Древо познания - Уильямс Дороти - Страница 26

— Алекс?

— Ммм?

— Мы же не предохранялись.

Он пристально посмотрел на нее.

— Нет, — согласился он. — А что, слишком рано для этого. Ты думаешь?..

— Нет, — перебила она его. — Я немного боюсь, но…

Он взял ее руку в свою.

— Что будет, то будет.

— Да.

— Мы же любим друг друга. Все будет отлично. Сходим к врачу на следующей неделе…

— Хорошо, — согласилась она.

— Он нам посоветует, как лучше поступить. А до тех пор останемся здесь. А потом отправимся на юг, найдем себе домик поближе к твоей бабушке, если тебе, конечно, этого хочется. Там и обоснуемся.

— А ты этого хочешь?

— Да. Я хочу настоящий дом, с садом. Хочу семью. А здешний дом мы можем продать. Настало время перемен.

— Но следующим летом, думаю, мы могли бы вернуться в Австрию, навестить друзей, покупаться в озере.

— Неплохая идея. Ну что, может, вернемся в постель?

Она улыбнулась.

— Вернемся в постель.

Эпилог

— Что, плохо?

— Да… Нет… — Каролина лежала на заднем сиденье машины. Страх и волнение попеременно овладевали ею. Неужели это наконец-то произойдет?

— Пожалуйста, не делай этого, пока мы не доедем до больницы, — озабоченно бормотал Алекс. Казалось, он был напуган и встревожен гораздо больше Каролины. — Ты думаешь, мы успеем?

— Я в этом уверена, — успокоила его Каролина. — Не волнуйся! Все будет хорошо.

— О Боже! — воскликнул Алекс.

Никогда в жизни он не испытывал такого. Ему хотелось сделать все как надо. Все по высшему разряду. У него вот-вот родится ребенок…

Времени было достаточно. Наверное. Он надеялся на это. До больницы минут десять езды, но Алексу казалось, что они едут уже не меньше часа.

— Дорогой, пожалуйста, не надо нервничать.

— Хорошо, — повиновался он. — Каролина, я и не думал, что буду так волноваться. Я весь дрожу…

— Все нормально, — продолжала успокаивать она его. — Мы уже почти приехали. Вот огни.

Он подъехал к самому входу в корпус и обежал вокруг машины, чтобы помочь жене выбраться.

— Нет, подожди, — вдруг остановился он. — Я привезу тебе кресло-каталку.

— Да я в порядке.

— Нет. Ты должна быть в полной сохранности.

Один из медбратьев, куривший у дверей, подошел к ним.

— Позвольте, я помогу вам. — Он подозвал какого-то человека, и тот подвез каталку.

Алекс помог Каролине пересесть в коляску, и сам повез ее в здание больницы.

— Милый, ты не можешь оставить машину здесь… — заметила Каролина.

— Тем более открытой, — подтвердил медбрат с легкой улыбкой. Потом серьезно добавил: — Здесь автомобиль будет мешать проезду машин «скорой помощи». Отгоните его, пожалуйста, за угол.

Алекс состроил недовольную гримасу.

— Без меня никуда не уходите! — крикнул он, убегая к машине.

Когда он вернулся, медбрат с Каролиной в кресле-каталке послушно стояли около входа.

— Почему вы не ввезли ее внутрь? Она же здесь мерзнет! — возмутился Алекс.

— Но вы же сами велели мне подождать вас.

— Но я не имел в виду здесь! Пойдемте скорей. Ты в порядке? — обратился он к Каролине.

— Все отлично.

Бедный Алекс, думала она.

Ее ввезли в палату. Медсестра осмотрела Каролину, задала ей несколько вопросов и записала все необходимое в карту.

— Может, уже надо позвать доктора? — озабоченно спросил Алекс.

— Нет, — дружелюбно ответила сестра. — Пока посидите где-нибудь. Вы приехали за сто лет до начала.

В ужасе уставившись на нее, он воскликнул:

— Что?

— Времени еще предостаточно, — повторила та. — Идите выпейте чашечку кофе. — Мы за это время все тут подготовим. Подходите через пару часиков.

— Через сколько?

— Через несколько часов.

— Несколько часов?

— Ммм. — Медсестра улыбнулась и обратилась к Каролине: — Хорошо, миссис Барнард, раздевайтесь и ложитесь на кровать. Я приду через десять минут.

— Вы что, собираетесь бросить ее тут? — возмутился Алекс.

Медсестра засмеялась.

— Да, собираюсь ее бросить. А вы будьте хорошим мальчиком и успокойтесь.

Медсестра удалилась, а Алекс подошел к Каролине. В глазах у него была паника.

— Больше не будем рожать детей. Одного нам хватит, — в отчаянии произнес он.

— Да у тебя еще и этот не родился, — заметила Каролина.

— Я не знаю, что мне делать, — продолжал он. — Тебе что-нибудь нужно? Может, что-нибудь принести или кого-то позвать?

— Мне нужен ты, — просто сказала она, — Тебе не обязательно что-то делать. Просто будь здесь, рядом со мной.

— Конечно, я буду рядом с тобой. Ты ведь не думаешь, что я уйду, правда? — Несколько секунд они молчали. — Я звонил Флетчеру пару дней назад, — вдруг признался Алекс. — Спросил у него, на что это все похоже. «Не спрашивай!» — ответил он. Теперь я понимаю, что он имел в виду.

Каролина улыбнулась, но тут же сморщилась от боли, и Алекс готов уже был бежать за помощью, но в этот момент вошла медсестра и все пришло в движение.

Каролину периодически осматривали. Схватки продолжались. Единственное, чего ей хотелось, это уснуть, но, как только она начинала засыпать, боль вновь возвращала ее в сознание. Алекс крепко держал ее за руку.

Через три часа, слишком измотанная, чтобы быть взволнованной, Каролина была доставлена в родильное отделение. Алекс все время оставался с ней. Она сильно сжимала его руку при каждой потуге. Через два часа подобных усилий Каролина наконец-то родила девочку.

Уставшая, сонная, она была очень довольна, что все благополучно закончилось, и лишь немного стыдилась той шумихи, которую подняли вокруг нее. Она посмотрела на маленький сверточек, который подала ей акушерка, и непрошеная слеза выкатилась у нее из глаза и упала на щечку ребенка.

Затем она взглянула на Алекса. Тот не отводил взгляда от дочери. Тяжело вздохнув, он сжал руками виски. Руки его дрожали.

— Все закончилось, — произнесла она слабым голосом.

— Да, — согласился он. — Каролина, я прямо готов расплакаться. Я так люблю тебя. — Протянув руку, он одним трясущимся пальцем дотронулся до кулачка младенца.

— Ты хочешь подержать малышку минутку, перед тем как ее унесут?

— Нет… то есть да.

Акушерка, наблюдавшая за этим диалогом, улыбнулась и, взяв ребенка у Каролины, аккуратно передала его Алексу.

Держа в руках свою дочь, Алекс испытывал эмоции, о существовании которых он и не подозревал. Он с умилением взглянул на сморщенное личико.

— Она не плачет.

— Нет, — улыбнулась акушерка. — Запомните этот момент. Он продлится недолго. Идите выпейте чаю или чего-нибудь еще. Нам надо привести в порядок вашу жену и дочку. Возвращайтесь где-нибудь через час.

Измотанный, с туманной головой, он наклонился, подарил жене поцелуй, полный любви и благодарности, и вышел.

Оказавшись на свежем воздухе и удивившись, что на дворе уже светло, он глубоко вдохнул морозный воздух. Дочь. А мне даже некому позвонить из родных. Как это больно! Но ты уже взрослый, Алекс, напомнил он себе. Тебе тридцать пять. Наполнив легкие холодным воздухом, он добрался до машины и обессиленный сел за руль. И представить трудно, что можно быть таким измотанным.

Доехав до ближайшего таксофона и убедившись, что уже восемь, он позвонил Каролининой бабушке, чтобы сообщить о рождении внучки. И вот в этот-то момент до него дошло. Я же стал отцом! Гордый, счастливый, восторженный отец. Папочка. Он готов был опять расплакаться. Я же забыл спросить, сколько она весит, подумал он. Забыл спросить, хочет ли Каролина все еще назвать ее Афиной, в честь своей матери. А вот Каролина не забыла спросить, все ли в порядке с ребенком, это он помнил. И ребенок был в порядке. Идеальный во всех отношениях. Я могу позвонить Аннабелле, подумал он. И друзьям в Австрию. Но надо же еще успеть купить цветы, плюшевого медвежонка, помыться, побриться — словом, привести себя в порядок.

Широкая улыбка расплылась на его лице, губы немного дрожали, он поблагодарил Бога за ниспосланное чудо и поехал домой.