Луны волшебное сияние - Линдсей Рэчел - Страница 45

Медленно двигалась церемония, священник бормотал замогильным голосом, ведя брачующихся к алтарю. Джейн, сделав шаг вперед, взяла у невесты букет и бережно прижала к себе, дожидаясь конца церемонии в ризнице. Здесь, в этой маленькой, переполненной народом комнатке, произнесены были последние слова обряда и потом, обнимаясь, целуясь, под торжествующие звуки марша Мендельсона все высыпали наружу.

Теперь Джейн могла отчетливо рассмотреть всех и каждого, пока невеста не спеша, с лицом победительницы, обходила притвор. В тени одной из колонн стоял Боб, обычно всегда улыбающийся, а теперь напряженный и смущенный. До чего же забавны эти мужчины, придают такое значение свадьбам!

Все еще насмешливо улыбаясь, она вдруг заметила у дальней стены мужчину, стоящего несколько особняком, отчужденно от всей толпы. Взгляды встретились, глаза Джейн наполнились страхом, а его — сузились. Джейн задрожала так сильно, что не могла двинуться с места, и три девчушки с удивлением уставились на нее. И только их потрясенные глазенки заставили ее двигать ногами, и, стараясь высоко держать голову, она вышла из церкви.

Что делает здесь Стефен Дрейк? Неужели Джейни пригласила его, надеясь их помирить? Вот уж нелепая затея. И что подумает Боб? Хоть он и не расспрашивал никогда, но знал о ее чувствах к этому человеку.

Однако на обратном пути к Белтонам смущение сменилось гневом, который, впрочем, придал и сил, необходимых, чтобы вынести напряжение следующих часов. Свадебный обед казался нескончаемым, есть Джейн была не в силах, невзирая на изысканность и роскошь блюд, но выпила два бокала шампанского, чуть притупившего остроту и горечь переживаний. И сразу легче стало непринужденно улыбаться Бобу и даже позволять держать себя за руку.

— Ты сегодня такая красивая! — нашептывал он. — Как бы мне хотелось, чтобы ты позволила оберегать, заботиться о тебе.

— Ты и так обо мне хорошо заботишься, — отвечала она, вертя в руке бокал. — Лучше уж и некуда, благодарю.

— Да я вовсе не о еде и выпивке!

— Пожалуйста, Боб, не надо. — Джейн отхлебнула шампанского и поморщилась от ударивших в нос пузырьков газа. — В данный момент мне совершенно не хочется говорить ни о чем серьезном. Не забывай, это — свадьба Джейни. Так и давай лучше думать о ней.

— А почему бы не подумать вообще о свадьбах?

Джейн тряхнула головой, и Боб со вздохом поднял свой бокал.

— Видела сегодня в церкви Стефена Дрейка?

Джейн кивнула.

— Я удивляюсь, зачем Джейни понадобилось приглашать его. А Клер Сондерс тоже здесь?

— По-моему, нет. Хотя, если он пришел с ней, это все объясняет.

— Если тебе нужны объяснения, — с напускной небрежностью заметила Джейн, — то вон, Стефен собственной персоной направляется к нам.

И инстинктивным движением придвинулась поближе к Бобу, выдавая этим, что внутренне вовсе не так спокойна, как хотела казаться. До чего же хорош был Стефен в сером пиджаке и крахмальной белой рубашке, самой строгостью своего официального вида выделяясь среди остальных. Хотя жесткое лицо его отнюдь не отличалось отчужденностью, наоборот, горело внутренним волнением, на скулах пылали алые пятна, губы не были сурово сжаты.

— Привет, Стефен! — с той же небрежностью произнесла Джейн. — А мы с Бобом как раз говорили о тебе. Хотя ты, наверное, не помнишь Боба?

Она вновь представила их друг другу.

— Боб Фостер, — слегка замявшись, повторил Стефен. — Имеете какое-то отношение к агентству Фостера?

Боб кивнул, а Стефен перевел взгляд на Джейн. Перехватив взгляд, Боб взял ее за руку.

— Джейн работает у меня, хоть я и пытаюсь уговорить ее заняться деятельностью совершенно иного рода!

— Боб, перестань же, — поспешно оборвала Джейн. — Стефену наши дела совершенно не интересны.

— Нет, отчего же, — возразил Стефен. — Интересны, и даже очень. Надеюсь, не слишком опережу события, если принесу свои поздравления?

Гордость не позволяла Джейн опровергнуть, а честность — подтвердить, и она обошлась тем, что поднесла к губам бокал с шампанским, предоставив отвечать Бобу.

— Боюсь, все же несколько опередите. Джейн не так легко уговорить. Но я не теряю надежды.

— Нам всем это свойственно, — отозвался Стефен и с неожиданной резкостью повернулся и ушел.

Джейн смотрела, как он исчезает в толпе, всей душой порываясь броситься за ним, прижаться к груди и просить, умолять, чтобы он сказал, что еще любит ее.

"А он никогда меня и не любил, — с яростью убеждала она себя, — никогда, никогда".

С трудом сохраняемое самообладание грозило рухнуть, а вызванное шампанским приподнятое настроение — раствориться в приступе тоски.

— Может, лучше сядешь? — шепнул на ухо Боб и, не дожидаясь ответа, толкнул ее на ближайший свободный стул. — Еще по бокалу?

Джейн покачала головой.

— Сейчас, сейчас приду в себя. Дай минутку. Это все жара и волнение.

— И Стефен Дрейк. — В голосе Боба слышалась грусть. — Не притворяйся, Джейн. Во всем виноват Стефен, ведь правда?

— Виноват? В чем?

— В том, что ты отвергаешь меня. Вы полюбили друг друга еще во время круиза. Я понял это по его поведению в "Савое". Так бесцеремонно можно вести себя, только если борешься с собой. Что произошло у вас?

— Ничего. Боб, пожалуйста, я не хочу говорить об этом. Просто расстроилась из-за неожиданной встречи. Скоро все пройдет.

Джейн закрыла глаза, но успокоение не приходило. Встреча со Стефеном лишь выявила бессмысленность планов на совместное будущее с Бобом. Нет, не сможет она быть счастлива ни с кем, кроме Стефена. А значит, единственно верным остается все-таки прежнее решение: уехать подальше. Может быть, когда их разделят океаны, она окажется в состоянии начать новую жизнь.

Вокруг вихрилась толпа, смех и разговоры эхом отдавались в ушах. Стало вдруг невыносимо выдерживать всю эту суету, Джейн поднялась и сунула свой бокал Бобу в руки.

— Не возражаешь, если я оставлю тебя на минутку? Хочется побыть в тишине.

— Может, нужно подставить плечо — так я по-прежнему готов.

— Плечо не поможет. Я должна справиться с этим одна.

— Одна? — Боб поймал ее руку. — Но ты ведь не хочешь сказать… Джейн?

— Увы, Боб, именно это и хочу. Тебе ведь нужна не такая девушка, и незачем притворяться, будто я смогу стать такой.

— Ты можешь, — тихо произнес он. — Но вот захочешь ли?

Она качнула головой и, коснувшись его щеки дрожащей рукой, исчезла в толпе. Выбравшись из дому, в легких туфельках побрела прямо по траве мимо аккуратных, правильной формы цветников дальше, в менее ухоженную часть парка. Там было очень красиво — из травы выглядывали незатейливые полевые цветы, звонкий ручеек пел свою детскую песенку, журча по обкатанной гальке. У печальной плакучей ивы стояла деревянная скамья. На нее Джейн и уселась, понурившись, — светлые волосы упали на лицо, пышные юбки опустились вокруг розовым облачком.

Долго сидела она у ручейка, черпая умиротворение в неумолчном нежном журчании. В ветвях играл легкий ветерок, шурша листьями и приподнимая шифоновый подол ее платья. Вдалеке виднелся неясный силуэт машины; предстояло еще вернуться в дом и попрощаться с Джейни перед свадебным путешествием.

Да, подруга будет разочарована, узнав, что ее хлопоты не возымели ожидаемого действия. Джейн встряхнулась и потянулась за сумочкой. Достала пудреницу и принялась запудривать следы слез под глазами.

— Мне совершенно неважно, как ты выглядишь, — раздался вдруг за спиной низкий голос.

Инстинктивным движением Джейн захлопнула пудреницу и сунула в сумочку прежде, чем поднять голову и встретиться со Стефеном, стоящим неподалеку.

— Как ты здесь оказался?

— Искал тебя, — был ответ. — И, кажется, обшарил каждую комнату в этом чертовом доме.

— Однако сообразил, где меня можно отыскать.

— Где бы ты ни была, я все равно отыскал бы тебя, — хрипло произнес он. — Нам нужно поговорить.

— Но ведь нам нечего сказать друг другу.