Закат [СИ] - Колесниченко К. В. - Страница 32

Появление эвенгера лишь уверило Алана в необходимости скорее заканчивать с боем. Долго Майкл мог не продержаться.

Один из девизов которыми любил руководствоваться в юности вампир гласил, "Хороший враг — мертвый враг. Если хочешь побеседовать, выбирай для этого плохого врага, он более сговорчив".

Перехватив длинную руку одного из нападавших, Алан дернул ее на себя. Ухватив чужое тело покрепче вампир прижал свою ладонь с пентаграммой к голове солдата. Короткая нить слов и в тело человека влилась магия разложения. Словно время специально для него ускорило своей бег в несколько сот раз. Кожа быстро почернела и усохла, глаза высохли и стали похожи на гнилые яблоки. В беззвучном крике, нижняя челюсть человека отвалилась и разбилась об землю.

Рядом сильно запахло дикой мятой.

После этого Алан сплел магическую удавку и захватил ей тело противника. За сегодня это был уже шестой подобный захват, но убийцы вырывались из объятий магии оставляя в замен части своих тел. Они не жалели себя словно были смертниками. Но это заклятие было другое. Оно несло смерть лишь одним своим прикосновением, высасывая из тела жертвы всю жидкость. Во время боя Алан усвоил одно, убивать неизвестных противников нужно окончательно, иначе через пару минут они вновь будут желать твоей крови. Но Алану также требовался пленник, его вопросы не могли остаться без ответов и мнение противника в этом плане его не волновало. Вампир изменил цепь заклятие и к его ногам упал застывшей как изваяние человек. На лице у него замер безумный оскал сумасшедшего.

Рядом терпко запахло кровью, Майкл зажимал рукой глубокую рану на груди, кровь толчками выливалась сквозь сжатые пальцы. Напротив него стоял маг Оттома и пытался восстановить дыхание. Бой с эвенгергом дался ему нелегко, одежда была разорвана или вырвана целыми клочьям. Лицо покрыто сажей и засохшими частицами крови, по грязи, чистыми дорожками лился пот.

Увидев направляющегося к нему Алана, он зло прищурился. Заметил лежащих на земле помощников, здорового вампира и понял, что бой проигран. Развернул в стороны руки, параллельно плечам, быстро присел, одновременно поворачиваясь по оси. Когда он полностью опустился на землю, то оказался завернут в играющими разноцветными оттенками прозрачный плащ. В следующий миг его поглотила воронка небольшого урагана. Словно большой червь, он появился прямо под ногами мага, поднялся вверх и быстро устремился вперед, кривой петлей ураган ударил в ближайший дом и рассыпался невидимыми частями. Мага в нем уже не было.

Алан потушил готовое заклятие, расправил уставшие плечи и провернул в воздухе левой рукой. Сросшиеся минуты назад суставы сухо хрустнули.

С ясного неба, пошел дождь. Теплые капли падали на грязные дома и окровавленную улицу. Словно пытались смыть с города ставший местом сражения переулок.

Чтобы скрыться маг прибегнул к мощной стихийной магии, откат которой направил в небо.

Рядом с Аланом стал Майкл. Его рана начала затягиваться. До утра должна будет пройти.

— Надеюсь мы его еще увидим. — он смотрел на валяющееся трупы и ошметки разорванных тел. — Нам есть о чем поговорить.

— Конечно увидим. — Алан облизнул мокрые от капель губы. — Такие встречи неизбежны.

Открыв глаза первым что я ощутил, был холодный, мокрый камень, на котором я лежал.

В боку словно поселился мелкий, поедающий с медлительностью улитки мои внутренности демон. Глухой стон вырвался из груди.

Рядом захлюпали чьи-то сапоги, в лежащем положении, на боку я не мог рассмотреть кому именно они принадлежат, а поднимать голову не хотелось.

— Эй, он очнулся. — голос у сапог был хриплый и глухой, словно его обладатель начал курить еще в раннем детстве.

К паре сапог присоединилась еще одна. Кожа на них отличалась от первых, она была более мягкая и темная с пятнами мокрой грязи.

— Давно пора. — заметили вторые сапоги. — Приведите его в порядок.

Еще две пары сапог приблизилась к нашему маленькому совещанию. Они обошли меня с разных сторон, остановились, в тот же миг чьи-то крепкие ухватили меня под мышки, подняли с земли и усадили на высокую ступеньку кареты.

Боль в ране от телодвижений засияла с новой силой. Сквозь мокрую одежду я ощутил тонкую струйку горячей крови.

Потирая больное место, я огляделся по сторонам, поднявшие меня стражники уже отошли по своим делам, желая покончить с ночной работой как можно скорее. Медленным шагом ко мне подошел Клемент. Под левым глазом у него растек свежий синяк., на уставшем лице были видны следы недавней драки, разбитую бровь кто-то промыл и скрепил липким бинтом.

— Как ты себя чувствуешь?

— Плохо. — сказал я. Голос подломился и я зашелся в кашле.

— Это хорошо. Потому что выглядишь ты просто отвратительно.

— Я себя чувствую пальцем, попавшем в мясорубку. — стараясь удержать кашель, сквозь зубы прошептал я.

Регенерация шла медленно, последнее заклятие истощило мои скудные запасы магии, и теперь организм работал лишь на своем природном энтузиазме.

Заметив мои потуги, городской маг залез рукой в один из своих карманов. С минуту покопавшись, он достал на свет небольшую, где-то грамм на 300 металлическую флягу.

— Держи. — он протянул ее мне. Внутри что-то глухо булькнуло.

Вместо обычной крышки, фляга была закрыта глиняной пробкой, покрытой сверху составом смолы смешанной с примесями. Сорвав руками пробку, я жадно вдохнул в себя запах наполненный силой и жизнью.

Кровь.

— От куда такие подарки.

Я сделал глубокий глоток. Боль сразу же не прошла, такое бывает лишь в сказках, когда избитого до смерти героя лечат одним глотком волшебной воды, в обычной жизни такого пострадавшего не ждет ничего хорошего. Глоток волшебной дряни в лучшем случаи избавит его от мучений, а друзей от необходимости волочить полу мертвое тело до лекаря. Мертвых как известно не лечат, они умнее вынужденных все время лечиться живых.

Кровь оказалось довольно свежей, шести-семи недельной давности.

— Мы же не варвары в конце концов. Запас крови хранится в городском госпитале, согласно велению Дома Законов. — он присмотрелся ко мне по внимательней. — У тебя глаза стали почти полностью красными, ты знал?

Я допил фляжку и закрыв вернул магу. Клемент спрятал ее в кармане.

— Это нормально. Чем я ярче глаза, тем сильнее и здоровее вампир.

Боль понемногу начала отступать, в голове прояснилось вернулась способность мыслить. С новым взглядом я осмотрел ночной переулок.

Между домов чуть впереди стояли две кареты. Одна со знаком меча в золотом круге на покрытой лаком двери. Дверца была открыта, но внутри никого не оказалось, лишь несколько коробок лежащих на мягких скамейках. Запряженные в возы пара лошадей смирно стояли на месте, возможно они были настолько возмущены ночной поездкой, что даже не могли показать характер. Пара было отличной масти, темно коричневые они красиво выделялись на сером фоне старого дома, особенно их, темно-светлые, длинные гривы. Возница, зарывшись в плащ, спал на козлах, он был полностью солидарен со своими подчиненными.

Вторая карета остановилась чуть дальше, словно не хотела находиться рядом со стражниками. Она была полностью закрыта и завешана шторами изнутри. На гладком боку была нарисована раскрытая ладонь с песочными часами. Рука, держащая время, держащая жизнь. Не управляющая, а лишь способная сохранить и удержать.

Врачи. Целители.

Рядом с лошадьми крутился маленький человечек с яблоками в руках.

Лишь сейчас я заметил, что с неба перестал лить дождь, избавив тем самым городские улицы от лишней влаги. Небеса словно следили за городом и наш бой, стал для них последней каплей, воздушные киты дали Хорглису так необходимое ему сейчас спокойствие.

До рассвета оставалось еще далеко, солнце даже не наметило свое возвращение на обыденную калию. Небо оставалось таким же черным и беззвездным как и до того как я потерял сознание. Но, не смотря на это в переулке было довольно светло. Где-то с десяток горящих факелов освещали улицу, свет шевелился вместе с пламенем, наделяя тени возможностью двигаться.