Тяжкий грех - Каски Кэтрин - Страница 37

— Оно… от лорда Тинсдейла. — Она подняла голову и растерянно взглянула на Гранта.

— Ливрейный лакей Тинсдейла доставил его вчера вечером, — сообщил он. — Господи, не смотри на меня так, Айви! Прочти, что там написано.

Она развернула лист бумаги. Ба, она отказывалась верить своим глазам!

Айви прижала ладонь к губам.

— Он просит о встрече сегодня в четыре часа пополудни. — Оторвав взгляд от письма, она уставилась на Гранта. — И что же мне делать?

— А ты не знаешь, Айви? — Грант внимательно посмотрел на нее, прежде чем ответить. — Разве это не то, чего ты хотела и добивалась, — чтобы Тинсдейл вновь обратил на тебя внимание?

— Я… я… — Айви снова опустила взгляд на письмо. — Да, конечно. В этом и заключается главная цель моего плана. И на это направлены все мои усилия.

Она подняла голову и оглядела собравшихся за столом.

Увиденное неприятно ее поразило. Никто из братьев и сестер не улыбался и даже не выглядел довольным. Напротив, ее последние слова, похоже, накалили атмосферу, и все сидели с такими строгими и мрачными лицами, что впору было думать, будто они собрались на похороны.

Айви поднялась со своего места.

— Почему вы так на меня смотрите? То, что Тинсдейл назначил мне свидание, — очень благоприятный знак. Он не стал бы писать мне, если бы до сих пор был влюблен в мисс Фини. Должно быть, он решил вернуть мне свою привязанность — если я соглашусь ее принять. — Девушка готова была расплакаться. — Почему вы не радуетесь? Вы же знаете, как я хотела этого и добивалась.

Айви особенно смущало выражение лица Гранта. Старший брат как-то странно глядел на нее. У нее возникло ощущение, будто он читает в ее сердце как в книге и знает о том, что произошло ночью. Девушка растерялась, и ее захлестнул поток самых противоречивых эмоций.

— Айви, — негромко и ласково проговорил Грант, — это и впрямь то, чего ты хотела.Но хочешь ли ты этого по прежнему?

Айви проглотила комок в горле и опустила глаза на письмо. На ресницах у нее задрожали слезинки.

— Да, — выдавила она, пытаясь убедить сестер и братьев. И себя заодно. Она подняла голову. В конце концов, именно этого хотел от нее отец. И она добивалась этого изо всех сил. — Да, хочу.

Но Айви знала, что Грант не оставит ее в покое, хотя сестры, похоже, удовлетворились ее ответом. Ладно, дело сделано. Развернувшись на каблуках и не проронив более ни слова, она выбежала из столовой.

Глава двенадцатая

Из своей спальни, куда Айви сбежала в поисках последнего прибежища, она дважды слышала, как коротко стучал дверной молоточек, прежде чем напольные часы пробили три часа пополудни. Оба раза она вставала и выходила на середину комнаты, но Поплин так и не зашел к ней, чтобы передать визитную карточку.

Айви ждала, что Доминик нанесет ей визит, — если не для того, чтобы выяснить, что же все-таки произошло между ними прошлой ночью, то хотя бы убедиться в том, что она благополучно добралась домой.

Но он не появился, и теперь, когда часы начали бить четыре пополудни, а им вторил дверной молоточек, девушка поняла, что прибыл Тинсдейл.

Он никогда не опаздывал. По правде говоря, пунктуальность виконта была столь же предсказуемой и неизменной, как и восход солнца каждое утро, что, как пыталась убедить себя Айви, являлось весьма достойным качеством в супруге.

Как, впрочем, и его неизменно уравновешенное состояние духа и сдержанность. С ним ей не придется беспокоиться о том, что он может прижать ее к стене и целовать со страстью, пробуждающей самые похотливые и развратные желания. Виконт в качестве спутника жизни способен направлять ее и подавать ей хороший пример. И она станет респектабельной женщиной, какой ее всегда хотел видеть отец, — представительницей клана Синклеров, достойной древнего имени своей семьи.

Айви невидящим взглядом смотрела на дверь, мысленно перечисляя все достоинства лорда Тинсдейла, как вдруг заметила, что перед ней стоит Сьюзен.

— Айви, ты что, оглохла? Что с тобой происходит? — с недоумением воскликнула сестра. — Как ты себя чувствуешь? Я уже раз десять окликнула тебя из-за двери!

Растерянно моргая, Айви уставилась на Сьюзен.

— Извини, я задумалась.

Сьюзен понимающе кивнула головой.

— Ты думаешь о том, как сообщить Тинсдейлу, что остановила свой выбор на Каунтертоне.

— Что? — Айви оторопело уставилась на сестру, а потом встряхнулась, как собака, которая выходит из воды. — Боже мой, нет, конечно! Я намереваюсь всячески поощрять его интерес ко мне, если только этим и объясняется его визит.

— В самом деле? — Сьюзен присела на край кровати Айви. — Чувства Доминика к тебе искренни и очевидны. Это видят все, и я уверена, что ты платишь ему тем же.

— Ты сама не знаешь, что говоришь, Сью. Доминик всего лишь играет роль, за которую я заплатила ему, и играет превосходно, следует признать. Но и только. — Айви всплеснула руками. — Если на то пошло, я даже не знаю, как его зовут на самом деле. Я вообще ничего о нем не знаю!

Сьюзен уперлась локтями в колени и положила подбородок на скрещенные руки.

— А ты спрашивала его об этом?

— Нет, конечно. Собственно говоря, я сама попросила его не говорить мне ничего, чтобы случайно не сболтнуть лишнего и не выдать, что я знаю, где он вырос и как его зовут на самом деле, и тем самым разрушить свой собственный план. — Айви, вновь придя в возбуждение, с вызовом скрестила руки на груди. — Я хочу сказать, что очень трудно испытывать искренние чувства к человеку, которого даже толком не знаешь.

Сьюзен резко выпрямилась.

— А почему ты думаешь, что ничего о нем не знаешь? Он очень добрый, умный, обаятельный и искренний. И не важно, какой он актер — хороший или очень хороший! Не будь он действительно таким, каким кажется, перед нами предстал бы совершенно иной лорд Каунтертон. Ни один актер не может настолько долго оставаться в образе, чтобы не выйти из него и не обнажить свою подлинную сущность. Вот почему я полагаю, сестричка, что ты знаешь его очень хорошо.

— Это не имеет никакого значения. Отец никогда не согласится выдать свою непутевую дочь за актера. — Но Сьюзен не уходила, продолжая глядеть Айви в глаза, чем изрядно нервировала ее, и девушке пришлось самой направиться к двери, — Можешь поверить, если Тинсдейл пришел ради того, чтобы восстановить наши отношении я с радостью приму его обратно и задерну занавес за лордом Каунтертоном.

— На твоем месте я бы этого не делала, Айви, — сказала ей вслед Сьюзен.

Айви остановилась и обернулась.

— Почему?

— Потому что Присцилла видела, как мисс Фини и лорд Тинсдейл прогуливались под ручку по Пэлл-Мэлл всего какой-нибудь час назад.

— С-сегодня? — растерянно переспросила Айви.

— Да, именно сегодня, — раздельно, чуть ли не по слогам подтвердила Сьюзен.

Айви напряженно раздумывала. Ну что же, может быть, оно и к лучшему. Скорее всего, она выдавала желаемое за действительное, особенно после вчерашней истории с Домиником, полагая, что Тинсдейл ожидает ее в гостиной, чтобы сообщить, что он дал отставку мисс Фини и намерен вернуться к ней. Но ведь он все-таки пришел, а для начала это не так уж плохо.

— Пожалуй, ты права и я не стану прямо сейчас отказываться от услуг Доминика, — заявила Айви. — Кроме того, я заплатила за аренду особняка с прислугой на Беркли-сквер до конца месяца.

С этими словами она вновь развернулась и стала спускаться по ступенькам в гостиную, где ее уже заждался будущий супруг.

У дверей гостиной девушка остановилась и прислонилась к стене, стараясь успокоиться и подготовиться к встрече с Тинсдейлом. Сердце гулко стучало у нее в груди, а нервы были натянуты и звенели, как струны виолы.