Испытание чувств - Джил (Гилл) Джуди - Страница 30

— А теперь пошли, — произнесла она, беря Джолин за руку. — Если мы не поспешим, мистер Литл распродаст всю рыбу и чипсы, и нам придется лечь спать голодными.

Энди жалобно протянула:

— Папа? А мы собираемся лечь спать голодными? Ведь миссис Виздом ушла на целый вечер, потому что ты сказал, что мы собираемся съесть по гамбургеру, и она ничего нам не приготовила.

По лицу Джона легко было понять, как он разозлен:

— Энди, мы никогда еще не ложились спать…

— Я оставлю тебе немного жареной картошки и кусочек рыбы, — быстро проговорила Джолин, неожиданно придвинувшись к Энди. — Мистер Литл всегда накладывает мне слишком много. Мы сможем завезти тебе это по дороге домой. Правда, мама?

Мэгги прикрыла глаза и прикусила губу:

— Джули, мне кажется, у Джона и Энди могут быть свои планы.

— Но мама! — решительно возразила Джолин, и в глазах у нее заблестели слезы. — Она же моя сестра! Я не могу допустить, чтобы Энди легла спать голодной!

Джон медленно провел рукой по лицу.

— О Боже мой! И почему только я уехал из Гамильтона!

— Потому что ты как лосось, папа, — ответила ему Энди. — Инстинкт заставил тебя вернуться в родные края. Ты сам так сказал. — Она быстро посвятила Джолин в то, что лосось возвращается домой нереститься.

— Папочка, ты уже понерестился?

Тут Мэгги не выдержала и громко расхохоталась, с удовольствием отметив растерянное выражение лица Джона. Она радовалась, что может отомстить ему за его фырканье в тот момент, когда сама сгорала от смущения.

— У меня нет абсолютно никакого желания нереститься, — ответил он Энди, но она его уже не слушала. Она обращалась к Джолин:

— Принеси мне треску или палтуса, ладно, Джо? Я не люблю лосося.

Джолин презрительно наморщила нос:

— Ты что, дурочка? С чипсами никогда не дают лосося. Ты ничего не знаешь, что ли?

Энди расправила плечи:

— Я знаю много такого, чего ты не знаешь. Это ты дурочка. Ты даже не знала, как бить мальчишек по… — она метнула взгляд на Мэгги и важно докончила, — … по гениталиям.

Мэгги не могла больше сдерживаться. Она сгребла обеих девочек в охапку и расхохоталась, успев заметить, что Энди, воспользовавшись общим весельем, постаралась как можно глубже засунуть кольцо в карман джинсов.

— Я уверена, что вы можете научить друг друга куче полезных вещей, но только в другой раз, — проговорила Мэгги, опуская девочек на землю, но продолжая держать их за руки. — Сегодня Энди останется дома, и заслуженно: за нечестное ведение боя.

Она повернулась к Энди: — Я уверена, что папа объяснял тебе, какой большой вред ты можешь нанести мальчику таким ударом. Его можно применять, только если ты уверена, что твоя жизнь в опасности, или в случае изн… — Мэгги осеклась. — В случае, если твоя жизнь действительно в опасности, — докончила она наконец. — Вот тогда это пригодится. Тогда и нужно использовать такой удар.

Она с большой неохотой выпустила руку Энди.

— Пошли, доченька, — сказала она Джолин и вдруг почувствовала, что в горле у нее застрял комок. Ей ужасно не хотелось уходить. По крайней мере, без Энди. Она уже предвкушала, как проведет время с обеими девочками… и с Джоном, еще даже не осознавая этого, прежде чем Джолин высказала эту идею вслух. Но у нее не было выбора. Энди — дочь Джона, и он отвечает за ее воспитание. Да и сам Джон — приходилось это констатировать — если и хотел быть с ней, то удачно скрывал это.

— Подождите. — Голос Джона заставил ее встрепенуться. — Я не объяснял Энди, какой большой вред она может нанести мальчику таким ударом, поэтому, в некотором смысле, это отчасти и моя вина. Кроме того, Энди действительно защищала свою сестру. Меня бы устроили рыба с чипсами. Я так понимаю, что вы знаете лучшее по этой части заведение в городе?

При взгляде на два сияющих детских личика и на их сплетенные руки Мэгги почувствовала, что ее сердце подпрыгнуло как воздушный шарик от дуновения ветерка.

— Не в городе, — сообщила она. — За городом. Подсаживайтесь. Мы едем в Дигбай.

Джон колебался всего мгновение, прежде чем протянуть руку к дверце джипа и открыть ее для Мэгги.

— Отлично, — произнес он. — Я уже несколько лет там не был.

Усевшись на пассажирское место, Джон закрыл глаза и провел ладонью по лицу.

— Ты выглядишь усталым, — заметила Мэгги.

— Я как выжатый лимон. Эта неделя была ужасной. За все эти дни у меня едва ли выдался один свободный час, не говоря уж о времени на воспитание Энди. Не удивительно, что она снова распустилась. А ты как?

— У меня тоже были дела. — Мэгги попыталась сдержать распиравший ее восторг, но он продолжал медленно вскипать в ней и рваться наружу. Похоже, то, что Джон не звонил ей все это время, вовсе не означало разрыва, как она думала раньше.

— Итак, ты все еще обдумываешь идею выдвижения в школьный совет?

Она пожала плечами и покосилась на него:

— А что, ты бы за меня проголосовал?

Джон сделал вид, что обдумывает ответ, и задумчиво насупил брови:

— Мне необходимо получше тебя узнать.

С заднего сиденья послышался голосок Энди:

— Я буду за вас голосовать, мисс Эдейр. Когда вы победите, вы уволите мистера Абернефи? Джули права. Он хлыщ.

Джон быстро обернулся:

— Андреа Джейн, тебе тоже не разрешается произносить это слово.

Мэгги повернула зеркало заднего вида так, чтобы видеть девочек.

— Если я выставлю свою кандидатуру и если меня выберут, то я стану лишь одним из членов школьного совета, и скорее всего вопроса о том, чтобы кого-нибудь увольнять, не встанет. Мистер Абернефи во многих отношениях прекрасно выполняет свою работу, и широкий круг родителей и учащихся его поддерживает.

— Только не я, — произнесла одна из сестер.

— И не я, — абсолютно таким же голосом произнесла другая.

Чтобы сменить тему разговора, Мэгги обратилась к Джону, вернув зеркало в прежнее положение:

— Что сделало эту неделю такой ужасной?

— Андреа Джейн, — немедленно ответил он, чем вызвал бурю протеста на заднем сиденье.

С этого момента разговор стал общим, и все четверо вдоволь насмеялись. Мэгги с удовольствием отметила про себя, что Джолин держится уверенно, а не подчиняется во всем Энди и не сидит тихонько в углу, как это обычно бывает с ней в обществе других девочек. Только один раз за все время разговора возникла некоторая неловкость, когда во время случайно возникшей паузы Джон неожиданно спросил:

— А что ты передала Энди тогда, около дома?

Мэгги на мгновение задумалась и потом произнесла со спокойной улыбкой:

— Просто вещицу, которая Энди очень дорога. Она взяла ее как талисман в первый день в школу на счастье, а может, чтобы чувствовать себя увереннее. Я думаю, что в будущем она будет обращаться с этим предметом осторожнее. Надеюсь, эта тема исчерпана? — Она поймала в зеркале благодарный взгляд Энди и подмигнула ей.

Джон обернулся и посмотрел, сощурившись, на дочь:

— Энди? Это что-то, о чем я должен знать?

На этот раз настала очередь Энди обдумывать свой ответ. Наконец она произнесла:

— Нет, папа. Мисс Эдейр права. Я буду теперь осторожнее. Я обещаю, мисс Эдейр!

Снова улыбнувшись и подмигнув отражению Энди, Мэгги сказала:

— Если хочешь, любовь моя, можешь тоже называть меня просто по имени.

Джон тут же вмешался с улыбкой:

— О, любовь моя, спасибо! Сочту за честь.

Мэгги весело рассмеялась, но внутренне вся затрепетала, когда он так обратился к ней, пусть даже и в шутку.

Казалось, прошло всего несколько минут, а они уже выходили из машины на самом краю пирса, где рыба и чипсы мистера Литла подавались все то время, что Мэгги себя помнила.

— Как я рад, что приехал сюда, — произнес Джон, когда они покончили с ужином. Он действительно был рад. Очень. Он наслаждался легким, приятным разговором, который они вели с Мэгги во время ужина, тем, что причудливой формы жареную картошку полагалось делить с настырными морскими чайками, наслаждался, слушая, как сестры разговаривают, спорят и дружно смеются вместе.