Неумолимый свет любви - Лаймфорд Нора - Страница 22

— А что нам делать с рыбой? — Дуглас поставил перед ней ведро и встал, широко расставив ноги, уткнув одну руку в бок, в другой — держа удочку.

Крис, глядя на него, принял ту же позу, Флоренс взглянула сначала на одного, потом на другого и рассмеялась. Иначе можно было заплакать.

— Вот это улов! — сказала она. — Мы приготовим рыбу завтра. — Положите ее пока в морозильник и идите мыть руки.

В пятницу утром снова позвонил Питер из своего магазина в Бар-Харборе. Флоренс, не придумав накануне никакого правдоподобного предлога, сказала, что пойдет с ним на концерт в субботу вечером и выбранила себя за то, что согласилась так неохотно.

Чтобы не мешать Дугласу, они отправились в далекое путешествие — на другой конец острова, куда Флоренс давно хотела отвезти сына. Вернувшись к вечеру, они застали Дугласа за пишущей машинкой.

— Ты еще работаешь? — спросила Флоренс, заглянув в комнату.

Он резко обернулся.

— Дядя Дуглас! — Крис ворвался в комнату. — Я разговаривал с индейцем!

Дуглас утомленно потер глаза и поморщился, когда мальчик прыгнул к нему на колени.

— С индейцем?

Крис устроился поудобнее.

— Да, они живут там.

— И это оттуда? — Дуглас тихонько дернул замысловатое ожерелье, украшавшее шею мальчика.

— Ага! Они там продаются. А вот еще… — Он выложил открытки прямо на рукопись: цветные фотографии маяка, глиняного утеса, индейской семьи, рыбачьего поселка в лучах заходящего солнца.

— А на обратном пути мы видели индюшку.

Дуглас взглянул на Флоренс с любопытством.

— Дикую индюшку. Я глазам не поверила! Думала, они давно вымерли. А она идет себе спокойно по обочине с двумя цыплятами. Я даже остановила машину, чтобы получше рассмотреть.

— Но она погналась за мамой, — закончил Крис и засмеялся.

— Она перепугала меня до смерти. — Дуглас наконец рассмеялся.

— Да, вы неплохо провели день.

— А ты?

— Мне еще много надо сделать, но сейчас готов прерваться. Не хотите искупаться?

Крис соскользнул с коленей и заплясал на ковре. Уже несколько месяцев Флоренс не видела сына таким веселым.

Ее черный купальник отнюдь не был целомудренным: глубокий вырез на груди и едва прикрытые бедра. Правда, ноги в нем казались чуть ли не вдвое длиннее. Но Флоренс чувствовала себя неловко и теперь жалела, что купила его.

На берегу она неохотно расстегнула халатик. Дуглас, стоя на коленях, чтобы застегнуть Крису спасательный жилет, поднял на нее взгляд. Набравшись смелости, она сдернула с себя халатик. В голубых глазах появился так хорошо знакомый ей блеск.

— Ого! Посмотри-ка на маму в этом наряде, — сказал он, наклонившись к мальчику как заговорщик. — Крис прикрыл рот ладошкой и засмеялся. — Мамы не должны так выглядеть!

Флоренс почувствовала, что краснеет. Он просто смеется над ней, ну и пусть смеется! Порывшись в большой пляжной сумке, нашла расческу и собрала волосы в хвостик. По-прежнему чувствуя на себе его взгляд, пошла к воде. Вдруг игривое настроение взяло верх над застенчивостью.

— Почему бы не похвастаться, если есть чем? — бросила она через плечо и нырнула, надо сказать, не особенно изящно. Вода сомкнулась над ней, заглушив грубоватый смех Дугласа.

Последние дни были жаркими, и вода прогрелась. Они купались больше двух часов. Плавали, ныряли и играли или просто стояли в воде, болтая о разных пустяках. И слишком часто он обнимал ее за талию, поддерживая на плаву, слишком часто соприкасались их ноги.

Как все это напоминало то лето. Тогда Дуглас точно так же прикасался к ней, и она трепетала от его прикосновений! Он обнимал ее в воде, припадал к ее губам, безудержная страсть передавалась ей, и лишь слегка остывала, когда казалось, что они вот-вот утонут. Сейчас его глаза светились теплом, наверное, он тоже вспоминал те дни.

Пора было выходить, и Дуглас подтолкнул Криса к берегу. Затем протянул руку Флоренс. Она подплыла к нему и встала рядом. Он обнял ее за талию, помогая сохранить равновесие, и задержал руку на мгновение дольше, чем требовалось. Флоренс вдруг почувствовала сковавшее его напряжение.

Она непроизвольно прижалась к нему и положила ладонь на грудь. Жаркая волна прокатилась по телу, и по сурово сжатому рту она поняла, что Дуглас испытывает сейчас то же самое. Они резко отпрянули друг от друга.

На берегу Флоренс схватила полотенце и стала энергично растираться.

На обратном пути они болтали, словно ничего не случилось. А может быть, подумалось ей, так оно и есть. Просто разыгралось воображение. Разве может быть между ними какое-нибудь физическое влечение после всех этих взаимных обид и оскорблений? Конечно же нет!

На ужин было решено приготовить наловленную вчера рыбу. Они с Дугласом чистили ее, устроившись на террасе, а Крис внимательно наблюдал. И все трое по-прежнему много смеялись — весело и от души.

Вдруг послышался шум приближающегося автомобиля, и хлопнула дверца.

— Кто это к нам? Ох, нет! Ты только посмотри на меня! — Флоренс рассмеялась. Волосы, все еще мокрые после купания, висели спутанными прядями, мелкие серебристые рыбьи чешуйки налипли на руки и на голые ноги, халатик весь в мокрых пятнах.

Дуглас вышел во двор, улыбнулся кому-то и дружески махнул. Флоренс почувствовала, как хорошее настроение мигом улетучилось.

Через мгновение показалась гостья — стройная брюнетка в туфлях на высоких каблуках и в изящном отутюженном синем платье. Длинные густые волосы тщательно причесаны, на руках — безупречный маникюр.

Тревога Флоренс усилилась, когда Дуглас обнял эту женщину, а ее рука привычно легла ему на плечо… мимолетный поцелуй в щеку, словно потом у них будет достаточно времени.

— Фло, разреши представить тебе Джойс Стерлинг, — сказал Дуглас с какой-то гордостью, как показалось Флоренс. — Джойс, это Флоренс.

Флоренс торопливо вытерла руку о халатик и протянула ее гостье. Значит, это и есть Джойс Стерлинг — могущественный литературный агент. Можно было сразу догадаться. Она представляла ее женщиной лет тридцати — тридцати пяти, но сейчас ей не дашь больше двадцати двух.

— Приятно познакомиться, Флоренс, — сказала Джойс, окинув ее с головы до ног проницательным взглядом карих глаз, и улыбнулась.

Флоренс улыбнулась в ответ, надеясь, что улыбка получилась теплой. Джойс чем-то походила на Долли, тоже высокая, спокойная, одетая со вкусом. Флоренс всегда рядом с Долли чувствовала себя неряхой. Похоже, присутствие Флоренс в доме не удивило Джойс. Тем не менее враждебное чувство к ней росло.

— Я и не знала, что у Дугласа есть сестра. Он сказал мне об этом по телефону только в прошлую субботу.

Значит, в субботу они разговаривали о ней?

— Ох… Я ему не сестра.

— Прошу прощения, сводная сестра.

— Это ближе к истине, хотя тоже не совсем верно.

— Надеюсь, я не помешала? — продолжала Джойс приятным мелодичным голосом. — Наверное, следовало сначала позвонить.

— Не говори ерунды. — Дуглас подал ей стул. — Конечно, не помешала.

Только испортила нам лучший за последние шесть лет вечер, раздраженно подумала Флоренс.

Дуглас взглянул на часы.

— Я сегодня уехала рано, — объяснила Джойс, заметив его жест, — забыла воскресное расписание самолетов. Почему-то решила, что следующий только поздно вечером. — Теперь она смотрела на ноги Флоренс, облепленные рыбьей чешуей, в грязных босоножках.

— С вашего разрешения я унесу это. — Флоренс собрала все на террасе и унесла в дом. Бросила рыбу в морозильник, посуду в раковину и побежала наверх, стягивая на ходу грязный халатик. Быстро вымыла руки и ноги, расчесала спутавшиеся волосы и надела платье прямо поверх купальника.

Спустившись вниз, сквозь стеклянную дверь террасы увидела Дугласа и Джойс, сидящих рядом. Его рука лежала на спинке ее стула. Перед ними стоял Крис, рассказывая о вчерашней рыбалке. Флоренс остановилась и прислушалась.

Джойс повернулась к Дугласу и сурово сверкнула карими глазами.