Неверный свет (СИ) - Бондарь Ирина Михайловна - Страница 97

Однажды, заметив, что юный ученик слишком рассеян и не слушает его, Гели неожиданно атаковал его и выбил из худых рук тренировочный меч.

- Вы убиты, ваше высочество! - сказал он. - Потому что потеряли концентрацию и дали мне обмануть вас.

- Да, извини, Гели, - пожал плечами мальчик. - Все равно это не по-настоящему. Я немного рассеян сегодня.

- Если случится так, что на вас нападут, будет поздно вспоминать о своей рассеянности, - сурово напомнил тсаречу начальник стражи.

- Но я ведь буду не один, - возразил упрямый мальчишка. - Зачем все это, если меня оберегают, словно я стеклянный, отец будет править еще долгие годы, а моя магия всегда при мне.

- Почему вы никак не хотите понять, что магия - вещь ненадежная, случиться может всякое, а меч всегда с вами! И одно неверное движение сможет стоить жизни!

- Гели, оставим этот разговор. Вряд ли воин и маг поймут друг друга, давайте просто продолжим учить меня тому, к чему я абсолютно не способен. Жизнью больше, жизнью меньше - кого заботит это, ведь я всего лишь наследник, не мне стоит бояться покушения.

На следующий день Гели с разрешения Айвина отвел мальчишку в общую группу новобранцев и под чужой личиной отдал на растерзание воспитателям. Тсаревич, который никогда в жизни не испытывал боли, узнал, что бывает, когда тебя секут за непослушание, бегал с остальными по плацу в дождь и зной, оставался на вахте сутками за то, что перечил преподавателю. Волшебный браслет надежно сдерживал магию одаренного наследника, чтобы мальчик не мог никому причинить вреда во время такого обучения. Но он с поистине тсарским упрямством сжимал зубы и шел дальше, и только Гели знал, что вместе с остальными юными воинами по тренировочным площадкам бегал единственный к тому моменту живой наследник государства.

Потом Киран даже извинился перед наставником, поблагодарил отца за ценные уроки, полученные им за три луны обучения. Потом, когда сошли синяки и затянулись раны на спине от кнута. И именно после тех долгих двенадцати недель мальчик стал бояться боли, ценить свою жизнь и не полагаться только на магию. Воспоминания о собственных страданиях научили его, что остальным шейсам может быть так же мучительно, что каждый ударенный господином раб молча терпел несправедливые издевательства, как терпел их сам Киран во время обучения. И сейчас он ни капли не сомневался в том, что бедняги, попавшие под действие его заклинания, не умерли мгновенно, их крики стояли у него в ушах, наполняя ужасом каждый уголок его тела.

До сих пор тсаревичу не приходилось никого убивать. Ни один поединок с наставниками или однокашниками на обучении не мог подготовить его к этому. И сейчас его психика пыталась справиться с той невероятной нагрузкой, которая свалилась на мальчика со смертью тех воинов на площади. Страх заставлял его действовать решительно и с маниакальной точностью продумывать каждый новый шаг. Страх и воспоминания о боли. Что бы ни думал о посмевших восстать против законной власти тсарь, его собственный наследник был явно не согласен с ним и уже сейчас, в свои тринадцать лет, очень четко давал это понять.

Следующие сутки прошли почти незаметно в полном растворении в потоках магии. Киран направлял силу тоненькими ручейками, блокируя все возможное волшебство в Далии. Он гасил искорки амулетов, тушил кострища чужих боевых заклятий и справлялся с огнями защитной магии сражавшихся. Силы уходило чудовищное количество, все круги в зале заклинаний были подчинены тощему мальчишке в мокрой от пота одежде, но Киран не сдавался и не ослаблял концентрацию ни на миг.

Воины в Ундоне поняли, что происходит нечто необычайное, но не могли сообразить, к добру это или нет. Волшебные пули падали на землю едва вылетев из стволов, магические мечи и доспехи теряли свои свойства, приходилось надеяться только на свою силу и отвагу. Чародеи бессильно потрясали кулаками и брались за клинки, спеша защититься от нападения и вражеских атак. Не зная, чего ожидать от спятившего волшебства, шейсы на улицах Далии попрятались по убежищам, скрылись кто где мог, изредка производя разведку боем. Княжеский дворец уже был отвоеван защитниками, но пока не вмешался тсаревич, магия успела разрушить множество домов в центре города, в воздухе воняло гарью, а темный дым от пожаров затянул полнеба.

Следующим шагом после избавления от чужого волшебства стал контроль над земной стихией, главной частью которой было железо, серебро и прочие металлы, с помощью которых шейсы уничтожали друг друга. Несколько часов ушло на составление предельно четких условий и определение необходимых критериев, затем тсаревич выплел очередной сложный узор в кружеве заклинания, и почувствовал, что еще немного, и он упадет без сознания.

- Флавий, страхуйте меня, я должен отдохнуть, - мертвым голосом произнес мальчик, с трудом дожидаясь, пока остальные маги перехватят нити контроля.

- Уделите нам еще минуту, ваше высочество, - ответил старый волшебник, помогая ученику перестроиться на восприятие реального мира. - Вы сплели очень сложную сеть, отрезали Далию от магии и теперь пытаетесь подчинить себе целую стихию. Кроме того, что само подобное действие опасно для круга и вас лично, природа не будет подчиняться долго. Что станет следующим вашим шагом?

Киран тяжело навалился на стол с зеркалом, чтобы не потерять равновесие, утер и без того влажным рукавом мокрый лоб. Наставник поддержит его, но остальные маги смотрели зло и настороженно. За прошедшие сутки спокойный молчаливый подросток выпил силы кругов, истощил почти сотню взрослых магов и подчинил своей воле их разумы, пользуясь своим положением наследника. Обычному ученику такое не спустили бы с рук никогда, но тсаревичу эти шейсы просто не могли высказать в лицо все, что ясно читалось в их глазах. И всех интересовало, что мальчишке взбредет в голову следующим.

- После того, как мы подавили магию в Далии, повстанцы, да и защитники, потеряли возможность массового уничтожения друг друга. Я собираюсь сохранить как можно больше жизней, это ведь мои подданные. Пустые города, погибшие сильные здоровые мужчины и лишние смерти среди мирного народа меня не устраивают. Дальше мы лишим их оставшегося оружия, ни одна винтовка не выстрелит без нашего позволения, ни один меч не подчинится хозяину, пока я не дам команду.

- Но воины, которых послал ваш отец, попадут в зону действия магии и будут иметь те же проблемы, что и остальные.

- Конечно, - мальчик пожал плечами. - Уверен, что пока мы колдовали, отцу уже доложили о происходящем, и он приказал отрядам оставаться на местах и не предпринимать никаких действий. Так же по идее он должен был посетить заклинательный зал и лично убедиться в том, что все происходящее направлено на благо Алайи и находится под моим и вашим контролем. Было такое?

Старик чуть заметно улыбнулся.

- Вы совершенно правы, ваше высочество. Айвин в курсе и приказал всем подчиняться вашим решениям, однако так же он требовал полного отчета о ваших планах относительно дальнейших действий и высказал неодобрение тем, что повстанцы до сих пор не наказаны должным образом. После завершения действия заклинания вам надлежит сообщить о результатах и дать подробный развернутый отчет о причинах и мотивах каждого принятого решения.

Усталость словно отступила под действием злости. Предстоящая встреча с отцом не пугала мальчика, его лишь рассердил подтекст в словах Флавия. Если бы Айвин посчитал действия сына неприемлемыми, его бы отстранили от колдовства, но воспитывать и отчитывать наследника при остальных неприемлемо. Конечно, отец предпочел бы казнить всех повстанцев, даже если это грозило гибелью случайно попавшим в водоворот схватки невинным, семьям которых позже можно выплатить компенсации и пожаловать льготы. Но сама подобная мысль вызывала у Кирана отвращение. Нет, если уж ему доверили возможность разобраться в ситуации, он сделает это так, как считает нужным, а возможное наказание примет с честью и достоинством, как и полагается наследнику трона.