Белое безмолвие смерти - Зонин Сергей "Серая Зона" - Страница 116

База данных и тут не подвела.

— В принципе можно, хотя металл слишком лёгкий — всё равно понадобился бы стальной или свинцовый сердечник, чтобы пуля сохраняла какую-то стабильность. Главная проблема в том, что такую пулю нечем выточить, а ведь потом надо ещё вставить в патрон…

Голова разочарованно качнулась в воздухе. Влад окинул ружья своим новым взглядом.

— Впрочем, для сюрприза у вас и так хватает боеприпасов. Выбирайте патроны с серой маркировкой — это антимагические. Они и сквозь щит пройдут, и почти любую нежить в пыль превратят. С красной тоже очень хороши — эти с искрой первородного пламени.

Одна из голов изумлённо присвистнула. Непонятно, как это у неё получалось при отсутствии лёгких. Лица Всадниц остались спокойны, но глаза вспыхнули изумлением и восхищением. Эту стихию девушки знали, её возможности, как оружия — тоже.

— Влад… это ты подарил своему слуге власть над такой силой?

— Если бы… Я и сейчас не могу ею управлять, всё-таки вампир, несмотря на все технические навороты. Обычным огнём — да, а этим — даже не прикоснуться. Это Вениамин сам, умник…

— Тогда он очень серьёзный противник, Влад. Со времён Эрцихаля первородным пламенем в этом мире не овладел полностью никто, кроме самого Дракона. Даже истинные демоны не постигли эту стихию. Егибна и Янара могут управлять ею, но не сотворить.

— Ну вот. Все мне круглые сутки рассказывают, насколько круты мои настоящие и будущие враги, а потом удивляются, чего это я превращаюсь в ходячую выставку фантастического оружия. Тут, девчата, иначе нельзя, как я понял. Съедят.

«Дураком был, дураком и остался, — вздохнул Хребет. — И советчика дополнительного в голову установил, будто меня тебе мало, а всё не впрок. Пойми, наконец, что здесь тебя сожрут в любой броне и с любым количеством стволов! Потому что сила — она не в полимерных мышцах и даже не в мозгах. Сила должна быть в решениях! А для тебя есть только три типа решений: вооружиться, бежать, спрятаться. Ну и зачем тогда вооружался? С такой политикой ты хоть в супердредноут себя преврати, всё равно далеко не улетишь».

«Ещё один любитель подрезать крылья мечте…»

«Ага, и что же у тебя за мечта, герой? Запереться в танке, и чтоб никто тебя, бедненького, не трогал? Ничего не скажешь, достойно Владыки Девятимечья, в самый раз!»

Влад заткнул собеседника (он теперь знал, как это делается), и обратился к своей команде:

— Ну что, мальчики-девочки, отдохнули немного, потренировались, пора за работу. Снаружи, конечно, Егибна и толпа других горячих поклонников, но пока мы тут отсиживаемся, гибнут люди и нелюди. Передвигаться будем все одной командой, так легче отбиться в случае нападения. Летать здесь все умеют, скользить в земле — не все, так что формируем авиагруппу. Я впереди, Раэрон с броневиком за мной, Инна в машине, Всадницы прикрывают тылы. Если Лемарг кого-то выделит, его «детишки» идут справа и слева от Раэрона. Сразу поднимаемся на уровень туч, чтобы с земли не было заметно. Вопросы?

Инна потупилась.

— У меня один… ну, чисто технический. Я хочу сказать… Раньше я кормилась твоей кровью, а теперь… — она неуверенно указала пальцем на сверкающие шипы.

Глаза механического монстра задорно блеснули. Он хотел ещё и улыбнуться, металл на морде был достаточно гибким, чтобы обеспечивать мимику, но вовремя понял, что такой оскал может заставить в ужасе бежать и самых преданных друзей.

— Хорошо, что ты спросила, а то я бы и не узнал об этой функции. Пассажирский отсек!

Броневые пластины на груди раздвинулись, и открылась пульсирующая кроваво-красная сеть жгутов — то ли сосудов, то ли мышечных волокон. Сеть в свою очередь расплелась, лопнула, выстреливая наружу тысячами хищно шевелящихся щупалец. За ней находилась мягкая ткань, похожая на шёлк или гладкую шкурку какого-то зверя. В этой ткани постепенно сформировалось углубление по форме человеческого тела.

— Не бойся. Этот модуль специально создан для транспортировки не-мёртвых. Он, конечно, может высосать и переварить пассажира, если я того захочу. Но для тебя — это самое безопасное место во всём Носфере, обещаю. Оно не только удовлетворяет все потребности вампира за счёт моих ресурсов, оно также лечит любые повреждения, и будет постепенно совершенствовать тебя, превращая в высшего вампира и наделяя новыми способностями.

Инна подошла и с размаху врезала своему сюзерену прикладом по морде. Для этого ей пришлось подпрыгнуть почти на два метра. Приклад не сломался лишь благодаря заклятию.

— За что? — проскрежетал Влад, мысленным приказом успокаивая Всадниц. Помня приказ Владыки, женщины не стали хвататься за мечи, даже не изменились в лице, но покушение на их живого бога вызвало настоящую бурю гнева и недоумения в мыслях.

— За то, что мог подумать, будто я тебя боюсь! — заявила вампирша. — В отличие от некоторых, я помню, что в любом облике ты остаёшься моим другом детства.

— Да ну! А пять минут назад? Или это ты от радости в боевое обличье перекинулась?

— Это инстинктивно! — возмутилась девушка. — Не считается! Я говорю о тех случаях, когда успеваю подумать. Так-то кого угодно напугать можно…

— Ладно, не считается так не считается. Боец Гелла, вам объявляется строгий выговор за избиение старшего по званию в неположенное время, а также три наряда вне очереди за небрежное отношение к казённому имуществу! Занять место в пассажирском отсеке!

— Слушаюсь, мессир! — вампирша довольно ухмыльнулась, когда щупальца подхватили её и начали укладывать в импровизированный гроб. И тут же хихикнула.

— Так и знала, Воланд, что ты это всё затеял только с целью меня облапить. Не то, чтобы я была против, но мог бы и просто сказать…

— Блин… вот об этом я забыл, — искренне признался Хранитель.

Щупальца легко проникли под одежду, и теперь внедрялись в тело пассажирки, объединяя её нервную и кровеносную систему с некромеханическим конструктом Влада.

— Мессир, вы зараза! — взвизгивала Инна, извиваясь на шёлковой подкладке, которая тоже нагло приставала к телу, растворяя по пути куртку, брюки, обувь и нижнее бельё. — Ай! Ни стыда ни совести! Я же не чувствовала щекотки с тех пор, как умерла!

Но её смех скрывал растущее возбуждение. Она не могла толком описать, что же с ней происходит, но процесс оказался неожиданно приятным — как секс и кровавый укус одновременно, только ещё интимнее. Щупальца проникали в неё глубже и тоньше, чем самый внимательный и умелый любовник, при этом насыщая силой и энергией, как кровь вампирского патриарха. По существу, они с Владимиром становились одним целым, и не только телесно — девушка вдруг поняла, что часть души Воланда, часть Духа Предела находилась в ней с момента обращения в вампира, заменяя её собственную утраченную душу. И теперь эта частичка оживала, почуяв близость целого, радостно тянулась к нему навстречу. Каждым мгновением своей не-смерти Инна была обязана только Белому Судии.

Всадницы с благоговением и завистью наблюдали за процессом. Им такая близость не будет доступна никогда. Они всего лишь оружие… А эта, дерзкая, слабая, трусливая, совершенно не понимающая, какая невероятная честь ей выпала — стать первым вассалом Владыки…

Во взглядах марионеток Лемарга читался профессиональный интерес. Влад не мог прочитать их, как Всадниц, но легко понимал. Пришелец сравнивал возможности живой и мёртвой плоти, сопоставлял метод соединения этих двух организмов с теми, которыми владел сам, фиксировал реакции объекта, прикидывал возможные слабые стороны и преимущества…

Броневые створки захлопнулись за мгновение до того, как оргазм Инны взорвал массивный корпус Хранителя изнутри. Несколько секунд оба корчились в волнах наслаждения, не способные отделить себя от другого. За какие-то мгновения они узнали друг о друге всё.

Слов не было. Были единые на двоих мысли. И ощущение безграничного счастья.

«Воланд, ты дурак. У меня же мужчины больше года не было… А ты… ты…»

«Знаю. Теперь знаю».

«Дурак и сволочь. Я люблю тебя, дубина».