Этот волшебник – Новый год! (Сборник) - Стивенс Линзи - Страница 46

И такое вытворял кончиком языка, что Джасмин хотелось умереть, а когда Кейл отстранялся, она снова хваталась за него и прижимала к себе.

— Нет, — вырвалось у нее. — Нет, — повторила она, возбуждаясь еще сильнее, и едва узнала собственный голос. — Пожалуйста, Кейл, не надо останавливаться.

— Надо, Джас, — прохрипел он. — Потом я уже не смогу.

— Не надо, — прошептала Джасмин, потрясенная своей дерзостью.

Они встретились взглядами и застыли на бесконечные доли секунды. Кейл резко вздохнул, и тут разверзлись хляби небесные и на землю обрушился настоящий потоп.

Кейл поднял голову. Джасмин хотелось привлечь его к себе. Она боялась, что сейчас все между ними кончится и больше ничего не будет.

— Пошли в укрытие! — прокричал он сквозь грохот дождя, забарабанившего по воде в бассейне. Затем взял Джасмин за руку, потащил к ступенькам, помог выйти из воды, и они побежали по дорожке. Дождь больно хлестал их по обнаженной коже.

Когда они добежали до веранды, Кейл слегка обтер руками воду со своего тела и исчез в доме. И вскоре вернулся с сухими полотенцами. Одно он повесил себе на плечо, а во второе закутал Джасмин, и ей стало тепло. Но у нее почему-то стучали зубы, и она начала старательно вытираться на тот случай, если Кейл заметил, до чего она смущена тем, как отвечала на его поцелуи.

Ее тело трепетало, невидимыми узами все еще связанное с его телом. Она тайком подглядывала, как Кейл скупыми движениями обтирался полотенцем. Шелест полотенца, скользившего по его телу, заполнил ее слух и заглушил даже шум дождя, стучавшего по железной крыше веранды у них над головой. А прикосновение полотенца к ее обнаженной груди только напоминало ей о ласках Кейла.

— Пойди-ка надень что-нибудь сухое. — Голос Кейла отвлек Джасмин от эротических мыслей, но она не шелохнулась, и тогда Кейл бережно взял ее за руку, повел по коридору и остановился у двери ее комнаты.

Он поднес ее прохладную руку к своим губам и, не встретив ее взгляда, сделал несколько шагов мимо Джасмин к своей комнате, расположенной по другую сторону коридора наискосок. Сожалел ли он о том, что целовал ее?

— Кейл! — прошептала она. Он обернулся, и она прочла электризующий ответ в его горящих темных глазах. Отразившаяся в них страсть заставила ее снова задрожать, отчего полотенце, в которое она была укутана, соскользнуло, обнажив ее грудь.

Кейл не мог отвести взгляда, и она почувствовала его напряжение. Всхлипнув, она бросилась к нему, а он — навстречу ей, и они встретились на полпути.

Кейл подхватил ее на руки и понес к себе в спальню. Он толкнул дверь плечом, захлопнул ее и медленно выдохнул, его дыхание приятно освежило влажную и воспаленную кожу Джасмин.

Не отпуская ее взгляда, он дал ей медленно соскользнуть на пол, и шелест от трения ее кожи об его кожу громко звучал у нее в ушах. Он опустил голову и поцеловал ее, а Джасмин прижалась к нему. Его губы скользнули вниз, к ее грудям, и он взял в рот один набухший сосок. Он нащупал пальцами резиночку трусов ее бикини и потащил их с ее бедер. Потом опустился на колени и провел губами дорожку вниз, от груди к талии, потом к животу, и стал играть кончиком языка с ее пупком.

— Ах, Джас… — простонал он, — как я хочу тебя. Я знаю, нам нельзя, но…

— Почему нельзя?

— Нельзя, я намного старше тебя, — ответил он совершенно неубедительно. — А моя жизнь и без того слишком… — Кейл осекся, и она услышала, как он шепчет ее имя. Вдруг он поднял ее на кровать, вот с ней рядом оказалось его упругое, гладкое, обнаженное тело.

Они прижались друг к другу и жадно целовались, их языки, их пальцы двигались без устали. Джасмин тихо застонала. Ее тело горело.

— Пожалуйста, Кейл… — страстно прошептала она.

— Нам надо… — он резко вдохнул, чтобы успокоиться, — нам надо предохраняться.

Струя воздуха охладила кожу Джасмин, когда Кейл отвернулся, чтобы открыть тумбочку рядом с кроватью.

— Я никогда… я не умею, — проговорила она, краснея.

— К счастью, я умею, — ответил он, сверкнув улыбкой, и показал ей, как это делается. Он опять целовал ее, опять ласкал руками ее тело.

Джасмин вскрикнула, призывая его, и он склонился над ней всем своим тяжелым телом и проник в нее, наполнил ее, и они начали двигаться вдвоем, приспосабливаясь к ритму друг друга, сначала медленно, потом быстрее, пока оба не вскрикнули и не воспарили к небесам…

Джасмин постепенно спускалась обратно на землю. Наконец она осознала, где находится. Они наедине в комнате Кейла, в его постели. Дождь все еще выстукивал ровную дробь по крыше. И она понимала, что ее жизнь никогда уже не будет такой, как прежде.

— Люблю тебя, Кейл, — прошептала она ему в ямку на шее, а он натянул простыню на их еще сплетенные тела.

— И я тебя люблю, Джас, — услышала она его глухой голос, и оба погрузились в сон.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Легкий стук в дверь заставил Джасмин подскочить. С чувством вины она закрыла глаза. У нее кружилась голова, и она протянула руку, судорожно пошарила на кровати рядом с собой, а потом с облегчением снова опустилась на постель, удостоверившись в том, что рядом с ней — никого.

Она спала, и ее сон, ее воспоминание было настолько явственным, что она боялась найти рядом обнаженное тело Кейла. Но, конечно же, она была одна. Одна — спустя пять долгих лет.

А Кейл все еще женат, с горечью напомнила она себе.

— Джас! — Юный голос прервал ее мазохистские размышления. — Джас, ты не спишь?

Джасмин снова села в кровати и спустила ноги на пол. Затем подошла к двери и открыла ее.

— Нет, не сплю.

Тоби улыбнулся ей улыбкой Кейла, и Джасмин пронзила боль. Ей одновременно хотелось и прижать мальчика к себе, и захлопнуть перед ним дверь.

Улыбка исчезла с лица ребенка, когда он заметил выражение на лице Джасмин.

— Что с тобой? — спросил он в нерешительности. — Тетя Мойра послала сказать тебе, что ужин готов.

Джасмин взяла себя в руки и изобразила свою лучшую улыбку.

— Ничего. Наверное, я еще не проснулась, вот и все.

— А-а. — Тоби успокоился, но Джасмин стало еще хуже. — Ты придешь ужинать?

Джасмин кивнула.

— Да, конечно, только умоюсь, чтобы совсем проснуться.

Она схватила чистую блузку, зашла в собственную ванную и ополоснула прохладной водой горевшее лицо. Стащила с себя огромную футболку, надела чистую хлопчатобумажную блузку с короткими рукавами и заправила ее в джинсовые шорты. Скривив лицо перед своим отражением в зеркале, она прошлась щеткой по растрепанным рыжим кудрям, более или менее привела их в порядок, потом быстро обула кроссовки и присоединилась к Тоби, поджидавшему ее в коридоре.

— А знаешь, Джас, — взволнованно заговорил мальчик, когда они вместе шли по коридору в столовую, — мы с папой сегодня купили елку, настоящую, живую, такую, что после Рождества сможем посадить ее в саду. Сегодня вечером развесим на ней лампочки и все остальное. Баб отыскала всякие украшения и сказала, что можно заняться этим после ужина. Хочешь помогать?

— Я не уверена, что… — начала Джасмин.

— Давай, Джасмин. Будет весело, — уговаривал ее Тоби.

— Что — будет весело? — спросил его отец, когда они вошли в столовую.

Четыре пары глаз остановились на них. Джеймс Макканн сидел во главе огромного полированного стола, за которым могли свободно разместиться двенадцать человек. Его жена и пасынок сидели справа от него, а невестка — слева. Наверное, Тоби сядет рядом с отцом, предположила Джасмин, а это значит, что ее место рядом с матерью. Прямо напротив Кейла.

— Я говорил Джас, как весело будет украшать елку. — Тоби держал Джасмин за руку. — Ты ведь будешь помогать, Джас?

— Ну, я думаю, мы все должны помогать, — заявила ее мать, тем самым удивив Джасмин. — Все вместе мы наверняка отлично справимся.

Тоби залился радостным смехом и обежал вокруг стола, чтобы скользнуть на свое место.

— Увидишь, Джас, будет здорово!

Джасмин села. Она встретилась взглядом с сидевшим напротив Кейлом и поняла, что не сможет проглотить и кусочка.