дальше, чем собирался, по крайней мере на данный момент. Вновь обняв ее за талию, он вернулся к легким, нежным поцелуям.

Почувствовав, что он отступает, Джанелль снова зарычала — и теперь в ее голосе был не только голод, но и гнев.

— Ты меня не хочешь? — зловеще поинтересовалась она своим полуночным голосом.

Он прижал ее к себе покрепче, подавшись бедрами вперед, чтобы доказать правдивость своего ответа.

— Разумеется, я хочу тебя. — Деймон поддался страсти еще на одно мгновение, впившись губами в ее шею и оставив засос. Наконец, оторвавшись от Джанелль, он легкими поцелуями прошелся от щеки к виску. — Но это всего лишь любовная игра, прелюдия.

— Игра? — склонив голову набок, с подозрением переспросила Ведьма.

— Угу, — промычал Деймон, лизнув ее в лоб, точно в то местечко, где рос бы маленький витой рог, если бы они были сейчас в бездне. — Это не самое подходящее место для чего-то большего.

— Почему?

— Потому что лично я бы хотел, чтобы мой первый раз состоялся в постели.

Ее гнев исчез в тот же миг.

— О… Да, там было бы гораздо удобнее, — согласилась Джанелль.

Ты позовешь меня сегодня в свою спальню?..

Но Деймон был слишком проницателен, чтобы задать подобный вопрос в лоб. Вместе с тем он понимал, что спросить обязан.

— Можно мне прийти к тебе сегодня? — Почувствовав, как Джанелль напряглась, он прижал палец к ее губам. — Никаких слов. Поцелуя будет вполне достаточно.

Ее ответ был именно таким, на который он смел надеяться.

Деймон оперся обеими руками о комод и закрыл глаза.

«Дыши же, будь ты проклят! — велел он себе. — Просто дыши».

Как, во имя Ада, мужчины делают этов первый раз?! Может, для сопливого юнца волнения и возбуждения было бы вполне достаточно, чтобы забыть обо всех сомнениях и страхах. Может, в первый раз легче, если тебе не предстоит лечь в постель с совершенно особенной женщиной, женщиной твоей мечты — и когда от итогов последующего часа не зависит, захочет ли она и дальше иметь с тобой дело.

Он знал несколько десятков — а то и сотен — способов целовать, ласкать, возбуждать женщину, умел заставить ее отчаянно желать его, сходя с ума от страсти.

И не мог вспомнить ни одного.

Деймон выпрямился, запахнул халат, надетый поверх шелковых пижамных штанов, завязал пояс и яростно, от души выругался.

Надо было просто последовать туда, куда их обоих сегодня днем заводили эти поцелуи, надо было поддаться голоду, который он сумел пробудить в Джанелль, надо было действовать сразу же, а не отступать, предоставляя себе самому несколько часов, на протяжении которых он сумел запугать себя окончательно.

Однако, желая большего, нежели просто секс — не только для себя, но и для нее, — он все-таки отступил. И теперь искренне надеялся, что стоит только ему войти в ее спальню…

Деймон улыбнулся, осознав горькую иронию, — то, чего он никогда не делал с другой женщиной, то, чего никогда не хотел сделать, то, о чем теперь мечтал больше всего на свете, он, возможно, будет не способен сделать теперь.

Сдвинуться с места его заставил только страх, что, если Консорт продолжит оттягивать неизбежное, Королева может решить, что он больше не хочет ее.

Постучав в дверь, ведущую в ее покои, Деймон услышал в ответ придушенный писк, решил, что он вполне сойдет в качестве приглашения, и вошел.

Единственным источником света в комнате был огонь, пылающий в камине, и несколько ароматизированных свечей, расставленных тут и там. Покрывала на огромной кровати были откинуты вместе с одеялом. На столике у очага Деймон заметил несколько блюд, накрытых крышками, и бутылку игристого вина.

Джанелль стояла в центре комнаты, нервно сжимая пальцы. Краешек чего-то, подозрительно похожего на ночную рубашку из черного паучьего шелка, выглядывал из-под подола толстого, потрепанного халата, — Деймону тут же представилось, как в дождливые вечера она облачается в него и сворачивается в клубочек в кресле с книгой. Джанелль больше походила на потерянного ребенка, чем на женщину, отчаянно желающую секса.

Королева пристально посмотрела на своего Консорта:

— Ты выглядишь точно так же, как я себя чувствую.

— Напуганным до боли в животе? — Деймон тут же скривился, пожалев о вырвавшихся слова.

Джанелль кивнула.

— Я подумала… возможно, немного еды… — Она покосилась на накрытые блюда и побледнела. Затем перевела взгляд на постель, и с ее лица сбежали последние краски. — Что мы будем делать? — прошептала девушка.

Очевидно, он навредил им обоим, дав столько времени на раздумья…

— Начнем с самого простого, — решительно произнес Деймон. — С основ. — Сделав шаг вперед, он раскрыл объятия. — Для начала давай обнимемся.

Джанелль обдумала это предложение.

— Что ж, это несложно, — произнесла она и шагнула к нему.

Деймон закрыл глаза и нежно обнял женщину своей мечты. Не двигаясь больше, он мерно вдыхал ее запах.

Через некоторое время напряженные пальцы расслабились. Было нечто успокаивающее в том, чтобы прикасаться к толстому, мягкому халату, и в том, как длинные золотистые волосы щекотали руки.

Он притянул девушку к себе, ласково поглаживая ее по спине — просто потому, что это приносило ему удовольствие.

Джанелль вздохнула. Напряжение, сковавшее все мышцы ее тела, немного ослабло, и она прижалась к Деймону.

Он не думал о совращении, когда руки начали блуждать по женскому телу — или когда ее ладони неуверенно погладили его спину.

Он не думал о совращении, когда его тело с восторгом отреагировало на прикосновение губ к коже ее шеи, нежной, шелковистой по сравнению с грубоватой тканью халата под пальцами.

Он не думал о сексе, распахивая свой собственный халат, а затем начиная избавлять их обоих от одежды — пока между мужским и женским телами не оказалась лишь тонкая паутинка черного невесомого паучьего шелка. И даже когда эта последняя преграда тоже исчезла.

Он не думал о сексе, прижавшись к ее губам своими и начиная скользить бок о бок с Ведьмой в темный жар желания.