Белое безмолвие смерти - Зонин Сергей "Серая Зона" - Страница 100

— Каковы шансы на выживание и успешное излечение? — уточнил более осторожный Воскреситель. — Если меньше одного из десяти, нам придётся её усыпить и поискать другого Целителя, поопытнее. Извини, но я не для того тебя тащил в Твердыню, чтобы угробить в заведомо безнадёжной попытке.

Нэя торопливо послала запрос кибермозгу. Чего она меньше всего хотела, так это подвергать опасности коллег. Более десятка параметров пришлось вводить, основываясь на одной только интуиции — машина отказывалась работать с такой кучей неизвестных. Но Целительница всё же выдавила из упрямой железки приблизительный результат.

— Сорок два процента — вероятность полного излечения, — обречённо вздохнула она. — И ещё шесть процентов на неполную регенерацию без побочных эффектов. Два процента — новые, непредвиденные болезни или травмы, которых у тебя сейчас нет, но не смертельные. Оставшиеся пятьдесят — летальный исход.

— Процент — это что?

— Одна сотая.

— То есть, — быстро посчитала эльфийка, — ты хочешь сказать, что у меня два шанса из пяти вылечиться полностью?! Стать такой же, как до встречи с диском? Без последствий?

— Ну… да… Но я не понимаю, чему ты так радуешься…

Она не успела договорить, а дроу уже лежала в цилиндре.

— Начинай, смертная! Это замечательные шансы! Я выходила на Арену с меньшими!

Вампир только беспомощно развёл руками.

Первым побуждением Владимира при виде Безголовых Всадниц было изобрести и немедленно припаять им статью «за оскорбление нравственности в особо циничной форме». Всадники Майн Рида и Вашингтона Ирвинга были вполне приличными существами, одетыми, если только память не изменяла землянину, в ковбойский костюм и форму кавалериста соответственно. Их носферские «сёстры», однако, приличиями себя не утруждали, и разъезжали нагишом, демонстрируя всем желающим поглазеть великолепные фигуры. Более того, сохранить скромность в их присутствии было сложнее, чем с обычной голой женщиной. Последней вы, по крайней мере, можете смотреть в глаза или на лицо, чтобы избежать соблазна. Возможно, это было психологическое оружие — увидевший их на мгновение замирал от восхищения или от возмущения (в зависимости от взглядов на наготу в его родной культуре), и пропускал момент, когда расставался с собственной головой.

Едва появившись из живого тоннеля, которым Лемарг соединил убежище с поверхностью, Всадницы увидели своего Владыку. Хотя природа их зрения оставалась загадкой — даже когда головы улетали далеко, или смотрели в другую сторону, тела ни в коей мере не утрачивали проворства движений, безошибочно распознавая врагов за километр, и срубая на лету стрелы мечами. Может быть, за них видели кони?

Так или иначе, среагировали все семеро мгновенно, словно всю жизнь ждали этого момента и готовились к нему (и в каком-то смысле, так оно и было). Вскинув отрубленные головы на вытянутых руках, словно в салюте, женщины единым слитным, гибким движением метнули их в сторону Судии. Учитывая, что всё происходило в полном молчании, сцена выглядела довольно угрожающе, и Владимир даже схватился за пистолет, собираясь прыжком уйти в сторону и отбросить Инну в противоположную. Но головы не стали взрываться или нападать. Вместо этого они синхронно поцеловали землю у ног Судии и замерли в таком положении.

Почти минуту земляне обалдело глазели на это зрелище, потом посмотрели друг на друга.

— Это что, ритуал такой? — уточнил Владимир. — Гибрид салюта и земного поклона, доступный только Всадницам в связи с особенностями анатомии?

«Именно, дурень. И если ты сочтёшь это дурацким обычаем, вспомни о вашей земной привычке отдавать честь. Сам жест нелепый, как будто полчерепа себе срезаешь, а уж название… Такое впечатление, что речь идёт о продажной любви. Ты же вдумайся — честь отдал, значит стал бесчестным? А если по много раз за день?»

«Заткнись, а? Я не тебя вообще-то спрашивал, Всадницы и сами могут ответить. Или они немые? В принципе логично, если голосовые связки отдельно от лёгких…»

«Умеют не хуже нас с тобой, — в „устах“ костяного артефакта это выражение звучало несколько двусмысленно, но увлечённый Меч не заметил оговорки. — Просто они хорошо вышколены, и не подадут голоса, пока ты не обратишься к ним напрямую».

«Кем вышколены?! Ты ж говорил, их недавно воскресили… или создали…»

«Они получают всю необходимую информацию для исполнения своих обязанностей из ментала в момент пробуждения. У духов Мараи тот же механизм, только уровнем ниже».

«Здорово. А для Хранителя такой системы часом не предусмотрено? А то моя свита роли знает по умолчанию, а я вынужден всё постигать методом тыка…»

«Предусмотрено. Даже две. Одна называется Дух Предела, вторая — Меч Предела. Но режима драконьего гнева, в котором Дух загружает информацию, ты боишься, меня не слушаешь… Вот и набивай шишки лично, раз ты такой умный».

«Это понятно. Я имел в виду, что у них почему-то это происходит мгновенно или очень быстро. А в драконьем гневе я уже был несколько раз, и до сих пор получил лишь небольшую часть навыков. О тебе как об учителе и говорить нечего — от такой манеры преподавания повеситься впору… На один прямой ответ по десять подколок и наездов…»

«А ты бы хотел всё сразу и на халяву? В принципе, можно, хоть сейчас…»

Владимир насторожился. Готовность Хребта к сотрудничеству ничего хорошего не сулила…

Но выспросить детали он не успел, поскольку тут подала голос Инна:

— Мужики, вы долго ещё препираться будете? Вас, между прочим, поклонницы ждут…

Он бросил взгляд на застывшие фигуры Всадниц. Прямые, стройные тела, горделивая осанка. И одновременно — головы, молчаливо замершие у ног сюзерена. Эффектное сочетание достоинства и подчинения, надо признать. Хоть и пугающее.

— Вольно, девушки. Представьтесь, для начала.

Головы мгновенно взлетели на уровень человеческого роста, выстроились по линейке и по очереди отрапортовали хорошо поставленными голосами:

— Гана! Вита! Лизана! Грава! Эрнана! Сирна! Кэррис! — и закончили все хором: — Дикая Охота в минимальном составе готова, Владыка! Ждём Твоих приказаний!

— Гм… Неплохо, очень неплохо… А ну, доложите обстановку.

На этот раз заговорила только одна голова, темноволосая. Она и представилась первой, похоже, являясь предводительницей маленького отряда. Ещё бы угадать, какому из тел она принадлежит… Господи, ну не по цвету же волос под мышками или где там ещё их сличать?!

— Мы оцениваем ситуацию, как опасную и греховную, Владыка. Дракон мёртв от руки жителей этого мира. Все живущие, и мы в том числе, несём печать Последнего Греха. Искренне готовых к искуплению — менее четверти населения, остальные усугубляют свою вину злыми умыслами против Тебя. Желаешь ли Ты, чтобы мы начали искупление с себя, или вначале принесли его другим?

— Стоп! — торопливо вмешался Владимир, уже зная, к чему ведут такие речи. — Отставить искупление, слушать мою команду! Мы здесь не инквизиция, и даже не карательный отряд СС. С этого момента, и до поступления новых указаний, переквалифицируетесь в аварийно-спасательную команду. Цель — предотвратить катастрофу, ожидающую Носфер. Соответственно, правила поведения: без приказа никому обид не чинить, мирное население по возможности защищать, детей беречь всегда и при любых обстоятельствах, женщин, стариков и калек — желательно, боеспособных мужчин — уж как получится. Вопросы есть?

Уж на что Всадницы были хорошо обучены, но и у них на несколько секунд отвисли челюсти, а глаза полезли на лоб. Первой справилась с собой и подала голос Гана:

— Владыка… Ты хочешь сказать… Что мы прощены?

Он уже готов был воскликнуть «Да, наконец-то дошло!», но вдруг передумал.

— Нет, дорогие девочки, этого я сказать не хочу. В той заднице, в которой сейчас находится Носфер, виноваты все, включая меня. Но настоящее искупление — это не пытки и казни. Я этот метод уже на себе попробовал, когда только явился в Носфер. Не работает. Настоящее искупление — это работа по исправлению всего, что мы все натворили.