Бесценный дар - Джеймс Скотни (Сент-Джеймс Шотни) - Страница 24

Рори посмотрел ей в глаза.

– Все именно так и обстоит. Я пытался найти банк, который ссудил бы мне сумму, в которой я нуждаюсь, но я недостаточно платежеспособен. Затраты на ферму потребуют всех моих сбережений вместе с выручкой от будущего урожая. Никто не хочет рискнуть и поставить на меня.

– Я рискну, – тихо сказала Энн.

– Что? – Его черные брови сошлись на переносице.

– Я с радостью дам вам необходимую ссуду. Кроме того…

– Нет!

Это единственное слово, которое он почти выкрикнул, заставило ее вздрогнуть и вызвало раздражение. Он даже не потрудился проявить вежливость, чтобы выслушать ее предложение до конца.

– Почему же? Это имеет смысл.

– Это совершенно не имеет смысла. Я не собираюсь связываться с вами.

– Остыньте, – выпалила она. – Каждый раз, когда вы начинаете нападать на меня, вы становитесь невыносимым шотландцем, заносчивым и грубым. Но все же, Рори, по крайней мере, выслушайте меня.

– Ладно, – сказал он, пожав плечами. – Но по возможности короче, потому что ответ будет все тот же – нет.

– Что плохого в этой идее? Боже мой, эти деньги ваши по праву.

– Вы забыли легенду?

– Вы не слушаете меня, – упрекнула Энн. – Кроме того, эта легенда – сущая бессмыслица, и вы это знаете.

– Это не так!

– Так почему бы нам это не проверить? – Это был вызов. – Я займу вам деньги, и мы посмотрим, что произойдет.

– Энн, вы просто не понимаете. Я не думаю, что вы должны рисковать деньгами Беллы.

– Вы не предполагаете, что они могут стать моими? И потом, какая разница между ними и банковским кредитом?

– Если я не верну ссуду, банк изыщет способ покрыть потерю. Если я потеряю деньги Беллы, они просто исчезнут.

– Белла так не считала, – указала Энн. – Она собиралась занять вам, разве нет? Вы просто не хотите быть в долгу у меня.

– Верно.

– Но Белла надеялась, что я смогу помочь вам. Я получила от нее еще одно письмо.

– Я тоже, – мрачно сказал он.

– Да? – По выражению его лица Энн уверилась, что письмо было аналогично ее собственному. – Она изложила в этом письме свой великий план?

Рори взглянул на нее.

– Поженить нас? Вы это имеете в виду?

– Вы верите в этот план? – Энн тряхнула головой. – Интересно, кто распоряжается этими письмами теперь?

– Я полагаю, что Белла оставила инструкцию человеку, которому очень доверяла…

– Замешав в это дело домоправительницу?

– Это было моим первым предположением. Возможно, когда мы как‑то… выказываем интерес друг к другу, Фиви связывается с Мак‑Криммоном и спрашивает следующее письмо.

– Но мы не выказываем никакого интереса, – запротестовала Энн.

– Вы так думаете? – Рори снова упорно разглядывал Арран. – Разве не понятно, что Фиви неправильно истолковала вчерашний случай на танцах? Но тогда, я полагаю, ее нельзя в этом винить.

– Я думаю, да. – Энн удивленно покачала головой. – Но она должна была звонить Мак‑Криммону очень рано утром. Я хотела бы, чтобы она сначала обсудила это с нами.

– Она знала, что мы будем все отрицать. Фиви и подруги Беллы должны полагаться на собственное суждение. В этом и кроется ошибка.

– Так они все замешаны в этом смехотворном плане?

– Боюсь, что да. Они перевернут ради этого небо и землю.

– Это безумие, – возмутилась Энн. – Они не могут заставить нас влюбиться и тем более пожениться.

– Может, и нет. Но это не удержит их от очередной попытки.

– Так что мы будем делать?

– Просто заниматься своими делами. Однажды они увидят, что мы не увлечены друг другом, и отступятся от своих смехотворных планов.

Энн смотрела, как Зверик носится вдоль прибоя, играя с волнами.

– Я полагаю, Белла хотела вам добра, – сказала она. – Ваша тетя считала, что вы очень одиноки.

– Я знаю.

Энн снова изучала профиль Рори, словно увидела его в первый раз.

– А вы одиноки?

Он удивленно посмотрел на нее.

– Вам в самом деле интересен мой ответ? Или это праздное любопытство?

Она улыбнулась.

– Признаюсь, и того, и другого понемножку.

– Почему я должен быть одинок, если у меня есть все это? – Рори обвел рукой все, что было вокруг них. – Данрэйвен значит для меня много больше, чем все остальное.

– Но разве вы не хотите, чтобы кто‑нибудь разделил это с вами?

Он приподнял черную бровь.

– Присматриваете позицию?

– Конечно же, нет! – Энн почувствовала, как вспыхнуло ее лицо, но не обратила на это внимания. – Белла, кажется, думала, что вам необходим компаньон.

– Компаньоны, как вы это называете, слишком временное явление. Они остаются ненадолго и берут то, что вы можете дать. А потом они уходят, ища следующий источник обогащения.

– Не все люди таковы, – заметила Энн.

– Энн, вы или наивны, или на вас произвела впечатление романтическая мечта Беллы. Я не нуждаюсь ни в ком. Данрэйвен будет стоять здесь, когда все компаньоны в мире будут удобрять собой пастбища.

– Я думаю, что Белла права, – тихо сказала она. – Мне кажется, что вам одиноко и горько.

– Неужели это видно со стороны?

– Да. Вы, должно быть, сильно любили свою жену…

Он резко повернулся к ней.

– Это не ваше дело, но мужчина обычно любит женщину, на которой женится. Остается только посмотреть, на сколько этого чувства хватит.

– Почему вы развелись со своей женой? – спросила Энн, ужаснувшись собственной дерзости, но желание узнать подробности его жизни заставило ее рискнуть.

– Мы встретились с Элизой в колледже в Эдинбурге и поженились после выпуска. А через два года развелись, потому что она не хотела жить в этой забытой Богом дыре.

По его тону Энн поняла, что он совершенно не согласен со своей бывшей женой.

– Ей не нравился Данрэйвен? В это трудно поверить.

– Поверили бы, если бы знали Элизу. Она была горожанкой, которая никогда не покидала Эдинбурга, пока не приехала сюда. Я должен был знать с самого начала, что это безнадежная затея.

Он продолжал рассказывать, глядя на вздымающиеся и опадающие волны прибоя. Энн казалось, что он совершенно забыл о ее присутствии.

– Элиза привыкла к бурной общественной жизни, которой не мог ей предложить Данрэйвен. Она любила ходить по магазинам, любила театр. Она поездила по миру вместе с родителями, так что остро воспринимала то, что привязана к этому месту. Она хотела выйти замуж за человека с титулом, но действительность оказалась совершенно непохожей на ее мечты.

– Она что, не любила ничего в Данрэйвене?

– Нет.

– Даже замок?

– Он был для нее слишком некомфортабельным. Слишком старомодным. Она считала, что люди здесь слишком провинциальны, все слишком изолированно и тихо.

– Но она же должна была… любить вас, по крайней мере вначале.

– Да, вначале – может быть, – согласился Рори. – Но потом она обнаружила, что я слишком занят своими обязанностями – весьма обыкновенными, немудрящими и прозаическими.

Энн не могла представить себе, что кому‑то человек, сидевший рядом с ней, казался обыкновенным, но она слыхала, что женитьба иногда круто меняет характер человека. Особенно когда брак сопряжен с таким количеством разногласий, как у Рори и Элизы.

– Мне очень жаль, что все так вышло, – сказала она.

– Я не женюсь больше. Пока проклятие остается в силе, у меня нет шанса найти счастье с кем бы то ни было.

– Ну, мы опять вернулись к этой чепухе! – Энн всплеснула руками. – Только не говорите мне, что ваш брак расстроился именно из‑за этого!

– А это уже не ваше дело, – проговорил Рори сквозь зубы. – Я просто говорю, что у Беллы ничего не выйдет со сватовством. Я никогда больше не женюсь. – Он встал и пошел прочь. – Ни за какие деньги в мире.

– А как насчет любви? – спросила Энн, торопясь поспеть за ним. Он резко обернулся, чтобы посмотреть на нее. – Я имею в виду… Ну, если вы встретите кого‑нибудь – да нет, не меня, упаси Господи, – но что, если вы влюбитесь? Вы не станете отказываться от женитьбы из‑за какой‑то бабьей сказочки?