Кольцо с бриллиантом - Брукс Карен - Страница 11

Оуэн был первым, предложившим ей руку и сердце. В преддверии ее двадцатишестилетия они собирались пообедать в ресторане. Немного задержавшись на работе, она волновалась, что не успеет привести себя в порядок к приходу жениха. Перед Юлианой всплыла картина, как она в спешке красит губы помадой цвета красного вина, в тон ее платью из крепа, как входит Оуэн и молча любовно наблюдает за ней.

Она улыбнулась ему через плечо и стала вставлять серьги в уши. И вдруг случилось непредвиденное.

- Юлиана, ты понимаешь, что, когда мы поженимся, тебе уже не надо будет работать? - неожиданно сказал он как о деле решенном.

Юлиана замерла, держа сережку возле уха. Ей показалось, что она ослышалась. Насторожившись, она вставила серьгу и медленно повернулась к своему жениху.

- Я знаю только то, что, став твоей женой не смогу больше работать в «Ноторн Брос», призналась она. - Такова политика компании. - Это не последнее место - найду себе что-нибудь другое.

- Нет, - оборвал ее Оуэн.

- Что значит - нет? - в недоумении, с вызовом спросила она.

- А то и значит, что тебе не надо будет ничего искать, - не задумываясь, отрезал он.

Юлиана не поверила своим ушам. Уж не собирается ли он командовать ею? Неужели он не понял, что любое давление противоречит ее сущности, а потеря личной свободы и независимости смерти подобна?

Оуэн улыбнулся и, подойдя, положил руки ей на плечи.

- Ну вспомни хотя бы наши мечты о дальних странах. Из-за твоей работы мы не сможем никуда поехать, - миролюбиво убеждал ее он. - Ты забыла о нашем свадебном путешествии?

Юлиане вдруг стало не по себе от ощущения, что она совершает огромную ошибку, связывая свою жизнь с этим человеком.

- У меня нет возражения против нашего медового месяца. - Она решила не спешить с выводами и попробовать найти компромисс. - Но я не представляю себя без работы и без того, чтобы у меня были собственные деньги.

- Не волнуйся о деньгах, - ласково улыбнулся он. - Я открою счет в банке на твое имя, который будет с лихвой покрывать твои расходы. Ты увидишь, я сделаю так, что деньги не будут сдерживать ни одно твое желание. Я сумею содержать тебя, а ты, я уверен, скоро к этому привыкнешь.

Юлиана услышала лишь одно слово. Содержать.

Она откинулась назад и взглянула на человека, которого, как ей казалось, любила и за которого собиралась замуж.

- Сомневаюсь, что когда-нибудь смогу привыкнуть жить на содержании, - с вызовом проговорила она.

Он криво усмехнулся.

- Ну-ну, Юлиана. Уж не хочешь ли ты сказать, что горишь желанием торчать в какой-нибудь скучной конторе, когда у тебя есть все возможности жить, ни о чем не задумываясь? Подумай! Вставать ни свет ни заря, бежать куда-то… А тут ты будешь вольна распоряжаться своим временем по собственному желанию.

- Но я не люблю долго валяться в постели! - машинально ответила она, все больше склоняясь к мысли, что интуиция и на сей раз не подводит ее.

- Это оттого, что ты не привыкла. Бедняжка, тебе столько приходилось работать, чтобы свести концы с концами! Знаешь, мне доставит огромное удовольствие превратить мою любимую, очаровательную труженицу в избалованную даму высшего света. У тебя не будет никаких забот, кроме одной - любить своего мужа.

Он поцеловал ее в губы. Юлиане нравилось целоваться с Оуэном. Ей всегда были приятны его ласки, но сейчас вдруг она почувствовала отвращение к нему.

Испугавшись этого нового ощущения и стараясь ничем не проявить его, она осторожно высвободилась из объятий Оуэна.

- Пожалуйста, Оуэн, дай мне собраться с мыслями. Нам необходимо поговорить. Я не могу думать, когда ты пристаешь.

- У меня самого в голове все путается, как только я прикасаюсь к тебе, - признался он, глядя на нее с пылкой влюбленностью. - Я безумно люблю тебя, Юлиана, и хочу, чтобы ты верила в это.

Юлиана испытующе посмотрела на него. Да, ей это было известно. Но где грань между любовью к собственности и к человеку? А она? Может ли она чувствовать то же самое к Оуэну, если его поцелуи вызывают в ней такую неприязнь? Представив, что ей придется ложиться с ним в постель, она пришла в ужас.

Конечно, надо как можно быстрей расторгнуть эту помолвку.

- Я не брошу работу, - твердо заявила она. - Это не стоит и обсуждать.

Оуэн в раздражении посмотрел на нее.

- Что значит, не стоит? Чепуха какая-то! Юлиана, ты моя невеста, а скоро станешь моей женой!

- Не думаю… - Опустив глаза, она стала медленно снимать подаренное ей Оуэном кольцо с бриллиантом. - Прости… Оуэн, - сказала она, протягивая ему кольцо.

Оуэн, не веря, уставился на ее ладонь, где лежал его подарок.

- Ты шутишь?

- К несчастью, нет. Разве ты сам не видишь, что у нас ничего не получится? Мы же с тобой совершенно разные люди. Хорошо, что это открылось сейчас, пока еще не поздно все изменить. Пожалуйста, Оуэн… возьми кольцо.

Он с размаху ударил ее по руке: кольцо отлетело в противоположный конец комнаты.

- Забери его себе! Оно тебе понадобится, когда станешь голодать. А так будет, радость моя, если ты останешься в этом городе. Можешь уже считать себя без работы, без рекомендаций и с подмоченной репутацией. И когда это произойдет, ты вспомнишь, как благосклонна была судьба к внебрачной дочери кухарки, которая не знала, с какой стороны намазывают масло на хлеб. Ты, глупая сучка! У тебя было бы все! Да, что еще можно ожидать от безродных ублюдков! Дурак я, не послушался своих друзей! - проорал он во все горло, то и дело срываясь на визг, и хлопнув дверью, ушел.

Юлиана, бледная, в шоке, застыв, смотрела ему вслед. Она никогда не видела Оуэна в такой ярости и не представляла, что он может вылить такую грязь не только на нее, но и на кого бы то ни было.

Постепенно шок сменился тревогой. Оуэн считался могущественной фигурой в городе и мог без особого труда исполнить свои угрозы. Юлиана почувствовала себя совсем одиноко. Мама… она только что похоронила ее. Ей не к кому было обратиться, не у кого попросит помощи, кроме…

- Блейк, - вспомнив, прошептала она.

Ей даже в голову не пришло, что его может не быть дома. Мысль о Блейке так захватила ее, что она, не о чем не задумываясь, схватила такси и помчалась к дому Престонов. На звонок в дверь ответила новая экономка, суровая вдова миссис Доусон.

- Что вы хотите? - не сразу узнав Юлиану спросила женщина, подозрительно глядя на нее. - А, это вы, мисс Мэйсон! - Они встречались несколько дней назад, когда Юлиана заходила за имуществом своей покойной матери. Вещей оказалось совсем немного - платья, бижутерия, кое какие украшения на стенах и несколько фотографий - вот и все, что осталось от человека, прожившего совсем не легкую жизнь. Когда Юлиан рассказала об этом Блейку в тот уик-энд, он грустно улыбнувшись, ласково произнес:

- Она дала миру нечто большее - она родила тебя. Лили очень гордилась тобой, Юлиана.

Юлиана на секунду закрыла глаза. Мамочка, зачем ты умерла? Мне так не хватает тебя, твоей любви, поддержки. Я так боюсь…

- Вы что-то хотели, мисс Мэйсон? - спросила экономка.

- Мне срочно надо поговорить с Блейком. Он дома?

- Очень сожалею, но его нет дома. Может, вы оставите записку?

Что такое записка? И что в ней можно написать? Что я бросила Оуэна и теперь он грозится отомстить мне, очернить мое имя и отнять всякую возможность найти работу в Мельбурне? О господи, разве бумага передаст все ее мучения и переживания?

- Спасибо, но я хотела лично с ним переговорить. Разрешите мне подождать его. Вы не знаете, он вернется сегодня?

- Но он может возвратиться очень поздно, - колеблясь, несколько растерянно, ответила миссис Доусон.

- Ничего страшного. Мне действительно необходимо увидеться с ним. Это дело… жизни и смерти!

Мисс Доусон недовольно засопела.

- Ну что ж, подождите, если для вас это так важно.

- Да, очень.

- Тогда пройдите в гостиную, посмотрите телевизор. Там как раз должен начаться фильм.