Коррида, женщины, любовь... - Томас Дебра Дон - Страница 22

Она опять взглянула на Мигеля. А этот мужчина вообще был непредсказуем.

Словно прочитав ее мысли, он встал и подошел к ней, все еще держа в руке мятую льняную салфетку. Тень от листвы подчеркивала его красоту. Интересно, если она сейчас его поцелует, он предложит ей руку и сердце?

— Привет, — сказала она, зевая и потягиваясь. — Хорошо бы немного вздремнуть.

— Иди в дом. Лидия покажет тебе твою комнату. Это моя самая младшая сестра. Сейчас она, наверное, на кухне.

— Ты не против?

— Нет. Я хочу, чтобы ты как следует выспалась и сегодня ночью была бодрой.

Она сделала несколько шагов по дорожке, потом оглянулась через плечо. Мигель смотрел на нее и улыбался. Сегодня ночью она будет бодрой как никогда!

Глава 8

Когда Стефани наконец открыла глаза, было темно. Она сфокусировала взгляд на огромной картине, изображавшей матадора. Кто-то стучался в спальню. Мельком увидев в зеркале свое помятое лицо, она открыла дверь и обнаружила на пороге Мигеля. На нем были желтовато-коричневые льняные брюки и темно-зеленая шелковая рубашка с короткими рукавами. С мокрыми волосами, благоухающий, он был совершенно неотразим. Ей захотелось броситься матадору на шею и уложить его в постель, однако у него был странно отрешенный вид.

— Давай прогуляемся, — предложил он серьезным тоном.

— Мне надо умыться. Я только что проснулась.

— Ты спала при таком шуме? Ладно, я тебя подожду.

Только сейчас до нее дошло, что в доме, похоже, вечеринка. Слышался гомон людских голосов, гремела музыка, в открытую дверь проникал запах табака.

Мигель хочет прогуляться? Это значит — поговорить. Но о чем? «Прости, Стефани, но я скоро объявлю о своей помолвке с Паломой». Или: «Да, я буду твоим любовником, но не могу обещать тебе долгих отношений и связывать себя обязательствами». Или: «Я не имею права заводить роман с женщиной, которую не принимают мои соотечественники и друзья. Надеюсь, ты меня понимаешь?»

Стефани отбросила тревожные мысли, приняла душ и надела легкое голубое платье. Не стоит загадывать наперед и ждать слишком многого. Она накрасилась, собрала еще мокрые волосы в свободный пучок, подушилась и вышла к Мигелю, который сидел в гостиной на кожаном диване. Увидев ее, он вскочил и схватил с пола корзинку для пикника.

Рей с озабоченным видом протирал свою фотоаппаратуру. Перед ним стояла полупустая бутылка вина. Когда Стефани и Мигель проходили мимо, он поднял глаза, но ничего не сказал. Остальные гости разбились на группы, курили и пили вино. Галлео тихо бренчал на гитаре, но, заметив Стефани, перестал. Доминго в комнате не было.

Они вышли в ночь и побрели по гравийной дорожке к хлеву. Высоко в небе светила луна, окутывая ранчо бледно-серебристой призрачной дымкой. Теплый ветерок разносил запах жасмина и цветущих апельсиновых деревьев.

— Еще не прошло и недели с тех пор, как мы встретились, — сказала Стефани, пытаясь унять странное волнение, — а мне кажется, что мы знакомы гораздо дольше. — «Целую вечность…» — Ты не знаешь, сколько мне лет, не знаешь моего второго имени, но мы, словно давние друзья, гуляем под луной в самом центре Испании.

— Не надо придавать такого большого значения времени. Тебе двадцать девять лет, и твое второе имя Энн.

Стефани остановилась и удивленно взглянула на него.

— А мое любимое блюдо?

Он усмехнулся и подмигнул.

— Вот тут ты меня поймала!

Она удовлетворенно кивнула.

— Ты можешь вернуться в Мадрид, если хочешь, — помолчав, сказал Мигель ровным тоном.

Стефани не могла понять, что он сейчас чувствует, но ей показалось, что он поразил ее в самое сердце своей матадорской пикой. Она машинально продолжала ступать по гравийной дорожке непослушными ногами.

— Я же только что приехала.

— Знаю, но тебе не обязательно здесь оставаться. Рей сказал, что уедет вместе с тобой. А я останусь на ранчо до вторника или до среды. Мне надо побыть вдали от толпы поклонников и прессы, собраться с мыслями перед боем.

— Ты хочешь, чтобы я уехала? — спросила Стефани, озадаченная таким поворотом событий. Кажется, Мигель пытается от нее отделаться…

— Нет, querida. Я хочу, чтобы ты была там, где тебе лучше.

— Разве я выгляжу несчастной? Почему ты меня гонишь? Что я такого сказала или сделала?

— Ничего. Просто мои родные настроены против тебя, и это сильно меня задевает. Я могу приказать им быть с тобой повежливее, но я не властен над их сердцами.

Стефани сделала глубокий вдох, пытаясь сдержать слезы. Его семья не желала ее видеть, и Мигель был вынужден пойти им навстречу. Ей не следовало сюда приезжать. Надо было взять билет и улететь домой.

Он подвел ее к стеклянному столику и двум изящным деревянным стульям, разместившимся рядом с фонтаном. Это место располагалось довольно далеко от дома и было скрыто высокой изгородью. Мигель поставил корзинку на столик, достал из кармана свечу и зажег ее при помощи серебряной зажигалки.

— Здесь нам никто не помешает. — Матадор извлек из корзины бутылку с темным вином. — Садись, — сказал он, указывая на стул.

На небе неистовствовали звезды. Стефани смотрела на них и удивлялась, как она могла составить такое неверное мнение о Мигеле. Оказывается, сегодня ночью он вовсе не собирался заманивать ее в постель. Он хотел отправить ее в Мадрид… или в Калифорнию. Она вдруг почувствовала себя робкой, беззащитной и почти несчастной.

Мигель протянул ей полный бокал.

— Я не должна была сюда приезжать, — сказала Стефани, не зная, как преодолеть ту пропасть, которая вдруг пролегла между ними. — Я думала, все будет по-другому.

Он откинулся на спинку стула, отхлебнул вина и окинул глазами свои владения — гармонию долин, гор и безбрежного неба.

Здесь, под испанскими звездами, Стефани чувствовала себя невероятно одиноко. Ей казалось, что она покинула не только свою страну, но и свою галактику.

— В последнее время я обидел многих людей. — Мигель закурил. Струйка дыма взвилась кверху и растаяла в темноте. — Но я не хочу обижать тебя.

Ну вот, началось! Он вообще собирается вычеркнуть ее из своей жизни.

— Можно мне сигарету? — попросила Стефани.

Он слабо улыбнулся, взял со стола пачку и вытряхнул из нее одну сигарету.

— Со мной ты приобрела дурные привычки.

Она нагнулась к Мигелю, чтобы прикурить, и взглянула на его длинные пальцы. О, как же ей хотелось, чтобы эти пальцы зарылись в ее волосы!

— Зря я привез тебя в Испанию, — сказал он, откинувшись на спинку стула и швырнув зажигалку на столик.

Сердце ее на мгновение замерло, потом забилось тяжело и мучительно.

— Почему? — спросила она, выпуская дым. Ей нравилось ощущать в пальцах сигарету. Это помогало отвлечься от душевной боли.

Стефани ждала ответа, пытаясь понять по его взгляду, что он чувствует. Но Мигель молчал. Теплый ветерок трепал ее волосы. Где-то запела птица. Освещенный луной, матадор казался выходцем с какой-то другой планеты. Совмещающий в себе несовместимые вещи, он был для Стефани воплощением самой Испании.

— Тебе все еще снится тот страшный сон? — спросила она, пытаясь сменить тему. Ей было невмоготу ждать, когда он скажет, что она ему уже неинтересна.

— Да.

— Не стоит так сильно верить в сны. Мои, например, никогда не сбываются. Иногда мне снится, что мы со Стивеном по-прежнему женаты. А иногда, что моя мама еще жива.

Стефани опять вдохнула теплый ночной воздух, задумчиво глядя на свою сигарету. «Зачем я курю? Зачем делюсь с ним такими сокровенными вещами? Зачем вообще пытаюсь его разговорить? Боюсь услышать, что между нами все кончено?»

Она подняла глаза и наткнулась на внимательный взгляд Мигеля.

— Я не знал, что ты разведена, — проговорил он.

— Ну что ж… — Стефани растерялась. Какое гадкое слово — «развод»! Символ поражения.

— Расскажи мне об этом, — попросил он и вытянул ноги, положив одну на другую.

— Не могу. Вернее, здесь нечего рассказывать.