Лабиринт - Смит Э. С. Х. - Страница 14

— Послушайте, — перебила его Сара, — мне кажется, вы любите драгоценные вещицы, ведь правда?

Он скривил личико и медленно проговорил:

— Это почему?

— А я вижу, вы все время носите очень милые безделушки, — она указала на цепь с украшениями, которая свисала у него с пояса. Сара не могла побиться об заклад — там было сумеречно, но она была почти уверена, на его лице засияла горделивая улыбка, а на небритых щеках появился легкий румянец.

— Спасибо, — сказал он.

— Если вы поможете мне пройти через Лабиринт, — она остановилась и перевела дыхание, — я подарю вам… — она сняла с руки браслет — это была дешевка из пластмассы, и совсем не то, что дарила ей мама и она надевала, когда хотела покрасоваться, — вот это! — закончила она и протянула ему браслет.

— Хм, — Хряксон облизал губы и оценивающим взглядом посмотрел на вещицу.

— Он ведь вам нравится, правда?

Девушка и без ответа видела, что это так на самом деле. А Хряксон, насмотревшись на браслет, перевел взгляд на кольцо, что блестело у нее на пальце. Оно тоже не имело большой ценности, но Сара любила его: именно это кольцо мать надевала всякий раз, когда играла Гермиону в «Зимней сказке» Шекспира.

— Да как тебе сказать, не очень, — ответил Хряксон. — И послушай: давай поступим таким образом. Ты — даешь мне браслет. А что делаю я? А я… ВЫВОЖУ тебя из Лабиринта. Ну как, годится?

— Но ведь вы предлагали мне это за просто так, — заметила Сара.

— Конечно, — согласился человечек. — Поэтому такой поступок с твоей стороны будет особенно милым, — сказал он и протянул руку за подарком.

— Э, нет, — Сара отдернула свою руку, в которой держала браслет. — За это вы должны показать мне дорогу ТУДА, а не обратно. И причем, до конца.

Хряксон громко запыхтел.

— С чего это вдруг наша маленькая мисс так уверена, что Хряксон знает, как пройти ТУДА?

— А ведь вы ж смогли попасть сюда, правда ведь?

— Что-что? — прокудахтал Хряксон и одобрительно закивал головой. — Да-да-да, но… должен сказать, все это были цветочки. Ты еще никуда не пришла. И пошевели немножко своими мозгами, ну… дальше этого места ты идти не должна. Это факт. Ты сделала все, что в твоих силах, и даже больше того. Доказала, что ты умненькая и храбрая девочка, и совсем не заслуживаешь той участи, которая тебя здесь ожидает. — Он многозначительно посмотрел на скелет — тот, казалось, приплясывал вместе с колеблющимся огнем. — Нет-нет, ты достойна того, чтоб тебя спасти. Я говорю это потому, что сильно тебя уважаю. Ну, так что будем делать? — Он в упор — снизу вверх — уставился на нее из-под своих кустистых бровей. Такие настырные глаза бывают лишь у тех, кто трезво смотрит на мир.

Девушка посмотрела ему прямо в глаза. Какую бы роль этот человечек не играл в данной игре, — подумала она, — он играет ее плохо.Ей пришлось закусить губу, чтобы не рассмеяться ему прямо в лицо.

— Послушайте, что Я вам скажу, — произнесла она, прищурив глаза. — Если Вы не можете провести через весь Лабиринт, доведите меня докуда можете. А дальше… а дальше, я сама как-нибудь попробую добраться.

Теперь он с отвращением глядел на нее.

— Фу! Из всех трердолобых тупиц, что когда-либо мне встречались…

Сара побренчала браслетом перед его носом.

— Хорошая сделка, смотрите! Но только без всяких условий: браслет — и все. Ну как, годится?

Браслет кружился у нее в руке, и вслед за браслетом двигались глаза человечка. Потом он как бы нехотя спросил:

— Из чего он сделан?

— Это пластмасса.

Глаза человечка просияли. Он поднял свою толстую коротенькую ручонку и подставил так, чтобы Сара надела на нее браслет. Когда браслет оказался на его запястье, он оглядел новинку со всех сторон и на личике, помимо его воли, выступила горделивая ухмылка.

— Я ничего не обещаю, но… — сказал он и решительно крякнул, — проведу тебя вперед докуда смогу. А потом — добирайся как знаешь. Идет?

— Идет! — согласилась Сара.

Он тоже кивнул. Глаза его радостно блестели всякий раз, как он бросал взгляд на браслет.

— Пла-стмас-са! — завороженно прошептал он.

— Пойдемте ж, наконец, — нетерпеливо прервала его Сара.

И тут Хряксон как туго закрученная пружина пустился в работу. Девушка никогда бы не догадалась, что в этом маленьком, хилом на вид существе может быть столько силы. Первым делом он схватил тяжеленную деревянную скамейку и поставил ее на попа, прижав плоское дощатое сиденье к гладкой стене. Сара удивилась, увидев на обратной стороне досок — справа и слева — две ручки от дверей. Но была совсем поражена, когда Хряксон повернул одну из них — и сиденье в том месте превратилось в дверь. Она оказалась вделанной в каменную стену. Это не честно, — успела подумать Сара. А Хряксон, с самодовольной гримасой, прямо-таки распираемый от гордости, сделал широкий жест рукой, указывая девушке на дверь, и, распахнув ее, шагнул в нее.

Сара готова была уже последовать за ним, как вдруг из-за двери раздались треск и грохот, и оттуда вылетели швабры с ведрами.

— О, проклятье! — услышала она голос Хряксона.

Похоже, он, бедняга, попал в сортир, — подумала девушка и невольно усмехнулась.

Хряксон в это время вернулся и, пряча от нее глаза, стал запихивать назад все ведра и щетки. Покончив с этим, он затворил дверь.

А потом, все-таки чуточку робея, взялся за другую ручку. Вышла промашка, но с кем не бывает? — пробормотал он себе под нос. И раскрыл вторую дверь. Но на этот раз он проделал свой трюк не так смело и потом осторожно выглянул за дверь.

— То, что надо, — сказал он. — Давай поживей.

Она шагнула за ним и попала в сводчатый, освещаемый тусклым светом коридор. Стены коридора были выложены причудливо обтесанным камнем.

Они уже двинулись по коридору, как вдруг чей-то голос бабахнул: Остановись!

Сара вся передернулась и стала озираться вокруг. Никого, кроме Хряксона, вроде и не было. Но потом заметила высеченный из камня огромный рот. Он торчал прямо из стены и был частью гигантского лица. Похожие физиономии она разглядела и впереди: они выступали по обеим сторонам коридора. И когда Сара вместе с Хряксоном проходили мимо, каменные пасти разевались и оттуда вылетали фразы, которые громовым эхом раскатывались по подземелью:

— Вернись, пока не поздно!

— Путь закрыт!

— Внимание! Прохода нет!

— Берегись! Берегись!

— Еще немного — и будет поздно!

Сара замучилась слышать эти крики: они эхом отдавались в голове, будто ее долбили. Она остановилась и заткнула уши руками.

Хряксон побежал вперед и не сразу заметил, что девушки рядом нет. Он стал смотреть, куда она подевалась, и увидел, что она позади и стоит на месте.

— Тьфу ты! — проговорил он и призывно замахал ей рукой. — Не обращай ты внимания на них: это же обычные ложные сигналы. Подобных штучек у нас навалом. Если они тебе встречаются, значит ты на верном пути.

— О, нет — не на верном! — вскрикнула одна из физиономий.

— Да заткнись ты! — рявкнул ей Хряксон в ответ.

— Ах, простите, простите, — ответила физиономия, — я ведь на службе: делаю, что прикажут.

— А для нас могла б этого и не делать, — заметил Хряксон и повел Сару дальше по коридору.

Физиономия посмотрела им вслед и с большим уважением пробормотала:

— Какие башковитые…

Подземный коридор петлял и извивался, но чутье подсказывало Саре, что они двигаются по Лабиринту в нужную сторону, и это придавало ей силы. На пути им встретилась еще одна физиономия, высеченная из камня.

— Эй, берегись! — прогремело вокруг. — Ведь…

— Спокойно! — Хряксон небрежно отмахнулся от нее.

— О, прошу вас, — взмолилась физиономия, — ведь я столько времени молчала. Вы не представляете, как тяжко быть замурованным в стену, когда…

— Пожалуйста, говори, — разрешил Хряксон. — Но не надейся, что мы послушаемся твоих советов.

Физиономия засияла от удовольствия.

— Нет, нет, что вы, конечно нет, — проговорила она и закашлялась, — потому что дорога, по которой вы топаете, ведет вас к верной погибели. — Физиономия замолчала, а потом вежливо добавила: — Благодарю вас.