Холодный поцелуй смерти - Маклеод Сьюзан - Страница 7

— Смотри, еще одна, — махнул он бутылкой, — Фонарщица.

По спине у меня побежали мурашки, и оборачиваться я не стала, только уголком глаза смотрела, как грациозно ступает Фонарщица, ощупывая наш защитный пузырь расставленными руками, — челюсть туго подвязана кружевным шарфом, пышные юбки перемазанного кровью бального платья оставляют в пыли широкую борозду. Стоило ей пройти под очередной лампой, и та мерцала и с шипением гасла, но загоралась снова, когда Фонарщица доходила до следующей. Все это повторялось при каждом ее появлении.

Я поставила бутылку, ввела данные в таблицу, зафиксировала подробности в блокноте, хмурясь оттого, что подозрения по поводу нашей работы только усиливались. Посмотрела на свои почеркушки. Рогатый человек верхом на коне, — впрочем, больше похоже на мартышку верхом на толстой, как бочка, свинье… и тут я поняла, о чем твердило мне подсознание, что меня так тревожило. Дело было не в работе, а в Финне, в его отношении ко мне. Он опять изображал рыцаря на белом коне! Проклятье, раньше я быстрее это замечала.

— Знаешь что, — задумчиво протянула я, когда Фонарщица скрылась из виду, — по-моему, эта работа — очередное «пойди туда — не знаю куда, принеси то — не знаю что».

Финн даже головы не поднял, что лишь подтвердило мои подозрения.

— Почему ты так решила?

— Смотри, призраки торчали здесь с незапамятных времен, они здесь застряли. Они следуют определенному порядку, с точностью до секунды, и появляются строго по очереди. — Я постучала карандашом. — Они привыкли к тому, что здесь жутко, и Шрам продолжает идти намеченной дорогой, даже натолкнувшись на стену. Я не понимаю, что их тут может напугать.

— Джен, нам же платят, а за работу в ночные часы — по особому тарифу, — напомнил Финн, как будто такого ответа было достаточно.

— Ну-ну. А почему господину заказчику не угодно, чтобы мы пришли сюда в дневное время?

— Потому что он хочет, чтобы все было сделано без шума. — Финн перевернул очередную страницу. — Не желает, чтобы о нем поползли нехорошие слухи.

— Нехорошие слухи?! — Я прыснула. — Если все узнают, что привидения отсюда уходят, какие же это нехорошие слухи? Это отличная бесплатная реклама!

Финн ничего не ответил, просто отвинтил крышечку с бутылки и стал пить. Я дождалась, когда он напьется, стараясь не пялиться на игру мышц на горле, и продолжила:

— Ладно тебе, Финн, говори, зачем мы взяли это дело? Мне уже понятно, что на самом деле никакие призраки никуда не исчезают!

Финн досадливо вздохнул и закрыл книгу:

— Дело как дело, Джен. Я даже поговорил с парой рабочих. На вид заурядная история про подземелье с привидениями. Сама знаешь — холодок по спине, смутные образы, видимые только боковым зрением, загадочные прикосновения, непонятные запахи…

— Ага, ага, например, трупная вонь, — ехидно поддакнула я и поджала губы.

— Ну, как тебе сказать… — Финн улыбнулся уголком рта. — То, что призраки исчезают… возможно, рабочие к ним просто привыкли — примерно как к белому шуму. Я сказал об этом заказчику — зачем же зря деньги тратить? — но он все равно захотел, чтобы мы все проверили. — Он пожал плечами — пытался сделать беспечный вид, но у него ничего не вышло. — Доложим о результатах — и дело закрыто.

— И все, больше ничего? — уточнила я.

— Я понимаю, Джен, ты боишься привидений, но ведь бояться-то нечего, сама знаешь.

— Тогда почему ты темнишь?

— Хватит, Джен. — Он печально покосился на меня. — Это не важно.

— Отлично, тогда послушай, что я тебе скажу. Господин заказчик попросил, чтобы дело вела именно я. Ты ответил, что мне в одиночку не справиться, и тогда он, надо полагать, взбесился и предложил обеспечить мне охрану и все такое прочее. Может быть, даже заявил, что лично проследит за исполнением. Так?

— Примерно, — буркнул Финн, щелкнул пальцами, и опустевшая бутылка исчезла.

— Зараза, что же я сразу не сообразила! Очередное псевдодело. Этому парню интересно узнать, так ли сиды хороши в постели, как говорят, и теперь нам с тобой приходится ломать эту комедию!

Что-то нам часто стали предлагать работу, после того как в Интернете всплыл видеоролик, на котором я целуюсь с одной вампиршей; лесбийский аспект происходящего только подлил масла в огонь. Само собой, если бы все эти распалившиеся людишки хотя бы разок попробовали почитать, что пишут про этот миф, они бы живо остыли. Мифологический сюжет восходил к тем временам, когда мы жили ближе к природе. Волшебный народ поддерживал уровень рождаемости, чтобы земля не оскудевала. Да, при этом было много секса, но только по особым дням, и никакого разврата — тоже мне, размечтались.

— Зря ты мне не сказал, Финн. — Меня несло. — Хватит защищать меня ото всех на свете! Сам знаешь, я могу за себя постоять. Я уже привыкла!

— Я твой начальник, Джен, и был бы плохим начальником, если бы поставил тебя в заведомо рискованное положение. — Финн наклонился вперед, опершись локтями о колени, лицо его было серьезно. — Достаточно пустяка — стоит какому-нибудь человеку разозлиться на тебя за то, что ты ему отказала, и нажаловаться в полицию, что ты якобы пыталась Очаровать его, и все. Тебя арестуют и, не исключено, даже осудят. Разве ты этого хочешь?

«Осудят» — это не значит «отправят на гильотину», прах побери, нет! Но…

— Финн, я имела в виду другое. Не думай, будто я не ценю твою заботу и помощь. Но если я буду знать, что дело, которое нам поручают, с подвохом, я как-нибудь разберусь. Мне не нравится, когда мне ничего не объясняют.

— Кто бы говорил! — фыркнул Финн.

— И что это значит, интересно знать?! — рявкнула я.

— Ладно тебе, Джен, кровососы завалили тебя письмами, соседка хочет выселить! А теперь я еще и узнаю, что за тобой по пятам ходит привидение! Но если я тебя спрашиваю, как ты поживаешь, у тебя вечно все нормально!

— Потому что все это не имеет отношения к работе, Финн, это мои личные дела!

— Адово пламя! И что? Если я твой начальник, то мне должно быть наплевать на то, что происходит у тебя в жизни? — В его глазах вспыхнул гневный изумрудный отблеск. — Я хочу тебе помочь, а ты мне не разрешаешь!

— Почему? — Я не понимала, на что он злится. — Почему ты хочешь мне помочь?

— Потому что мы друзья, Джен, а друзья помогают друг другу!

Я отшвырнула карандаш и схватила его за запястья — волшебство тут же откликнулось, и кругом запрыгали искры.

— Если мы друзья, Финн, почему ты делаешь вид, будто не замечаешь вот этого, зачем прикидываешься, будто между нами ничего не происходит? Раньше, до всего, ты даже хотел изучить это поближе…

— «Это» здесь ни при чем. — Финн отдернул руки, и глаза его потемнели от раздражения и еще какого-то чувства — какого именно, я не поняла. — Тебе надо держаться подальше от кровососов, надо, чтобы тебе перестали присылать приглашения. Тогда по меньшей мере у ведьм не будет повода жаловаться, и Совет ответит отказом на прошение о выселении… — Он помолчал. — И на все остальное.

Я постановила не обижаться на то, что он отмахнулся от моих вопросов, и медленно произнесла:

— Все остальное — это моя работа, да?

— Джен, мне было непросто убедить Ведьминский совет вернуть тебе место в «Античаре», и у тебя пока что испытательный срок. Если они сочтут, что твоя связь с вампирами более не объясняется уважительными причинами, то вернутся к прежнему решению. — Он с силой провел руками по лицу. — О боги, Джен, если бы речь шла только обо мне, я бы ничему не придавал значения, но идти против Совета я не могу, ведь это значит потерять фирму. Все мое стадо вложило деньги в «Античар».

Мне даже стало нехорошо. Вот зараза. Как скверно.

— Зря ты мне не сказал, — тихо проговорила я.

— Да, наверное, — устало выдохнул он. — Но за всем прочим как-то не получилось. Не было подходящего момента.

Я опустила глаза, не зная, что и сказать, а потом, решив, что хуже уже не будет, открыла рот, чтобы… Чтобы что? Спросить, чем я могу ему помочь? Это как раз проще простого: если я преодолею собственные трудности, то и у Финна их почти не останется. Тогда, может быть, лучше спросить, чем он может помочь мне?