Ролевик: Рейнджер - Дуров Виктор - Страница 10

С уменьшением ранга количество Мест росло нелинейно и многократно, как минимум на порядок на каждой ступеньке. Соборов Сил было около двух сотен, Храмов – не менее трех тысяч, Алтарей – тысяч пятьдесят-семьдесят. Источников – почитай, в каждой деревне или рядом с ней. Если это не Темный Источник, понятное дело, от таких Светлые расы старались держаться подальше.

– Эй, народ! Вы ужинать не передумали?

– Уррраааааааа!

После того как выхлебали мое рагу и вылизали котелок, мы втроем попили настоящего чая. Еще в своем мире я отдал некой даме в дружественном лагере пакетик белого перца, один из трех, а взамен она отсыпала мне пару ложек какого-то «особенного» чая. Крупный лист – обещает быть ароматным, но не очень крепким – на ночь самое то. В ходе поисков компонентов для чаепития я нашел тубус с патентом. Прочитал и еще несколько раз заставил, надеюсь, икнуть того, кто этот Патент мне готовил. Ну, по крайней мере, надеюсь, что заставил. А причиной тому – имечко. Витольдус Дик Фелиниан – это мне теперь такой кличкой называться до самого конца пребывания в этом Мире?! Мало того, что самую нелюбимую форму моего настоящего имени взяли, так еще и над излюбленным ником поиздевались от души…

Добавил пару листиков душицы, насыпал из запасов кускового сахару. Вообще – с травами надо поступать аккуратно. А то ведь изгаляются люди над собой, как только могут. Один из самых распространенных фокусов – зверобой. Никто почему-то не задумывается: а откуда такое название, почему эту чудо-травку не ест ни одно животное? Да хоть изучить его действие и противопоказания! Короче говоря, мужчины, если вы еще в репродуктивном возрасте и соответствующая функция организма дорога вам не только как напоминание о молодости – не пейте! Потому как иначе через пару-тройку лет будете закусывать свой чаек «Виагрой» не для эпических подвигов, а для элементарной отдачи долга (супружеского) и жаловаться на «совсем испортившуюся экологию».

Чай двурвам понравился. Сахар – еще больше. После ужина мы втроем насобирали молодых побегов папоротника, я замариновал их в найденном среди кузнечных запасов берглингов уксусе на утро. Заварив еще чайку, стали устраиваться на ночлег. Для этого приволокли пару засохших на корню сосен, после чего я четвертый раз за сутки провел ритуал, окружив лагерь огненным куполом. Пояснил, что вот за этот круг выходить не нужно, заклинание одноразовое, но мощное. Рассказал для примера о первом применении данного способа защиты в этом мире и пошел спать, поскольку дежурить мне выпало последним.

Мои новые знакомые остались попивать чаек у костра и завели приглушенную беседу. Я же, разумеется, напряг все свои способности, чтобы подслушать. Не торопитесь осуждать меня – я знаком с этой парочкой меньше суток, все, что знаю о них, – знаю с их слов. Доверять им полностью и безоглядно? Щаззз, только разбегусь как следует! Странно, рассказчиком выступает молчаливый Гролин, а болтливый Драун только вставлял вопросы и осторожные замечания. А разговор, кстати говоря, шел обо мне, о доверии и о Стражах.

– Слушай, не понимаю я тебя, – тихонько бубнил Драун. – Ты же из бочки с водою поковку голой рукой не возьмешь на всякий случай, а тут сразу поверил.

– Дурень ты. Это же Страж! Настоящий страж, уж я-то знаю, встречал когда-то и способы проверки знаю.

– Ну и что, что Страж. Все-таки верховик… Кстати, расскажи, когда это ты со Стражами познакомился?

И Гролин заговорил, для простого горняка, каким казался, как-то очень уж складно.

Семь лет назад, если помнишь, была крупная ссора нашего клана с одним верховиком, графом вроде, который городом Пармоном правил. Как раз в разгар орочьего нашествия поцапались, нашли время. И граф этот, стоя рожденный, да на каменном полу, и наши старейшины, как на отливку горячую сели… Короче, расплевались вконец, собрались всем кварталом, погрузили скарб, детишек, домочадцев и двинули из города в горы.

Везли старейшины, что на переговоры с графом приезжали, какой-то ларец, нам сказали только, что его содержимое «не должно попасть в руки тех, кто настроен недружественно к Детям Гор, ни при каких обстоятельствах». Охрана при нашем караване была – две с половиной сотни латников Каменного Щита да почти три сотни ополченцев.

Шли неделю – тихо и спокойно. Однако за сутки до родного поселения, в какой-то деревушке верховников, встретили нас гонцы от Подгорного Трона и приказали всей охране срочно идти на юг – там орки навалились на один из наших городов, возникла угроза захвата. А нам, мол, осталось идти один световой день, и врага рядом нет.

Короче, утром мы вышли, имея в охране дюжину ополченцев, причем или старых, или хворых, или молодых совсем. И вот на полпути от деревни до гор мы попали. Вышли на гребень очередного увала, а перед нами на лугу, поперек дороги – полторы сотни орков. Причем не какой-то мелочи, снайгов легковооруженных так всего три десятка, с луками да дротиками, а сверх того – два десятка рейдеров на волках, да сотня уруков из Багрового Когтя.

Как, говоришь? Вот именно – офонарели мы. Стали к смерти готовиться, старейшины с шаманом затеяли прятать сундучок, орки начали эдак не торопясь, с удовольствием даже, в цепь разворачиваться. Представь: стоим головой каравана на гребне, впереди – ровное поле, склон, но такой пологий, что почти и нет. Впереди, в каких-то четырех сотнях шагов – орки. Сзади – поле, слева – овраг, вдоль дороги. Справа, в паре сотен шагов, начинаются какие-то кустики, дальше, шагов через тысячу, – лес.

Детишек бы отправить в лес с бабами, да боязно – кто его знает, сколько там по кустам снайг да гоблинов понатыкано. Развернули мы передний воз, встали перед ним строем, прощаемся друг с другом. И тут из травы, что гному по пояс, выходят трое – в плащах эльфийских, с луками, с мечами – Стражи, при полном параде. Ну, думаю, хоть недаром помрем, прихватим с собой орочьей крови.

А эти что-то старейшинам сказали, на воз вскочили, благо тот без верха был, луки в руки схватили, посовещались коротенько… Трое их было, двое постарше, один молодой еще. Да только у того молодого – перстень Мастера-лучника на пальце был, а у старших на колчанах темляки, пятихвостки. Знаешь, что это значит? Правильно, чтоб доказать право свое на него, надо поднять в воздух пять стрел, чтоб последняя с тетивы сошла раньше, чем первая в цель попадет. И чтобы каждая следующая раскалывала древко предыдущей. И повторить три раза за три дня, в любой момент, как Мастера прикажут, без подготовки.

Так вот, орков-лучников эти трое постелили чуть не с ленцой, на расстоянии двести пятьдесят шагов, ближе не пустили. Потом перебили всадников и их зверей. А потом начался цирк… К тому времени сотня уруков была на расстоянии двухсот шагов. Шли, сомкнув щиты, сплошная стена. А у нас – дюжина, с позволения сказать, пехотинцев да три лучника. Зато каких!

Вот представь картинку: идет здоровенный орчара, весь в броне, щитом прикрыт, голову наклонил, из-за края щита только шлем и виден. И вот в этот шлем бьют сразу две стрелы, мощно бьют. Голова у орка откидывается назад, между щитом и шлемом возникает щелка, на миг всего и тонкая, в палец. И в эту щель влетает третья стрела. Не простая, со стражьим сплавом. Орк, понятное дело, труп, он еще падает, как над ним пролетают еще две стрелы – в шеи его соседям, третья – сшибает орка, что вслед за первым шел и пытался его место занять!

И раньше, чем успеешь сказать «спаси меня, дух Гор, сына твоего», – в стене щитов дыра, как шахтные ворота. А главное диво в этом всем вот в чем: когда те две первых стрелы орка в лоб ударили – каждый из Стражей уже еще по три-четыре в воздух поднял! И почти все – в цель. Почти, а не все, потому как бой: то орк о кочку споткнется, и его смерть над головой прожужжит, то щитом зеленым отмахнется.

И что удивило – орки перли, как будто их сзади кирпичная стена подпирала. Или просто знали, что от Стража в чистом поле не убежишь, и потому пытались прорваться вплотную. Короче, самый шустрый и живучий орк не добежал до нашего воза ровно дюжину шагов, сам мерил потом. Этот успел бросить на бегу топорик и дротик. Топорик я щитом отбил, а дротик мой сосед перехватил. Вот и все наше участие.