Держи Меня Крепче. Часть 2 (СИ) - "Душка Sucre" - Страница 54

– Фу! Твоя идиотская поэтическая натура не вяжется теперь у меня с остальным обликом. Гад. Ты попортил мое восприятие тебя.

– Пофиг.

– Ты невыносим.

– Это как мусор, складирующийся у тебя на кухне?

Олеся мысленно выстрелила ему в голову из дробовика. Два раза. Глубоко вдохнула, выдохнула. Досчитала до десяти.

Один маленький мешок с мусором, будучи оставленным в квартире, уже за неделю оброс тремя огромными собратьями, поселившись рядом с ним на кухне. Выбросить их руки Леськи так и не дошли.

– На самом деле… – пробормотала Леся, коря себя, но быстро опомнилась. – Выходи! Почему не выходишь?

– Я тебя опасаюсь, – продолжал он паясничать. – А вдруг ты мне специально зубы заговариваешь? А потом возьмешь и – хрясь! Нету больше этого замечательнейшего человека – любимого сына, верного брата и мужа, души компании и героя танцпола. Лишь некролог на две страницы да обалденный аромат типографской краски бонусом за счет редакции.

– Зачем мне тебя убивать? – спросила с расстановкой слов Радуга, а про себя добавила «когда на пороге куча свидетелей?» – Эй, я тебя не трону!

– Именно так безобидно, даже дружелюбно, и начинаются все самые страшные злодеяния века. «Эй, тебе нечего меня бояться, пошли, поиграем в песочнице!« – сказал сорокалетний дядечка в смешных очочках первоклашке, несущейся с портфелем наперевес домой после уроков. А потом ее косточки и нашли. Закопанные в песочнице. Ха-ха. И таких историй – миллион и маленькая тачанка.

– Ты невыносим!

– Ты говорила.

– Точно, ты невыносим, как мусор. Мусор! Я буду называть тебя мусором! – радостно просияла девушка, хваля себя за находчивость.

Но Шеру палец в рот не клади, а уж обзывать его и вовсе гиблая идея:

– А я буду называть тебя коровьей лепешкой-говёшкой, – безапелляционно заявил он, скрестив руки на груди.

– Почему это? – разъярилась Леся.

– Потому что тебе это не нравится. А мне доставляет удовольствие. Так что, решено. Ты теперь официально коровья лепешка-говёшка.

Он ухмыльнулся, представляя себе ее взбешенное лицо.

– Ты труп! Только открой дверь – и ты труп! Открой дверь! Слышишь? Я убью тебя голыми руками!

– А только что уверяла, что не тронешь меня…

– Я пе-ре-ду-ма-ла!

– Ну, окей. Тогда ты гостей-то пусти, а то нехорошо держать их за дверью. Вдруг обидятся и решат выломать мешающийся объект… А жить без двери мне тут будет хреновастенько.

Леся, вспомнив, о гостях, передумала убивать Охренчика прямо сейчас:

– Хорошо. У нас же мирные переговоры. Так что давай заключим перемирие?

– А где гарантия, что ты меня не кокнешь?

– Я тебе не магазин электроники и бытовой техники, чтобы гарантию выдавать, – огрызнулась она, но потом прикинула, что таким образом они и до утра могут препираться, но проблема так и останется не решенной. – Хорошо, – смягчилась Леся. – Что ты предлагаешь? Твои, так сказать, предложения.

– Ну… может ты уйдешь из квартиры? Без боя.

– Не уйду! – отрезала она. – К тому же мне что, в окно прыгать? Не забывай, там целая толпа психов за дверью.

– Незадача…

– А давай, я за кухонную стойку отойду, а ты спокойно покинешь свое убежище. Просто будем держать дистанцию.

– В этом что-то есть, – чуть ли рыдаю со смеху, согласился Артем. – Ты тогда иди туда, а потом крикни что-нибудь.

– Окей. Все, я на кухне!

– Что? – сделал он вид, что не расслышал. – Говоришь «сдохни»?

– Нет же! Живи вечно. Я говорю, что уже на кухне. Выходи! Путь свободен!

– Ааа. Ты на кухне. Но нет, спасибо, я не голоден, – проорал он в ответ, прикидывая в уме как много ей нужно времени, чтобы понять, что он издевается над ней.

– Я не спрашивала голоден ты или нет! Дебил!

Дверь ванной резко распахнулась:

– Еще одна статья – оскорбление личности, – хмуро пояснил Шер.

– Нет такой статьи, – гордо возразила девушка.

– За подобное я и без статьи наказать могу.

Леся сползла под кухонную стойку, испугавшись его серьезного вида.

– Я сейчас полицию вызову, – пропищала она. – Так что давай резче разбирайся со своими братанами.

– Точно! – переключил он внимание на готовую сорваться с петель дверь.

За нею стоял дикий гвалт, да и сама она сотрясалась от стука и пинков. «Во резвые!« – оценил Артем скорость прибытия друзей и тому, как они ловко проскочили бдительного Мартина. Или он сам их впустил? В конце концов, парни могли навыдумывать что угодно.

– Ну, наконец-то, Шерри! – облегченно проворчал Сергей вместо приветствия. – Мы уж сутки тут тремся. Оу, это твое новое логово? Настоящая холостяцкая берлога, – завистливо протянул он, вваливаясь внутрь в компании фанки-манов и целой кучи девушек из «Summer Times», тамошнего веселья показалось явно маловато.

– Велкам! – широко улыбнулся Охренчик гостям, не став комментировать последнюю фразу.

Зато Леся не стала молчать, наблюдая уже четвертую пару людей, заполняющую своим составом всю, ранее казавшуюся просторной, квартиру:

– Не холостяцкая берлога, а изысканный будуар!

– О, это ж подруга Егорыча! – узнал ее фотограф. – Ты что ту делаешь?

– Живу.

– А он тогда что?

– Что он? – не поняла Леська.

– Что он тут делает? – пояснил свой вопрос изумленный парень.

– А он мимо проходил и зашел с дружеским визитом. И сейчас уходит, так что… Пошли все вон отсюда! Вас никто не звал.

– Кроме меня, хозяина хаты, – примирительно улыбнулся ей Шер. – С новосельем меня!

Она раздула ноздри, но спорить смысла не было. Муженек ее подруги – тертый калач, к тому же беспринципный, наглый, похабный, невыносимый! С ним нужно действовать его же методами. Над головой Радуги «зажглась лампочка»:

– Эй, – подозвала она встречающего гостя Артема. – Пошли-ка переговорим.

– Я уже устал с тобой разговаривать. И так ты меня уже который час третируешь, – попытался отбрить ее Шерхан, в своих мыслях уже рьяно забивающий кальян, который притащил кто-то из парней.

– Это серьезно. Для тебя, по крайней мере.

– В ванную, – мотнул он головой, проникнувшись ее тайной.

Оказавшись на месте, она выкрутила кранчик у раковины на полную мощность:

– Это чтобы не услышал никто, иначе тебе же будет… неловко.

В глазах Артема промелькнула заинтересованность. Он сложил руки на груди и поторопил буравящую его прищуренным взглядом девушку:

– Ну, и?

Но Леся унюхала, что в ванной пахнет слишком вкусно для того, чтобы ей быть пустынной. К тому же здесь было влажно. Она резко одернула шторку и узрела полную пены ванну:

– Ты что? Еще и мыться здесь собираешься?!

– Ну, это как бы моя квартира… – он очаровательно улыбнулся, зная, что этот раунд он выиграл, причем даже не напрягаясь.

– Пока здесь я живу.

– Значит, мы живем здесь вместе! – просиял Шер. – И все будем делать вместе, – он начал загибать пальцы: – кушать, спать, принимать водные процедуры…

– Не дождешься!

– Хочешь поспорить? Учти, я начну с последнего…

Он стал медленно надвигаться на нее, то есть делать вид, что он пытается осуществить некие инсинуации в ее отношении, но ей все было расценено, как и задумывалось Артемом:

– Эй-эй-эй!.. Я просто нагнетала обстановку, чтобы ты прочувствовал, – пояснила Леся причину своего молчания и взгляда, – момент.

– Ты что, возомнила себя насосом, чтобы нагнетать? – сыронизировал он, прекратив «надвижение». – Хотя я, в общем-то, все понял, момент прочувствовал. Можешь перейти к делу.

– Ах, дело. Короче, так. Если ты не прекратишь весь этот балаган и не съедешь, я буду вынуждена рассказать по большому секрету всему свету, что ты женат на Лене.

Шер, заинтересовался, но виду не подал:

– И… подставишь свою подругу? – усмехнулся он.

– Мне она все прощает и это простит. А у тебя с этим будут проблемы.

– У меня проблема сейчас только одна – ты. Ты живешь в моей квартире и еще ставишь мне ультиматум?

– Я здесь живу по одной причине – мне негде жить.