Робокоп III - Джонсон Дэвид - Страница 7

Она была не из тех, кто много читает, но обладала огромным запасом лежащих в подсознании опыта и мудрости, собранных бесчисленными поколениями всей ее нации. Берта вполне могла успешно разговаривать с кем угодно на равных и противостоять всей книжной учености. В ее присутствии людям приходили в голову мысли, на которые они не считали себя способными, а собственные слова начинали казаться интересными им самим.

Она была по-житейски мудра, обладала здоровым чувством юмора, но сразу подмечала ложь и фальшь, никогда не прощала этих пороков, несмотря на то, что сердце у нее было доброе.

Самой замечательной чертой Берты Стивенсон была искренность, такая безграничная искренность, что она бросала свой свет на тех, кто общался с этой женщиной.

Берта минутку помолчала, затем сказала: — Создание реабилитационного отдела — это нечто очень крупное. Настолько крупное, что дело ведут федеральные власти. За всем этим стоит огромная предварительная подготовка, какие-то силы, которые в любой момент могут быть приведены в действие, поэтому они торопятся сделать свое грязное дело.

Я звонила в очень многие телеграфные агентства и редакции нескольких газет. Все очень живо интересовались, что у нас тут происходит. Я рассказала все, что видела и знаю. Одна телевизионная компания отправляет в наш квартал съемочную группу. Когда мне сейчас пришлось уйти из дома, непрерывно звонил телефон. И в редакцию тоже, наверное, звонят без передышки. Надо думать, газеты, радио и телевидение уже не выпустят нас из виду, правда все равно всплывет, как бы ее не утаивали.

Я не сомневаюсь, что и власти штата и правительство не бросят нас на произвол судьбы. Нашим положением уже всерьез все заинтересовались. Нам нужно подождать всего лишь несколько дней, пока придет помощь

Марено взглянул на улицу — она была пустынна.

— Что, едем? — спросил он.

— Ладно, за дело, — согласились все. Марено плавно тронул фургончик с места.

— Господи, что они сделали с нашими домами! — тяжело вздохнула Берта. — Пусть не надеются, что это им просто так сойдет с рук.

Полицейский инспектор западного района города Детройта Джонсон не скрывал своего раздражения по поводу проведения ночной операции.

Как всегда, этот бестолковый Блэк решил действовать по-своему и взять жителей отведенных ему домов на испуг, забывая, какое сегодня время, и чем все это в итоге может обернуться для них самих. Еще не известно, как к этому отнесутся в корпорации «Оу-Си-Пи». Сегодня они согласны на любые меры, завтра могут уволить за то, что какой-то полицейский не помог старушке перейти через дорогу.

Впрочем, Джонсон явно перестраховывался. Сказывалось медленное продвижение по служебной лестнице. Десять лет на одном месте — это уж чересчур!

— Итак, — раздраженно сказал Джонсон, — доложите, сколько убитых.

Блэк поднялся с кресла. Разговор принимал официальный характер и, чтобы не накликать беду, ему, пожалуй, стоило придерживаться устава.

— Трое полицейских, господин инспектор. И еще трое гражданских. Пастор. Случайно задело после взрыва магнитной бомбы. И еще мужчина и женщина. Личности пока нами не установлены.

— И вы мне докладываете, что операция прошла успешно?! И это, когда там рвались бомбы?!

— Но…

— Сегодня у кого-то нашлась бомба, завтра он прилетит сюда на военном вертолете и расстреляет ко всем чертям это здание вместе с нами. Нашли виновника?

— Нет, — глухо сказал Блэк.

— Почему? — вскипел инспектор.

— Это была какая-то сумасшедшая женщина, она как сквозь землю провалилась. Ведь операция происходила ночью. Там собралась уйма народу. Но мы найдем ее в самое ближайшее время, — уверенно произнес Блэк. Он с трудом проглотил застрявший в горле комок и уже не столь уверенно добавил:

— И потом… насчет бомбы… Это какая-то нелепая случайность, поверьте.

— Ладно, — задумчиво произнес Джонсон и неожиданно спросил:

— Ты что куришь?

— «Мальборо».

— Давай, годится.

Блэк облегченно вздохнул. Он хорошо знал характер и привычки своего шефа. Если тот просит сигарету, значит, можно расслабиться.

«Сейчас хорошо бы не сигарету, а пару глоточков виски», — подумал Блэк, но вслух произнес:

— А я вот все собираюсь бросить курить.

— Собираться можно на улицу в проливной дождь. А с курением надо так: или сразу бросать, или даже не думать об этом.

Блэк неопределенно пожал плечами.

Желтый фургон остановился перед высокими металлическими воротами, на которых огромными буквами красовалась надпись: «Полицейский арсенал».

Они могли трясти ворота сколько угодно, но те были наглухо закрыты. Вокруг — ни одной живой души.

Сэм, Берта и Томас Брэд взяли взрывчатку и побежали к воротам. Вскоре они вернулись обратно.

— Ну, Ника, затыкай уши, — улыбаясь, сказала Берта, ласково касаясь руки девочки.

В эту секунду раздался оглушительный взрыв. Когда языки пламени исчезли, а дым рассеялся, они увидели, что ворота распахнуты.

— Черт побери, неплохо получилось! Ну, ребята, вперед! — скомандовал Сэм.

Когда все вбежали на территорию полицейского арсенала, то замерли от ужаса, не в силах сдвинуться с места.

— Господи! — прошептала Берта побелевшими губами.

— Нет, нет, не бойтесь, это же робот! — радостно закричала Ника и подбежала к нему.

— Да у него оружия больше, чем во всем Детройте, — заревел Сэм ей вдогонку.

— Внимание! — услышали они низкий металлический голос робота, наводившего на них еще больший ужас не только своим видом, но и действиями. — Вы пересекли границу собственности полиции. Вы нарушили закон. У вас есть двадцать секунд, чтобы покинуть эту территорию.

И мгновенно начал приводить боевые установки в полную готовность.

— Ребята, нас всех сейчас перестреляют! — вопила Берта, схватившись за голову и сожалея, что не доведет начатое дело до конца.

Сканер экрана, установленного на роботе, был включен.

Ника приблизилась к нему вплотную, присела у кодирующего устройства и быстро-быстро застучала по клавишам. Ее модулированный сигнал был тотчас же передан в электронный мозг робота. Почти мгновенно вспыхнул экран, и через ретранслятор в электронной системе робота были воспроизведены все изменения его программы.

— Зачем вы отпустили туда Нику и что она там делает, черт побери! — кричал обеспокоенный Сэм.

Робот продолжал информировать..

— Вы нарушили параграф 144, пункт 3 уголовного уложения и будете наказаны, согласно уголовному кодексу.

Ника оторвалась от своего занятия и, восторженно выплясывая вокруг робота, закричала:

— Вы не представляете, он может быть ласковым и послушным, как щеночек!

— У вас осталось 5 секунд… 4 секунды… 3 секунды… 2 секунды…

Этот металлический голос проникал в мозг каждого, парализуя движение. Все стояли, как вкопанные, не в силах сдвинуться с места.

— У вас осталась 1 секунда, после чего я открываю огонь… или… я буду верным и ласковым, как щеночек, — робот при этом опустил свои пусковые установки и замолчал.

Все не скрывали своего восторга, ведь минуту назад они были на волосок от смерти. Еще больше они переволновались за девочку, которая так бесстрашно полезла прямо в раскрытую пасть. И эта девочка спасла их всех.

— Смотри! — толкнул Берту Сильвестр Максвелл и указал на решетку из поперечных прутьев.

Все подбежали к складу. Решетка была заперта на электронный замок с кодом.

Томас Брэд вытащил из кармана полицейский жетон.

— Это принадлежало полицейскому, — сказал он и попытался всунуть пластину в замок, но тщетно.

Вдруг послышался гудок сирены, на табло высветилось: «Допуск разрешен!!!»

Но выше высветилась еще одна надпись: «Тревога! Тревога!»

— О черт! — закричал Сильвестр Максвелл. — В арсенале полиции сработала сигнализация!

— Ребята, мы здорово влипли, — сплюнул Томас Брэд. — Наверное, они сняли его подпись.