Рай - здесь - Уокер Люси - Страница 21

— Только не говорите мне о еде, — воскликнула Софи. — Я уже сыта по горло. Меня пригласили на все до одной фермы между Джадсом и Стирлинг-даунс. Давай-ка, Хью, я лучше помогу тебе разливать лимонад. Сегодня у Софи настроение смотреть, как едят другие...

Днем Хью и Софи устроили малышам скачки на пони. Пока остальные Уилстэки заваривали и пили чай галлонами, Хью и Софи кормили и развлекали детей; смех и шутки не прекращались ни на минуту.

— Софи может затмить любого, — заметила миссис Уилстэк из Динди. — Какая энергия!

— Дай ей Бог, — отозвалась тетя Силла. — Что бы мы без нее делали? По крайней мере, дети заняты и не носятся по дому.

Софи просто излучала энергию, а Джин чувствовала, как силы оставляют ее. Ей было очень грустно. Девушка попыталась занять себя, помогая тете Силле разносить чай, но так устала, что, когда процедура была закончена, с облегчением упала в кресло, пробормотав извиняющимся голосом: «Эта жара просто валит меня с ног». Энтони, который сидел рядом, улыбнулся:

— Тогда посиди и поговори со мной. Может, я даже усыплю тебя своей болтовней. Похоже, все мечтают где-нибудь прикорнуть.

Но отдыха не получилось, потому что их тотчас же заметила тетя Силла. Она налетела на Энтони с указаниями, отослав его пообщаться с кузинами. Джин осталась одна и слегка обиженно прикусила губу — другие тоже заметили маневр Силлы и понимающе переглянулись. «Глупо, что я села рядом с Энтони», — подумала девушка.

Сзади слышались голоса — больше всего Софи, иногда Хью. Им было весело, и они развлекали остальных. Но почему-то блеск и радость Рождества померкли для Джин. Скорее всего, дело было в жаре! К тому же она просто устала — на ногах с пяти утра, а легла накануне так поздно. Усталость, жара, монотонное жужжание пчел сделали свое дело — Джин задремала. Ее разбудил веселый голос Хью:

— Вставай, соня!

Джин быстро выпрямилась, стряхнула сон, но не успела ничего сказать, как рядом оказалась Софи и сразу взяла Хью под руку.

— Вот это да! — завопила любительница гольфа. — Посмотрите-ка, кто спит, пока мы трудимся, не покладая рук.

— Ты не трудилась, Софи, — возразил Хью. — Ты играла.

— Игра — это жизнь, — легкомысленно бросила Софи. — А когда спишь, все проходит мимо. Пойдем, мой ангел. Разбудим остальных.

Она направилась к другим креслам, заставляя людей пробудиться к жизни. Она склонилась над задремавшим дядей Джеком и поцеловала его в щеку.

— Это нечестно, ему повезло больше всех! — заявил Хью.

— А ты сядь и закрой глаза. Увидишь, как я разбужу тебя — рассмеялась гольфистка. — Тебе повезет вдвое больше!

«Глупо соперничать с Софи, — подумала Джин. — Это особый характер, ни у кого больше так не получится». Девушка встала и направилась к бассейну. Она не хотела видеть, примет ли Хью игру, предложенную Софи, и станет ли делать вид, что заснул, или нет.

Глава 13

После Рождества всех охватила лень. Жара стояла, как в раю, а так как в холодильнике и кладовой осталось достаточно еды, то крутиться на кухне почти не приходилось. Все Уилстэки сидели на веранде и читали — ведь у каждого среди подарков было несколько книг. Впрочем, Энтони и Хью хватило двух-трех дней такого времяпрепровождения, ведь они не привыкли долго бездельничать. За обедом в понедельник Хью посмотрел на Энтони через стол и сказал:

— Эй, Энтони, как насчет нового поля в Динди?

Это были земли, которые примыкали к Стирлинг-даунс с востока.

Миссис Уилстэк вздохнула. Она отлично знала, что такое дело можно провернуть только в межсезонье, а в жару оно становилось почти непосильной задачей.

— Ладно, — согласился Энтони. — Когда начинаем?

— Я говорил с дядей Джеком. Решили начать завтра. Так что с утра выводи бульдозер, а я возьму грузовик.

Они говорили неторопливо и буднично, но им предстояла невероятная работа. Раскорчевка, выжигание, вспашка! И все в такую жару!

Миссис Уилстэк и Джин пришлось снова с утра пораньше встать к плите. Энтони и Фрэнк уезжали засветло, а Хью должен был написать пару писем, заполнить бухгалтерские книги, а потом догнать брата на грузовике со всеми припасами — они собирались разбить лагерь.

— Если на днях станет попрохладнее, мы приедем вас навестить, — пообещала миссис Уилстэк.

— Лучше не бери с собой Джин, — заметил Энтони. — Ей не стоит знакомиться с неграми, в которых мы превратимся в ближайшие сорок восемь часов.

— Но ведь ты будешь ждать почту, не правда ли? — спросила его мать.

В глазах миссис Уилстэк затаилась улыбка. Кэнди Вудс уехала на каникулы на юг, и от нее регулярно приходили письма.

— Конечно, ты можешь захватить газеты, — усмехнулся Энтони.

В день отъезда Хью провел все утро в кабинете, потом вывел грузовик и исчез, чтобы переодеться в рабочую одежду. Он вышел из комнаты в старой широкополой шляпе, потертых хаки, заправленных в тяжелые ботинки, и отдал последнее распоряжение:

— Ты, Мэтт, заботься о женщинах. Теперь ты за все в ответе.

— У меня есть ружье, — гордо ответил малыш.

— Хорошо, только прежде чем стрелять, посмотри, в кого ты целишься. — Хью повернулся к Джин. — Не гуляй по ночам далеко от дома. Хорошо?

— Ладно, Хью, — улыбнулась Джин. — Я понимаю, тебе надо знать, что в доме все в порядке, когда ты в отъезде.

— Пока, миссис Ростбиф! — повернулся Хью к матери. — Не перетруждайся.

Он поцеловал ее в лоб, а потом хотел щелкнуть Джин по носу, но она быстро закрыла лицо.

— Оставь его в покое, — улыбнулась она, — я пока не хлюпаю.

— На людях — нет? — заметил он, и Джин задумалась — что он имел в виду.

Тяжелые шаги в коридоре, потом на веранде, и Хью исчез. Джин и миссис Уилстэк вышли на улицу, чтобы проводить грузовик, удаляющийся в клубах пыли по шоссе.

Потом они сели пить чай. Джин хотелось спросить миссис Уилстэк, приедет ли в субботу Софи, раз в доме нет Хью, но побоялась показаться слишком любопытной. Однако Лаура, будто прочитав ее мысли, сама заговорила о Софи.

— У нас будет спокойный уик-энд, — сказала она. — Ни Софи, ни беготни между лунками. Наверное, надо пригласить Силлу и Джека на воскресный обед.

— Будет повеселее, — согласилась Джин. — Только бы похолодало.

«Интересно, Софи не приедет из-за того, что клуб закрылся на каникулы, или потому, что уехал Хью?» — думала Джин. Она знала, что Хью много звонил по телефону и утром, и накануне вечером, и решила, что, наверняка, один из звонков предназначался Софи.

Тетя Силла сказала, что они с дядей Джеком вряд ли смогут приехать в воскресенье к обеду, потому что оба очень устали. Воскресенье должно было пройти тихо и скучно.

Но с утра зазвонил телефон. Сердце Джин тревожно забилось. Неужели что-то случилось? Раздался щелчок, и девушка услышала голос Хью. Сначала она даже не могла говорить, только прислонилась к стене в коридоре и закрыла глаза.

— Алло!.. Алло? — повторил Хью.

— Да. Это я, Хью.

О, эти громкие удары глупого сердца!

— Как ты, Джин? Все в порядке?

— Да. Мы отдыхаем. Вчера ездили в город в кино.

— Хорошо. Теперь слушай. У тебя есть под руками бумага и карандаш? Я хочу, чтобы ты кое-что записала.

— Да, диктуй.

— Хорошо. Нам нужны кое-какие детали. Пусть Джим Дин поедет к дяде Джеку и все там возьмет. Он продиктовал ей длинный список механизмов, о которых она никогда в жизни не слышала. — Позвони Джиму, хорошо? У вас прямая линия со старым домом, а нам трудно пробиться. Скажи, что кто-нибудь из нас приедет домой в три часа. — Хью помолчал, а потом его тон изменился. — Пожалуй, я лучше пошлю Энтони. Наверное, тебе и миссис Ростбиф будет приятнее увидеть именно его...

Джин пришлось прикусить губу, чтобы не закричать: «Нет, тебя, Хью...», но она ничего не сказала.

— Можешь сделать для меня одно одолжение?

— Конечно, Хью.

— Тогда спрячься куда-нибудь и не попадайся Энтони на глаза, пока он не вымоется и не побреется. Похоже, ему очень не хочется, чтобы ты видела его в нынешнем виде. Как, впрочем, и любому из нас. Здесь нет воды, так что мы сто лет не мылись.