Экспанты. Носитель кода - Острожский Глеб - Страница 62

— Это ты меня так не отговариваешь? — засмеялся Харламов

— Нет. Ответь на вопрос. Тебе же предложили работать в направлении Интернет технологий и сообществ?

Алекс молчал.

— Ну, в общем да, но причем тут это? — наконец ответил он.

— А ты сам подумай, хочешь ли ты мешать мне и другим экспантам перевести человеческую агрессию в Сеть. Что лучше, взрывы на улицах или скандалы связанные с хакерскими атаками на серверы?

— Ну понятный вопрос.

— Так вот мое предложение простое. Ты становишься конфедератом, но работаем мы вместе. Я тебе даю информацию о своей работе, ты — о том, как тебе поручили мне мешать в ней.

— Да ты…

— Подожди отвечать. — перебил Новиков. — Ты сам подумай и взвесь. Ты хочешь, чтобы подросток за сотню рублей для наркотиков мог грохнуть бабушку по голове, или чтобы он готов был за комментарии к своей аватарке часами сидеть в интернете набиваясь в друзья к незнакомым людям? Я хочу второе. Там. В виртуальном пространстве будет жить агрессия, дружба и любовь. Там будут ценить мысли написанные человеком на стене, а не его национальность или то, что он низенького роста. Человек может найти друга в любой точке мира, а не только в соседнем общежитии, подворотне или офисе.

— Не нужно столько пафоса. Я и так понял твою мысль. — перебил Алекс. — Ладно, не хочу ничего обещать, но я подумаю. Я свяжусь с тобой через неделю-другую, когда немного пооботрусь там. Сам постараюсь во всем разобраться и тогда свяжусь.

— Хорошо. Я тебе верю и всегда верил Умка. Мы же команда, которая создала Муравейник. Знал бы ты, как мы удивили тогда этих инопланетных гостей, — рассмеялся Джокер. — Ты же уже слышал об эффекте экстрафакультативности?

— Да читал.

— Гордость не распирает? Меня, например, до сих пор распирает.

— Ну так это же была твоя программа. Ладно, Джокер, мне еще нужно вернуться назад, — озабоченно сказал Харламов, — я же на встречу с тобой тайно пришел.

— Тебе помощь нужна?

— Еще чего. Скажу, что решил по городу пройтись, мысли проветрить. Я же взял время до утра подумать. А заметят с тобой, долго буду объяснять, чего это я с экспантом решил встретиться, перед тем как стать сотрудником Представительства Конфедерации.

— Тоже верно. А вообще я поражен тем, как ты лихо всех обставил. Из тебя получился бы лихой разведчик.

— Ну вот ты же зовешь в разведчики, — иронично заметил Хараламов и, судя по звуку двигающегося кресла, поднялся из-за стола. — Все Джокер, пока, до встречи.

— Ну, пока. Держись там.

Маурик выключил запись. Просто блестящая работа. Было ясно, что Харламов завербован, причем все получилось еще лучше, чем могло быть. Он теперь в стане конфедератов, а работать будет на экспантов. Давно такой удачи не было. Понятно, что Харламова он вербовал для себя, ведь тот будет работать на аналитический отдел, даже точнее будет в ведении самого Новикова (о таких агентах как Харламов не принято информировать широкий круг сотрудников). Но операцией по вербовке руководил он, Маурик, и даже когда наверху подумали, что Дэмиан Маурик облажался, он, получается, справился. Операция выполнена на "отлично", а детали никого не интересуют.

"День определенно закончился лучше, чем начался" — подумал Маурик, взглянув на часы, стрелка которых почти добралась до полуночи.

****

На часах было два ночи, когда в пансионе раздался звонок. Сонный Карпишек, взглянув на систему опознавания гостей, удивился: она сигнализировала, что перед входом находился Денис Брагин. Но Брагин не мог быть за дверью, в случае неожиданного визита он всегда предварительно высылал условный сигнал.

Карпишек включил визуальное наблюдение и невольно потянулся к системе активации безопасности. Включи он ее, и в течение десяти минут сюда прибыло бы подразделение BIS (чешской спецслужбы), база которых была отсюда в километре. Конечно, они бы ничего не знали ни о конфедератах, ни об экспантах, их задача только задержать искомый объект (вероятнее всего террориста), его фото им выдаст система визуального наблюдения.

А в течение этих десяти минут успешно атаковать с виду безобидный пансион в тихом районе Праги можно разве что танком: каркас дома выполнен из специальных железобетонных конструкций, и так бронебойные окна и входные двери моментально закрываются специальными решетками, а во все комнаты система безопасности под высоким давлением закачивает чистый воздух, чтобы в случае разрушения окон и попадания отравляющих веществ вытеснять их из помещений.

Но сегодня все это не произошло, Карпишек кнопку не нажал: из экрана на него смотрело улыбающееся лицо Харламова. Получивший изрядную дозу адреналина, хозяин пансиона чертыхнулся, ведь тот должен сейчас спать как младенец у себя наверху, он же несколько часов назад выпил снотворное. То, что Харламова система определила как Брагина, было естественно, ведь сегодня в числе ее безопасных объектов, то есть тех, кого система слежения определяет как своих в зоне вокруг здания, было всего трое: сам хозяин пансиона, его жена и Брагин. Так что существовала вероятность один к трем, что проснувшись, Карпишек увидел бы свое имя в качестве гостя за дверью. Этот перечень устанавливали из центральной службы безопасности Представительства в зависимости от только им известных планов, и Карпишек не имел возможности его менять. Иногда туда вносили людей или конфедератов, которых он не знал, иногда тех, кто заезжал к нему частенько. В любом случае, если система определяла их как "безопасные" объекты он их впускал.

— Алексей, что вы делаете на улице и как вы вышли? — первое, что спросил он, открыв дверь.

Харламов выглядел уставшим и слегка раздраженным.

— Пан Карпишек, я боролся с бессонницей и тяжелыми мыслями. А расспросы о том, как я ушел из вашего гостеприимного дома, давайте оставим до утра. У меня скоро встреча, а я еще хочу отоспаться, — это все что сказал Алекс, входя в дом и направляясь к лестнице.

Карпишек только пожал плечами и, закрыв дверь, ушел спать, предварительно отправив коротки аудио отчет об инциденте.

— Доброе утро, господин Харламов, — на экране в уже знакомом зале появилось изображение Софии.

Сегодня она была в бежевом платье, больше подходящим для летних прогулок на набережной. Алекс подумал, что возможно она именно оттуда вернулась. Комната, где она сидела была та же.

— Доброе утро, София.

— Вы захотели, чтобы встреча была тет-а-тет. Думаю, господин Брагин обиделся, мне показалось, что он считал, что у вас сложились неформальные товарищеские отношения. Почему выц отказались от его присутствия? — спросила София

— У меня важный разговор, не предназначенный для постороннего слуха. Я готов принять ваше вчерашнее предложение, но… — Алекс запнулся

— И снова ваше "но", — София усмехнулась

— Оно касается другого, — Алекс словно подбирал слова. — В общем, я в Прагу приехал, чтобы встретится с моим другом Новиковым. Он мне оставил свои координаты в Праге, и я решил, что перед тем как исчезну из поля зрения преследователей и вашего тоже, поговорить с ним. Я же тогда не знал о контроле отпечатков по купюрам.

Алекс говорил быстро, словно боялся, что его перебьют, но София внимательно слушала.

— Ну а потом меня нашел Денис… вчерашняя встреча с вами… В общем, я не мог отделаться от чувства, что все равно пока не поговорю с ним, я не должен принимать вашего предложения. Хоть он и предал меня в Москве, но все-таки он мой друг, или точнее, был моим другом. У меня же друзей, считай, и нет. Так коллеги, товарищи… В общем, поэтому я вчера и отложил решение до утра. Ночью я сбежал из пансионата и встретился с Виктором…

Алекс замолк, но София не торопилась говорить, поэтому он продолжил

— В общем, во время встречи он рассказал мне, что экспанты пошли против Конфедерации, потому что многие планеты находящиеся под наблюдением Конфедерации гибнут, а экспанты, взяв под контроль планеты, регулируют их развитие. Они держат в руках политику, экономику, чтобы в любой момент вмешаться и предотвратить гибель цивилизации. А еще именно они двигают технический прогресс Земли и за это берут плату в виде энергии ноосферы. Он был убедителен и я уверен, что он верит в то, что говорит. Я его хорошо знаю, он не стал бы работать за деньги или власть.