Экспанты. Носитель кода - Острожский Глеб - Страница 48

— Точно, все правильно понял. А я вот тогда еще не подозревал, во что влип. Не знаю, сам он или служба безопасности дали распоряжение меня убрать. После прилетел в Штаты, у меня был чартерный рейс домой, во Флориду… Да, да, в то время я уже мог позволить отдельный бизнес-чартер из Нью-Йорка до аэродрома рядом с моим особняком на берегу океана, — уточнил Денис. — Так вот, когда я подлетал к Флориде, в воздух уже поднялся самолет ВВС США с заданием уничтожить мой рейс.

— Ни хрена себе! И как ты спасся?

— Дело случая. Очередью и авиапушки самолет разорвало надвое, оторвало переднюю часть с кабиной пилота. Я случайно увидел в иллюминаторе атаку истребителя, поэтому рефлекторно уцепился в кресло и в момент удара не вылетел из разкуроченного салона. Моя часть самолета осталась с крыльями, поэтому немного планировала, а так как мы уже снижались, то высота была небольшой и сила удара о воду оказалась несмертельной. А вот экипажу не повезло… Как доплыл со спасательным жилетом до берега, помню смутно, как, впрочем, и то, где этот жилет взялся, наверное, выпал из-под сидения в момент удара. В Организации, думаю, решили, что я погиб и больше не преследовали.

— Подожди, но ты сказал, что покушение на меня невозможно, — заметил Алекс.

— Я не говорил, что невозможно. Кто-то же, по твоим словам, хочет тебя убить. Я говорил, что Организация на тебя покушаться не могла. Сейчас все поймешь. Мы уже пришли. — Денис остановился перед забором небольшого трехэтажного здания розового цвета с небольшой мансардой наверху.

Это был предпоследний дом по улице, которая дальше продолжалась уже в парке, больше похожем на лес. На заборе красовалась табличка, гласившая, что перед ними пансион, а на фасаде здания владелец прикрепил изображение кровати. Такой нехитрой рекламой он, наверное, пытался привлечь праздношатающихся бездомных туристов, хотя представить их здесь, на тихой почти безлюдной улице вдалеке от центра, Алексу было сложно.

Напротив пансиона, за забором находился шикарный особняк песочного цвета больше похожий на небольшую резиденцию или посольство.

— Вот предлагаю тебе пожить несколько дней здесь, — Денис открыл калитку, — хозяин милейший человек.

Дверь пансиона открылась, на пороге стоял ничем не примечательный мужчина лет под пятьдесят в черных брюках и клетчатой рубашке.

— Добрый день, пан Димитров, — нарочито громко заговорил хозяин пансиона, — Давно к нам не заезжали. Вы, я вижу, с товарищем?

По-русски он говорил с сильным акцентом, но грамотно, не путая падежи, как это часто делают иностранцы.

— Добрый день, пан Карпишек, — в тон ему так же громко ответил Денис. — Вот все не никак не было дел в Праге. Да сегодня я с товарищем. Знакомьтесь — это Алексей.

— Очень приятно. Владимир, — он протянул руку Алексею. — Что ж вы стоите? Проходите в дом. Как у вас говорят, в ногах правды нет.

Как только дверь закрылась, хозяин перешел уже на деловой даже несколько озабоченный тон.

— Что случилось, Дэн? Почему вы лично здесь? Мне вчера сообщили, чтобы я ждал гостя, но я не знал, что сегодня прямо с утра.

"Он называет его Дэном", — отметил про себя Алекс.

— Владимир давайте для начала разместим Алекса, а потом уже поболтаем за бокальчиком чая, — он нарочито подморгнул Карпишеку.

— Да, да, — засуетился хозяин. — Комната наверху готова.

— Тогда не будем терять времени, — отрезал Денис и бодро двинулся к лестнице.

Алекс последовал за ним. Последний пролет лестницы упирался в единственную дверь, которая оказалась не запертой.

В мансарде располагался просторный номер, состоящий из нескольких комнат. В гостиной, как ее мысленно окрестил Алексей, расположился большой письменный стол с ноутбуком два кожаных кресла с журнальным столиком и плазма дюймов на сорок на стене рядом со столом. Двери в соседние комнаты были закрыты, но, учитывая размеры здания, возможно, они вели не только в спальню и душевую.

Денис плюхнулся в кресло, указав на второе Алексею.

— Располагайся и чувствуй себя, как дома, — сказал Денис. — Тем более, что этот номер где-то на неделю станет твоим домом. Здесь ты в безопасности.

— Ты хочешь сказать, что здесь меня не найдут?

— Наоборот, экспанты уже знают, что ты здесь. Как только ты вошел в комнату, информация о твоем присутствии здесь появилась в базе Конфедерации, а уведомление отправилось экспантам.

"Как достала эта игра в кошки-мышки, ведь специально не объясняет, ожидая, что я кинусь расспрашивать" — подумал Алекс, а в слух спросил.

— А тут перекусить что-нибудь есть? Я вчера, не поужинав, спать улегся, а сегодня ты меня от завтрака оторвал.

Денис расхохотался.

— Да ты не обижайся, я сейчас все объясню. На счет поесть, не знаю, а бутерброды сейчас попрошу у Карпишека., - Денис исчез за дверью и вернулся уже с несколькими бутылками Крушовице и коробкой с бутербродами.

Поставил их на журнальный столик и направился к одной из дверей. Когда он сркылся за ней, оттуда послышался звон посуды. Там была кухня

— За бутерброды спасибо, а от пива я, пожалуй, откажусь. Тут пепси случайно нету? — крикнул Денис так, чтобы его было слышно на кухне.

— Откажешься от чешского пива? — раздался из-за двери голос Дениса, а через мгновенье появилось его голова. — Ну, как знаешь, сейчас гляну в холодильнике.

Голова исчезла, а через минуту Денис вышел с пивными стаканами, тареклами и бутылкой кока-колы.

— Пепси нет, есть кола. Будешь?

— Ну давай, — Алекс взял из рук Дениса бутылку и стал наливать в стакан.

— Времени у нас много, — продолжил Брагин, снова оказавшись в кресле. — Поэтому, давай обо всем по порядку. Представь себе, в океане есть большой остров, где живет большое племя аборигенов. Всего их, скажем, тысяч пятьдесят. Растут на том острове ценные породы дерева, и ты хочешь организовать лесозаготовку там. Что бы ты сделал?

— А остров чей?

— Ну… представь, что ничей.

— Зависит от того мирные это аборигены или нет. Если мирные, то приехал бы с бригадой строителей построил бы порт для отгрузки леса, а потом начал бы вырубку.

— А если не мирные? Более того, они сами строят дома из дерева, поэтому будут сильно против, чтобы ты их лес куда-то вывозил. Не стесняйтесь в планах — никаких законов нет.

— Ну, тогда бы взял подразделение профессиональных наемников для охраны.

— А не дорогова-то? Охрана, лесорубы, доставка груза. Ну и туземцы бунтуют — кому понравится, что кто-то на остров пришел. Вот и добыча становится нерентабельной.

— С помощью силы загнал бы их в концентрационный лагерь, заставил бы работать в качестве рабов на вырубке леса, постройке порта.

— Да на лесорубах ты сэкономил, а сколько понадобится надзирателей? Тысячи две-три не меньше. И, заметь, придется уничтожить самых воинственно настроенных туземцев, а значит крепких, способных работать. В концлагере рождаемость будет не на самом высоком уровне, а смертность как раз наоборот. При этом туземцев и наемников нужно будет кормить, одевать. В общем, думаю, лет через двадцать рубить лес будет некому. Любой рабовладельческий строй требовал постоянного притока свежих рабов извне или превращался в более мягкий по отношению к рабам строй. Кстати феодальный строй, как раз тем и отличался, что внешнего притока рабочей силы не было, а крестьяне были более свободны.

— Денис, к чему ты клонишь? Я еще от твоих денег с металлическими полосками не отошел. Можешь попроще все объяснить?

— Алекс, за время нашего заочного знакомства ты произвел впечатление умного человека. Не разочаровывай меня.

— Да иди ты… Я уже понял к чему ты клонишь, — в голосе Алекса слышалось сильное раздражение, — Организация, которая меня преследует, и которую ты, как бы случайно, назвал Кофедерацией держит под колпаком все мировые правительства. То есть, если говорить об острове, мне нужно было подкупить вождя с шаманом. Те объявляют меня посланцем небес и все племя добровольно на меня работает. Хватит этих головоломок.