Коррида, женщины, любовь... - Томас Дебра Дон - Страница 41

— Ох, Мигель! Я думала, что, уехав, сделаю тебе лучше и когда-нибудь ты поблагодаришь меня за такой разумный поступок. Я думала, ты будешь и дальше драться с быками, а я не смогу быть женой матадора — жить в гостиницах, каждое воскресенье с тревогой ждать твоего возвращения и мириться с тем, что женщины забрасывают тебя не только розами.

Он улыбнулся и снова поцеловал ее в губы.

— Ты должна мне доверять.

— Тебе я доверяю. Я не доверяю себе. И потом, впереди у нас столько проблем… Где мы будем жить? И как быть с твоей религией? И с твоей семьей?

— С моей религией? — Мигель смущенно взглянул на Стефани, как будто это был единственный вопрос, о котором он не подумал.

— Я вижу, как важна для тебя твоя вера. Ты наверняка захочешь обратить в нее своих детей… наших детей.

Лицо Мигеля стало серьезным.

— Si. Я захочу обратить наших детей в свою веру.

— Меня тоже? И вообще, сможем ли мы венчаться в твоей церкви?

— Ты взрослый человек и можешь сама решить, какой веры тебе придерживаться. Что касается наших детей — наверное, мы сможем прийти к взаимному согласию в этом вопросе. А обвенчаемся мы там, где захотим.

Стефани задумалась над его словами, не найдя с ходу, что возразить.

— А где мы будем жить?

— Ты очень беспокойная натура. Как тебе спится по ночам? — Он взмахнул рукой. — Я купил дом на этой улице. Мы можем какое-то время пожить там. Три комнаты, вид на океан — очень дорогое жилье. Твой брат сорит моими деньгами!

«Мигель купил дом на этом острове?»

— Я думала, ты захочешь жить в «Ла Либра».

— У меня есть дома повсюду. — Он почесал в затылке и облокотился о перила, не сводя с нее своих зеленых глаз. — В «Ла Либра» будет жить Доминго. У него уже есть ученик — он нашел его на мадридских улицах, — очень способный, но немного похожий на Франкосиса. Нынешняя молодежь по-другому смотрит на корриду. Так что Доминго опять при деле и скоро забудет Эль Пелигро.

— Тебя нельзя забыть.

Мигель кивнул в знак согласия.

— Ренальдо тоже живет в «Ла Либра». Он сирота. Я узнал об этом, когда пригласил его на частную корриду. Около моего ранчо крутилось еще пятеро бездомных мальчишек. Я поговорил с местным священником и хорошо ему заплатил, чтобы он их пристроил.

На сердце у Стефани потеплело. Какой же он щедрый!

— Замечательно, — похвалила она и улыбнулась, вспомнив шустрого паренька с грязными пятками.

Мигель пожал плечами:

— Мне жаль этих ребят. Когда-то я тоже был голодным и от меня воняло рыбой. Порой нужда толкает мальчишек на самые отчаянные поступки. Ты бы видела, как раздувался Ренальдо от гордости, сделавшись сыном Эль Пелигро! Но он слишком увлечен корридой. В его возрасте надо думать об образовании. Он смышленый парнишка, весь в отца. — Мигель подмигнул. — А ты готова стать его мамой?

— Готова… И вообще я хочу детей. Я даже пыталась… — Стефани осеклась, покраснев от этого неожиданного признания.

— Знаю, querida. — Он опять привлек ее к себе. — Ты причиняешь Эль Пелигро много хлопот, но я не жалуюсь. — Он с улыбкой заглянул ей в глаза.

— Твои родные никогда меня не примут.

Мигель чмокнул ее в щеку.

— Они тебя уже приняли. Иначе я просто выгнал бы их из моих владений. Уезжая из Испании, я предупредил всех, что вернусь с женой.

Его поцелуй оставил у нее во рту привкус вина, табака и лавровых листьев.

— Я еще в «Ла Либра» сказал, что женюсь на тебе. А я всегда выполняю свои обещания. Советую брать с меня пример!

— Послушай… — Она попыталась возразить, но он ее перебил.

— Я говорил, что буду любить тебя всегда — несмотря ни на какие обиды. Неужели ты думала, что твой побег что-то изменит? Тебе никуда от меня не деться! Я же сказал, что мы в одной галактике… и я не могу без тебя жить. Но ты все равно растоптала мое сердце.

Он опять ее поцеловал. У Стефани кружилась голова. Она с трудом понимала, о чем говорит Мигель.

— Тебе нужна жена-испанка, которая чтит ваши традиции, понимает корриду и говорит на твоем языке.

— Querida, ты испанка не по крови, а по темпераменту. Я знаю, что ты никогда не поймешь корриды, и не жду от тебя понимания. Да, я ушел с арены, но мои интересы всегда будут связаны с моей бывшей профессией. Надеюсь, ты не будешь возражать. Ночью я напомню тебе, почему ты полюбила Эль Пелигро.

— Но…

Мигель закрыл ей рот поцелуем, потом нежно отстранил и вгляделся в ее лицо.

— Выходи за меня замуж! Возьми несколько уроков испанского, если это так для тебя важно. Мы поживем здесь, потом уедем в Испанию, а затем, возможно, в Париж — у меня и там есть квартира. У нас будут дети, если ты захочешь… как минимум двое. Если родится сын, мы отвезем его в «Ла Либра», и Доминго будет его учить.

— Даже если у нас родятся одни девочки, одна из них обязательно станет великим матадором. Времена меняются.

Мигель от души расхохотался.

Вдруг послышался какой-то шум.

— Ой, ребенок! — спохватилась Стефани, только сейчас вспомнив, зачем она сюда пришла.

— Ребенок спит. Это Ричард с Эйдрией.

Стефани и Мигель вошли в комнату. В самом деле хозяева вернулись и… принесли бутылки с холодным шампанским.

— А как же ваш деловой ужин?

Эйдрия подбежала к Стефани и крепко обняла подругу.

— Это был всего лишь предлог, чтобы оставить вас вдвоем. Давайте выпьем за вас! А потом вы быстренько уберетесь отсюда в новый дом Мигеля. Вот увидишь, Стеф, как там красиво! Мы вложили столько сил и выдумки в оформление интерьера!

— Оказывается, моими деньгами сорит не только Ричард! — Мигель весело присвистнул.

— Даже не знаю, как мне благодарить тебя за то, что ты устроила нам эту встречу! — воскликнула Стефани.

— Дорогая золовка, я знаю, что такое настоящая любовь! — Эйдрия подошла к Ричарду и обняла его. — Когда-то ты познакомила меня с этим парнем, без которого я не смогла бы жить. Или ты забыла?

— Но как ты догадалась, что Мигель завоюет меня в течение одного часа?

Мигель прижал ее к себе и поцеловал в висок.

— Стефани очень волнуется из-за времени. Наверное, у нее есть книга, в которой написано, сколько должно длиться каждое событие.

Стефани засмеялась. Теперь она не будет волноваться… до тех пор, пока ее сын не выйдет на бой с быками.

Их первенец обязательно станет матадором — таким же великим, как и его отец. Стефани вряд ли полюбит корриду, но каждое воскресенье она будет махать платочком из ложи и подбадривать сына криками. А на голове у нее будет огромная белая шляпа.