Коррида, женщины, любовь... - Томас Дебра Дон - Страница 2

— Еще вина? — спросил Ричард, прервав ее невеселые воспоминания.

— Конечно.

Она вернулась в дом и протянула брату пустой бокал. Кроме Ричарда, у нее больше не было родных. Их разница в возрасте составляла всего полтора года, и оба усердно работали, чтобы выбраться из трущоб Сан-Диего.

Ричард наполнил ее бокал до краев и поставил графин на стол. Стены столовой были отделаны зеркальными панелями. Повсюду горели свечи, делая роскошную обстановку изящной и романтичной.

— Ты спас меня от неприятных мыслей, — призналась Стефани. — Выходя на этот балкон, я всегда вспоминаю Стивена.

— Без него тебе живется гораздо лучше. — Ричард улыбнулся. На его правой щеке появилась такая же ямочка, как у нее. — Кстати, в этом платье ты просто великолепна. Хочешь сразить матадора наповал?

— Спасибо за комплимент.

Она повертелась перед братом, как маленькая девочка, хвастающая своим праздничным нарядом. Ричард прав, без Стивена ей действительно лучше, но в душе остался горький осадок. Стефани сомневалась, что сможет еще когда-нибудь доверить свое сердце мужчине. Как видно, женщинам семьи Мэдисон на роду написано быть одинокими.

— На эту покупку я потратила кучу денег, но твой клиент привык видеть женщин в платьях от Версаче, а не в джинсах. Впрочем, ты тоже выглядишь щеголем, Ричард.

Синий костюм прекрасно оттенял его темно-русые волосы и голубые глаза. Ричард всегда пользовался успехом у девушек, в том числе и у Эйдрии, лучшей подруги Стефани. Однако он заметил свою будущую жену, только когда она окончила колледж в Сан-Диего и пришла работать в его брокерскую фирму. Впрочем, Эйдрия не задержится там надолго: в конце этого месяца она должна родить.

Ричард слегка передвинул графин на столе и отступил назад, чтобы оценить сервировку.

— Эйдрия опять занимается сводничеством? — спросил он. — Поэтому ты и приняла ее приглашение?

— Она неугомонна, но твой клиент не интересует меня как мужчина. — Стефани завела за ухо прядь волос и глотнула вина. — Как твой бизнес?

Ричард перестал возиться с посудой и внимательно посмотрел на сестру.

— Хорошо… даже отлично.

— Отчасти благодаря Мигелю Рафаэлю. — Она взяла со стола полотняную салфетку, встряхнула и принялась размахивать ею, словно плащом матадора. — Богатому иностранцу, который зарится на американские владения и американских женщин. Ну и где же твой звездный клиент? Что-то он опаздывает.

Ричард выхватил у нее салфетку, сложил и вернул на прежнее место — возле дорогой фарфоровой тарелки.

— Ничего, придет. Ты права, это важный клиент. На те деньги, которые имеет моя компания благодаря Мигелю, я мог бы спокойно отойти от дел и жить припеваючи. Так что очень прошу, веди себя хорошо.

Стефани выпятила губу, притворяясь обиженной.

— Я всегда веду себя хорошо!

— Да, если не охотишься за материалом для статьи.

— С чего ты взял, что я охочусь за материалом для статьи?

Брат догадался! Ну что ж, этого следовало ожидать.

— Увидев это платье, я сразу понял, что ты пришла с заданием. Но Мигель не станет с тобой разговаривать. Он терпеть не может журналистов, а я не хочу, чтобы он тебя возненавидел, ведь ты моя сестра.

Ричард шагнул в гостиную.

— О Боже, еще одна знаменитость, которая терпеть не может журналистов!

— Стеф…

— На меня насел мой редактор. — Стефани провела рукой по шелковой скатерти, которую подарила брату и Эйдрии на свадьбу. — У «Экспресс» есть испанское издание, «Варьедадес», которое выходит огромными тиражами. Им нужна статья.

Ричард отрегулировал звук на проигрывателе компакт-дисков, потом обернулся к Стефани. В его взгляде читалось неодобрение.

— Нет, Стефани.

— Мигель не возненавидит меня, если я задам ему несколько вопросов.

— Ну хорошо, задавай, но если он откажется отвечать, не упорствуй, ладно?

— Ладно. А где Эйдрия?

— Одевается. Никак не выберет себе платье. Ей кажется, что все они ее полнят.

— И это понятно. Трудно сохранить стройность на девятом месяце беременности. — Стефани подняла свой бокал и покрутила его в руке, любуясь переливами света в хрустальных гранях. — По-моему, у Мигеля варварская профессия. Трудно поверить, что в преддверии нового тысячелетия этот вид спорта все еще пользуется популярностью. — Она допила вино. — Наверное, мне следует проявить интерес или хотя бы сочувствие к его работе, ведь она досталась ему в наследство от предков. Впрочем, что мы знаем о собственных предках? Что мы помним о нашем отце, кроме того, что этот негодяй бросил маму с двумя малышами на руках?

Ричард вернулся в столовую и взял у нее бокал. Подняв глаза, она увидела тревогу на красивом лице брата. Наверное, внешне он был очень похож на отца, вот почему мама так сильно его любила. Где-то сейчас Мэдисон-старший? Вспоминает ли о них?

— Не надо копить обиды, Стефани. Это вредно для здоровья.

Она выдавила улыбку и прижалась к Ричарду, который обнял ее за плечи.

— Неужели тебя не волнует, что он ушел из семьи?

— Раньше волновало, — серьезно ответил он, — но надо забыть прошлое и жить дальше.

— И развлекать матадора?

Ричард ослабил объятия, но оставил руки на плечах сестры.

— Я не это имел в виду. И все же постарайся… приятно провести сегодняшний вечер.

— В компании с испанским спортсменом?

— Коррида — это не спорт. Это традиция, которая живет и процветает. Надеюсь, ты не собираешься выражать свое неодобрение? Инвестиции Мигеля обеспечат надежное будущее моему еще не рожденному сыну. — Он поставил бокал с вином на стол. — Так что будь с ним полюбезнее.

— Не волнуйся, даже рта не раскрою!

— Если не напьешься.

Она виновато посмотрела на свой пустой бокал.

— Просто я немножко нервничаю в таком непривычном наряде. Несколько дней назад я щеголяла в костюме бездомной нищенки.

— Мигель увидит, что новое поколение Мэдисонов не бедствует. Никто не просит тебя во всем ему потакать. Веди себя непринужденно, отдыхай.

Ричард отправился на второй этаж поторопить Эйдрию. «Легко говорить!» — подумала Стефани, глядя ему вслед.

Повернувшись к столу, она плеснула себе еще вина и бросила взгляд в зеркало. Ей и впрямь редко приходилось надевать такие откровенно сексуальные платья. Она нарочно выбрала красное: этот цвет должен понравиться матадору.

— Рыдай, Дженна Старр! — усмехнулась Стефани.

В этот момент в дверь позвонили.

Ричард и Эйдрия наверху, значит, ей придется взять на себя роль радушной хозяйки. Стефани отошла от зеркала и открыла дверь. Первое, что она увидела, были темно-зеленые глаза в обрамлении длинных черных ресниц, которые медленно оглядели ее с головы до пят.

— Buenos tardes, senorita [1], — сказал мужчина, обнажив безупречно белые зубы.

Сердце Стефани чаще забилось в груди. Странно! Она никак не ожидала, что встреча с Мигелем Рафаэлем так на нее подействует.

— Perdoneme… [2]— Он заглянул ей за плечо и вытянулся во весь рост, который вопреки ее ожиданиям был никак не меньше шести футов.

Какое уж тут моральное давление!

— No hablo espanol [3], — сказала она.

— Ничего, я говорю по-английски, так что мы спасены.

— Если вы к Ричарду Мэдисону, то, пожалуйста, проходите. — Стефани отступила назад, давая гостю дорогу.

За ним тянулся приятный аромат — не слишком навязчивый, но явно мужской.

— С кем имею честь? — спросил он с сильным кастильским акцентом.

Эту ослепительную улыбку она уже видела в «Пипл мэгэзин».

— Ох, простите. Я сестра Ричарда, Стефани. — Она не могла оторвать от него взгляда. — Он сейчас спустится.

Как видно, Мигеля прозвали «Опасность» не только за его мастерство на арене.

— Очень приятно. — Он взял ее за руку.

Стефани не могла пошевелиться под его гипнотическим взглядом. Красивые глаза испанца напоминали зеленые оливки, сверкающие в лучах солнца. Он дерзко оглядел грудь Стефани и, словно спохватившись, отпустил ее руку.