Заря противоборства - Свиридов Савелий Святославович "Один Андрей" - Страница 24

-Шеф, мы вправду старались! Чем угодно готовы поклясться, хоть мамой родной! И действительно не знаем, почему такой облом приключился!

-Зато я знаю. Вас обставили, как последних лохов. Что, впрочем, и неудивительно. Опять придется делать все самому. Ладно, о том отдельный разговор будет. А пока вот ваш гонорар, хоть вы его и не заслужили.

Пухлая пачка серо-зеленых бумажек, перетянутая резинкой, перекочевала из рук в руки.

-И еще подарочек, дабы вы хоть немного подкачали свой крайне скудный магический потенциал и не вылетели с первых же экзаменов.

Два небольших, но довольно увесистых свертка также перешли к новым владельцам.

-Но помните: использовать с соблюдением всех мер предосторожности. Дверь на ключ, занавески на окна. Да и лампочки желательно гасить. Ты меня понял, Майкл? Или повторить?

-Все понял, шеф!

-То-то же. Если попадетесь – говорите, что нашли в лесу. Не дай Бог, брякнете правду! Ваша жизнь осложнится настолько, что даже приказ об отчислении покажется манной небесной. Помните, пока я доверяю, вам нечего беспокоиться о будущем. А если найдем то, что ищем, денег будет столько, что, при желании, можете на родине открыть свою собственную Академию. Нравится идея, Билли? – говоривший засмеялся, довольный собственным остроумием, и в ответ 'подчиненные' осклабились тоже. Но внезапно вся веселость слетела с его лица, оно вновь стало сердитым.

-Кончай ржать попусту. Начнем вот с чего…

Часть 2. Странная формула.

Глава 12.

Казалось, только вчера было жаркое лето и не менее горячая пора выпускных и вступительных, и вот – уже Рождество на дворе, а за ним и Новый год встречать пора. Здесь, в мире, страшно далеком от привычного ему, зима ненамногим отличается от лета – ну стало чуть прохладнее, иногда ветровку надевать приходится, да и не каждый день позагораешь. Но все равно ни в какое сравнение не идет с тем, что сейчас в Игримске – там наверняка давно уж за минус сорок. И раньше апреля ждать перемен наивно.

А если бы поступил в какой-нибудь из институтов Голдтауна? Собрались бы с друзьями да девчонками в одной из комнат общежития, ну и как положено – выпивка, закуска, веселая музыка, непринужденная болтовня и так далее из разряда стандартных студенческих развлечений. А за окном меланхолично падали бы холодные хлопья, накрывая белым саваном внезапно притихший город. И потом во дворе общаги слепили бы из них развеселого снеговика с бутылкой вместо традиционной морковки, с дырявым ведерком на башке и лысым веником, воткнутым сбоку. А чтобы слегка проветриться, прошвырнулись бы проспектами, разряженными, кроме рекламных вывесок и огней, еще и новогодними украшениями, и заполненными таким же оживленно-поддатым народом.

Впрочем, выглянув в окно, он и здесь увидит белоснежное покрывало крупинок замерзшей воды, и даже, приглядевшись, сможет разглядеть средь привычных к морозам сосен слепленного студентами снеговика, облаченного в духе изучаемой ими профессии – на 'голове' остроконечная длиннополая шляпа, а в 'руке' – обточенная деревянная ветка, издали очень напоминающая волшебную палочку. Какой-то шутник украсил его куском синей ткани, завязав ее узлом на 'шее' – вроде как мантия получилась, а на 'грудь' прикрепил алюминиевую восьмиконечную звезду. Неподалеку от сотворенного чуда нарядили новогоднюю елку – самую большую и разлапистую из всех в округе. Вот и сейчас огоньки на ней весело перемигиваются. Но просто так не подойдешь полюбоваться – замерзнешь быстро. А при полном параде ни в замке, ни в его окрестностях делать нечего – при плюс двадцати в куртке, а тем более в шубе долго не выдержишь.

Много всяких чудес умеют здешние маги, а уж поженить лето с зимой им и вовсе плевое дело. Никакого труда, разумеется, не составило бы и весь остров снегом засыпать, да уж больно капризны представители субэкваториальной зоны. Потому проблему решили просто – часть хвойного леса оградили от окружающей местности тонкой стеной неподвижного воздуха, накрывшей огороженный участок леса куполом, непроницаемым для солнечных лучей, но не для физических объектов. Вот и получилось: всего один шаг, и под ногами вместо зеленой травы – сугроб по колено. Баджи как-то рассказывал, что вначале хотели просто срубить елку и нарядить ее в парадной замка, но друиды воспротивились – негоже, мол, деревья губить прихоти ради. Потому прибегли к компромиссному варианту – во дворе устроили этакий 'зимний сад' с настоящей елкой, а внутри установили ее иллюзорную копию, впрочем, очень правдоподобную – вплоть до легких покалываний при прикосновении к иголкам.

Столы накрыли здесь же, благо размеры зала позволяли разместить не только всех обитателей острова, но и многочисленных гостей, съехавшихся со всего земного шара. Эрика, равно как и других учеников, такое внезапное скопление празднично разряженных волшебников привело в состояние легкой растерянности. Торжество, устраиваемое не впервые, было достаточно четко спланировано и организовано; мистер Фиттих, Фарзаг и отряженная им в помощь бригада молодых магов, в том числе и Баджи, приветствовали прибывающих и сразу же вели к соответствующему месту за столом. Очень похоже на прием в королевской резиденции, отметил Эрик, когда гостей рассаживали строго определенным образом – в соответствии со степенью знатности и родства с царствующей особой. Впрочем, ученики не оказались на положении бедных родственников – помощники администратора были одинаково радушны и предупредительны ко всем присутствующим. Так что вскоре вся компания друзей сидела за столом, ожидая начала банкета.

С противоположной стороны от них расположился преподавательский состав Академии – во главе стола, как водится, сам Архимаг, слева и справа их учителя и другие Великие, пока им незнакомые. А вообще народец подобрался самый разношерстный – от убеленных глубокими сединами стариков и старушек – божьих одуванчиков до цветущих юношей и девушек, по виду ненамногим старше студенческой братии. Наряды также отличались предельным разнообразием, как будто присутствующие собирались принять участие в костюмированном бал-маскараде: древнеримские тоги, античные туники, длиннополые средневековые платья и мантии соседствовали с джинсами, кожанками и мини-юбками. Все это многоголосое сборище тараторило, перебивая друг друга – чувствовалось, люди давно не виделись и спешили вывалить на собеседников горы новостей. На учеников внимания почти не обращали – так, окинут взором, и продолжат общение с сидящими рядом коллегами. Лишь некоторые из волшебников, из числа тех, что помоложе, без проблем снизошли до знакомства с первокурсниками.

Ровно в одиннадцать Архимаг объявил тост за проводы старого года. Поток гостей к тому времени иссяк; все, кто получил приглашение и смог выбраться в Штарндаль, уже сидели за столом, и потому своей речью ректор фактически объявил начало торжества.

-Дорогие друзья и коллеги! Я очень рад вновь видеть всех вас в добром здравии и праздничном настроении. Вот и минул еще один год; плох он или хорош, пусть каждый решит для себя. Что же касается нашего общего дома, – движением руки Гарозиус показал на замковый свод, – то для него год что пылинка в песочных часах Вечности. Многие сотни лет он – символ Гильдии, и я верю, что стены Штарндаля будут стоять и тогда, когда станут Великими Мастерами и Гроссмейстерами те, чьи родители еще не появились на свет. Тем не менее, выражаю надежду, что для каждого из нас прошедший год хоть чем-то, пусть совсем незначительным, но запомнился, а значит – прожит не зря. Ну а что касается нашего учебного заведения, то для вас не секрет, что в уходящем году мы произвели набор новых учеников, которые несомненно станут гордостью Академии и достойными продолжателями дела Мастеров!

Десятки пар любопытствующих глаз, как по команде, обратились в сторону первокурсников. Во взорах их не читалось высокомерия или пренебрежения – только любопытство и добродушная ироничность. Волнение и скованность, владевшие нашим героем в первые моменты начала праздника, – до того встречать Новый Год ему приходилось исключительно в тесном семейном кругу, – постепенно улеглись. А после второго тоста, как водится, за доброе здравие всех присутствующих, последняя нерешительность исчезла вовсе, и теперь уже Эрик сам с интересом разглядывал присутствующих, пытаясь угадать, кто откуда прибыл и какое звание носит. За пару минут до двенадцати Гарозиус вновь взял слово.