Очарованная горцем - Куин Пола - Страница 20

— Кажется, я ошиблась в вас, Макгрегор, — крикнула она ему вдогонку. — Я считала, что рядом с вами я в безопасности. А на самом деле…

Роб резко обернулся. Собрав все свое мужество, Давина сжала кулаки и ответила ему таким же разъяренным взглядом.

— Как по-вашему, что будет, если адмирал Джиллс схватит Эдварда? А? Долго ли он сможет молчать, если его будут пытать? И сколько времени потребуется Джиллсу выяснить, где обитают Макгрегоры? Вспомните, у его людей не дрогнула рука сжечь живьем монахинь. Да он примется убивать одного за другим всех Макгрегоров, которые попадутся ему в руки, пока не доберется до вас!

Роб прислушался. На мгновение ей даже показалось, что он взвешивает ее слова. Воодушевленная успехом, Давина ринулась в атаку.

— И даже если Эдварду удастся благополучно добраться до Англии, вы что же, рассчитываете, что он станет лгать своему королю насчет того, что случилось со мной? Вы и глазом моргнуть не успеете, как королевская армия войдет в Скай.

— С какой стати королю посылать за вами целую армию?

— Этого я не могу вам сказать. Не имею права.

— Тогда Эшер остается.

— Ладно, я скажу вам! Король Карл обещал меня одному человеку, который… Куда это вы? — завопила она, заметив, что Роб, повернувшись к ней спиной, вновь устремился к выходу. — Я еще не закончила! Когда он умер, король приказал своему младшему брату Якову…

— Я не верю ни единому вашему слову.

— Что значит — не верите?!

Она бросилась вслед за ним к лестнице. Проклятие, не умеешь врать — не берись!

— Роб… — Метнувшись за ним, Давина вцепилась в его рукав. — Не важно, чему вы верите. Эдварду нельзя возвращаться. Теперь он часть всего этого, хотите вы этого или нет.

Роб замер, о чем-то задумавшись. Потом он покачал головой, и она в бессильной злобе сжала кулаки. Упрям как баран!

— Я не могу привезти в Кэмлохлин англичанина. Достаточно того, что мне придется привезти туда вас.

— Благодарю покорно зато, что взяли на себя труд привезти меня сюда, — резко повернувшись, чопорно процедила Давина, — но я остаюсь с Эд…

Его пальцы сомкнулись на ее запястье. Рывком притянув Давину к себе, Роб не дал ей договорить до конца. Оказавшись прижатой к его мощной груди, она с трудом могла дышать, не то что спорить, и могла только растерянно хлопать глазами, когда Роб, решительно сорвав с нее вуаль, швырнул ее на землю.

— Вы поедете со мной, девушка.

Его губы внезапно приблизились к ее губам, неумолимо и беспощадно впились в них, словно огненная печать, которой он заявлял свои права на нее. Прижав Давину к груди, Роб не отпускал ее до тех пор, пока она не обмякла в его руках.

До этого дня Давину никто никогда не целовал, тем более так… она даже вообразить себе не могла, как это бывает. Тело ее было охвачено пламенем, грозившим уничтожить последние оборонительные стены, которые она возвела, чтобы защититься от него, унося с собой остатки ее воли, маня ее поддаться искушению. Какая-то часть ее мечтала о том, чтобы найти убежище в его объятиях. Что может быть лучше этого, вдруг подумала она. Почувствовать себя в безопасности, забыть наконец, кто она есть… только на этот раз совсем по другой причине. Но ведь Роберт Макгрегор поцеловал ее лишь для того, чтобы заставить ее смириться с его решением, напомнила она себе, наверняка он рассчитывал, что она растает, после чего он с легкостью добьется своего. Конечно, ей нравится, когда он целует ее, однако это вовсе не значит, что она согласится предать Эдварда. Собрав остатки воли, Давина уперлась руками ему в плечи, а потом согнула ногу и изо всех сил ударила его коленом в пах — в точности, как когда-то учил ее Эдвард.

Отскочив, она злорадно смотрела, как Роб со стоном рухнул на колени.

— Я бы попросила у вас прощения, — проговорила Давина, услышав его хриплое дыхание, — но вряд ли оно вам нужно, верно?

Оставив его в одиночестве корчиться на полу, она вернулась в трапезную. Не обращая внимания на Эдварда, вокруг которого суетились монахини, Давина упала в кресло и принялась молить Бога дать ей силы встретить свою судьбу, когда рядом с ней уже не будет Роберта Макгрегора.

Поначалу Роб даже не заметил, что Давина ушла, бросив его одного. Услышав за спиной негромкий смешок, он выругался сквозь зубы — эта девчонка не только чертовски смела, решил он, но еще и бессердечна, как сам дьявол.

— Нет-нет, умоляю, не вставай! — К счастью, а может, к несчастью, это был Уилл. — Может быть, это единственная возможность полюбоваться, как ты стоишь на коленях. Доставь мне удовольствие, постой так еще немного!

Покосившись на ехидно ухмыляющегося кузена, Роб со стоном поднялся на ноги, машинально потер ноющее плечо, осторожно переступил с ноги на ногу и скривился — боль в паху была нестерпимой.

— Может быть?

— Угу, если ты и дальше будешь крутиться возле нее, — захихикал Уилл, судя по всему, не испытывающий ни малейшего сочувствия к кузену. — Я так понимаю, ты по-прежнему отказываешься прихватить с собой этого ее капитана, да? Впрочем, что я спрашиваю, ведь ты упрям как баран…

Уилл снова залился смехом.

Робу не слишком понравилось, что его тычут носом в собственные ошибки, однако то, что Уилл назвал Эшера «ее капитан», понравилось ему куда меньше.

— Угадал, — буркнул он, осторожно потрогав то место, куда впечаталось колено Давины.

— Стало быть, ты все-таки решил оставить его тут? — посерьезнев, спросил Уилл, видя, что Роб повернулся и зашагал к воротам аббатства.

— Да. И она останется тут вместе с ним.

Давина, стоя в одиночестве на колокольне аббатства, смотрела, как Роб с остальными покидают Курлохкрейг. Нет, она не плакала — слезы ведь не могут кого-то вернуть, думала она. И удержать кого-то они тоже не могут. Да и с чего бы Роберту Макгрегору вдруг вздумалось вернуться? Он и так уже столько сделал для нее, напомнила она себе. Она не хотела, чтобы он уезжал. Она смотрела, как маленький отряд постепенно исчезает вдали, и чувствовала, что сердце у нее разрывается.

Глава 11

— Зря мы оставили ее там. Не нужно было этого делать.

Финн, как обычно, старался держаться поближе к Робу.

— Она сама так решила, — терпеливо напомнил Роб, чуть ли не в третий раз с тех пор, как они выехали из аббатства.

— Но ведь она бы уехала с нами, если бы ты согласился взять с собой капитана Эшера, разве нет?

Закрыв глаза, Роб негромко выругался. Меньше всего ему сейчас хотелось, чтобы кто-то напоминал ему о Давине. Так лучше, напомнил он себе. Зря он вообще предложил отвезти ее в Кэмлохлин. То, что Эдварду удалось отыскать ее, вовсе не значит, что это удастся и Джиллсу. К тому же Давина ему даже не родня, напомнил себе Роб. Кровь Христова, он даже сомневался, что в ее жилах течет шотландская кровь! Ей нет и не может быть места в его жизни, и не только потому, что она обещана Богу. Эта девушка навлечет опасность на каждого, кто будет настолько безумен, что свяжется с ней, твердил себе Роб. Если бы он взял ее с собой, он сам и все, кого он любил, скорее всего погибнут. Одному Богу известно, сколько людей хотят ее смерти… а он даже не знает почему. Она сама и этот ее чертов капитан молчат, словно набрали в рот воды! Положим, он не настолько глуп, чтобы поверить, что за ней охотится весь голландский флот только из-за того, что она когда-то была с кем-то там помолвлена — конечно, если речь не идет о переходе в другую веру. Проклятие, он окончательно спятил, что вообще заикнулся о том, чтобы отвезти ее домой! Оттого что он был вынужден бросить ее, на душе у Роба было мерзко, но, черт возьми, в конце концов, она ему не жена, не сестра и не любовница! Судя по всему, она терпеть его не может. И будь он проклят, если она ему доверяет — в особенности после того, как этот чертов Эшер вдруг взял и восстал из мертвых. Разве он ей что-то должен? Естественно, нет. Учитывая, что перед аббатством не топчется целая армия, способная выдать ее присутствие, опасность Давине не грозит, успокаивал себя Роб. Спрятать одного человека — плевое дело. В аббатстве полным-полно закоулков, куда Джиллсу даже не придет в голову сунуться.