О чем мечтает женщина? - Райт Бетти - Страница 19

— Я хочу заниматься с тобой любовью. Сейчас, — твердо заявила она, быстро снимая с себя майку и отбрасывая ее в сторону, а потом дрожащими непослушными пальцами принялась расстегивать пуговицы на его рубашке.

Роджер, выдержка которого была уже на исходе, отвел ее руки и быстро сорвал с себя рубашку. В следующее мгновение Трейси снова оказалась в его объятиях. Ее ладони скользили по спине Роджера, вызывая в его теле электрические разряды, а губы поймали плоский мужской сосок. Он хрипло простонал и, крепко обхватив Трейси за бедра, прижал к себе, чтобы она почувствовала все нарастающую силу его возбуждения.

Она раздвинула бедра и прильнула к нему еще теснее. Роджер расстегнул молнию на ее шортах, и те упали на ковер к ее ногам. Он ладонями сжал ее крепкие ягодицы и глубоко вздохнул.

Но Трейси этого было уже мало. Чувственные объятия не могли утолить ее разбушевавшуюся страсть. Она хотела ощущать Роджера внутри себя и не в состоянии была ждать больше ни минуты. Ее пальцы нашли пуговицу на поясе его джинсов, и, расстегнув ее, она резко дернула вниз замок молнии.

Роджер шумно втянул воздух, когда пальцы Трейси сомкнулись на его напряженном члене, схватил ее за запястье и прерывисто прошептал:

— Подожди!

Но она закрыла его рот поцелуем.

— Я не могу ждать. Я хочу тебя сейчас, немедленно.

Нетерпение на ее напряженном лице, пылавшем страстью, подстегнуло Роджера, и он, уже не сдерживаясь, повалил ее та кровать. Быстро скинув с себя джинсы, он вошел в нее одним мощным движением, и она приняла его в свое лоно с хриплым криком удовольствия.

Роджер старался продлить это мгновение, но Трейси нетерпеливо обхватила ногами его бедра, вбирая все глубже в себя, и они задвигались в едином ритме.

Они слишком сильно хотели друг друга, чтобы сдерживаться. Трейси первой достигла оргазма и, уже поднимаясь на самую вершину блаженства, почувствовала, как внутри нее разлилась горячая лава. Роджер рухнул на нее всей своей тяжестью, с трудом восстанавливая дыхание.

Сила их страсти ошеломила его. Он догадывался, какой великолепной любовницей может быть Трейси, но действительность превзошла все ожидания.

Подняв голову, Роджер немного сдвинулся в сторону, чтобы освободить ее от тяжести своего тела, и с сожалением подумал о том, что все так быстро закончилось. Их первую близость он мечтал предварить долгими, медленными ласками, чтобы они могли вдоволь насладиться друг другом, прежде чем погрузиться в океан страсти.

Но ничего, у нас еще все впереди, сказал себе он и скользнул ладонью по изгибу ее бедра.

Трейси вздрогнула и посмотрела на него.

— Чему ты улыбаешься? — спросила она, проведя рукой по мелким завиткам на его груди.

— Спрашиваю себя, всегда ли ты так требовательна? — ответил он.

— Только тогда, когда твердо знаю, чего хочу, — заявила она. — Ты огорчен?

— Конечно нет, — сказал Роджер, замотав головой.

Трейси, удовлетворенно вздохнув, потянулась грациозным кошачьим движением.

— Я рада.

Он громко рассмеялся, откинулся на подушки и привлек ее к себе. Ей было так уютно в его объятиях…

— Я не так планировал провести сегодняшнее утро, — заметил Роджер.

— Не так? — улыбнувшись, повторила Трейси. Она не помнила, чтобы когда-нибудь ощущала себя такой расслабленной и счастливой.

— Я хотел устроить для нас пикник. В машине стоит корзина с продуктами.

Трейси положила голову ему на грудь и подняла глаза.

— Мы можем пообедать и здесь, — сказала она и добавила, лукаво взглянув на него: — Я не сомневаюсь, что мы найдем способ нагулять аппетит.

Роджер, поняв этот намек, снова ощутил прилив желания.

— Ты настоящий провокатор, — пошутил он, целуя ее в шею.

— А мне показалось, что тебе понравилась эта идея, — медовым голосом проговорила Трейси, прижимаясь к нему.

Роджер взял в ладони ее груди и зарылся в них лицом. Закрыв глаза, он вдыхал теплый женский запах, и Трейеи чувствовала, как дрожат его ресницы.

— Знаешь, о чем я сейчас думаю, принцесса? — спросил он, и она прочла в его глазах то же, что ощущала сама.

— О том, что обед может подождать? — игриво предположила она.

— Точно, — подтвердил Роджер, и Трейси почувствовала, как его руки сжимают ее все сильнее.

Прошло немало времени, прежде чем они смогли наконец приступить к еде, а убрав посуду, занимались любовью снова и снова, пока их не сморил сон.

Трейси проснулась первой. За окном уже опустились сумерки. Роджер лежал, распластавшись на животе, и крепко спал. Она молча смотрела на его сильное, мускулистое тело и думала о том, что может часами любоваться им.

Она не жалела о том, что произошло между ними. Это было прекрасно.

Почувствовав жажду, Трейси тихо выскользнула из постели, накинула на себя сорочку Роджера, бесшумно вышла из спальни и спустилась вниз по лестнице.

Когда она зажгла свет на кухне, то увидела, что входная дверь по-прежнему не заперта. Они были так поглощены своей страстью, что любой мог спокойно войти в дом и вынести из него все, что угодно. Достав из холодильника банку сока, Трейси прошла на террасу и уселась в кресло-качалку.

Она чувствовала, как изменилась после встречи с Роджером. Он был потрясающим любовником. Даже сейчас при одной мысли о нем она ощутила, как по ее телу пробежала приятная дрожь желания. У нее возникло ощущение, что она знает этого человека очень давно. С ним она становилась живой, чувственной, желанной.

Послышался легкий шорох. Трейси подняла голову и увидела Роджера, стоящего в дверях. На нем были только джинсы с незастегнутой молнией, и он выглядел сейчас необычайно сексуально.

Сердце ее забилось быстрее.

— Я разбудила тебя? — спросила она.

— Нет, — ответил Роджер, сладко потянувшись, потом подошел к ней и положил руку на спинку кресла. — Как ты?

Он почувствовал отсутствие ее теплого тела рядом, поэтому и проснулся. Увидев Трейси здесь, на террасе, сидящую в одиночестве, Роджер решил, что она сожалеет о случившемся, и теперь гадал, как ему следует вести себя. Сам-то он считал, что они идеально подходят друг другу, во всяком случае, в постели.

— Жалеешь об этом, принцесса?

Трейси скосила на него взгляд, блаженно прикрыла глаза и, улыбнувшись кошачьей улыбкой, ответила:

— Нет.

Лицо Роджера заметно расслабилось. Он подвинул стул и обнял ее за плечи. Ночь окутала их своей тишиной.

Он сидел молча и думал о том, что ничего в своей жизни не желал больше, чем вот так сидеть вместе с ней каждый вечер в течение следующих пятидесяти — шестидесяти лет.

— Ты жила в этом доме со своим мужем? — спросил он и, услышав ее вздох, добавил: — Извини. Можешь не отвечать, если не хочешь.

— Все в порядке, — сказала Трейси. Почему-то она могла говорить с ним даже о Деннисе. — Нет, мы с ним жили в Эймсбери. А этот дом я купила после его гибели.

Роджер подавил вздох облегчения. Не очень-то приятно было бы находиться в доме, где витает тень другого мужчины.

— Он был врачом?

Трейси с улыбкой покачала головой.

— Нет, ветеринаром. Деннис любил животных. Мы оба любили их.

Ее страстью были лошади, и где-то на чердаке еще стояла коробка, в которой хранились призы, выигранные на скачках.

— Где ты познакомилась с ним?

— Мне кажется, что я знала его всю жизнь. Мы росли вместе. Мои бабушка с дедушкой были соседями родителей Денниса.

Он был старше Трейси и относился к ней, как к младшей сестренке, а когда она повзрослела, их дружеская привязанность друг к другу переросла в нечто более интимное. Поэтому, когда Деннис предложил ей выйти за него замуж, ей казалось, что сбылась ее самая сокровенная мечта.

— А что случилось с твоими родителями?

— Они погибли в автомобильной катастрофе. Мне тогда было шесть лет, и дедушка с бабушкой забрали меня к себе. Деннис сразу взял меня под свою опеку. Думаю, я влюбилась в него с первого взгляда.

— Детская любовь? — мягко спросил Роджер. Он мог позволить себе задать такой вопрос, потому что понял, что Деннис был уже в прошлом, и верил, что теперь Трейси любит его, Роджера. Она не отдавалась бы ему телом и душой с такой искренностью, если бы не любили его. Просто она сама еще не осознает это.