Наследник замка Глен-Краннах - Ховард Стефани - Страница 22

— Тогда пансионат. С постелью и завтраком. Место, где можно провести ночь.

— Здесь нет пансионата с постелью и завтраком. На острове не так много бывает визитеров, чтобы заводить городские удобства.

— Так где же мы будем спать? Под звездами? На ложе из вереска?

— Если хотите. Это легко устроить. — Он насмешливо поймал ее взгляд. — Но потом не упрекайте меня за пробуждение романтизма в вашей холодной, расчетливой душе.

Холодной и расчетливой — вот какой он ее считает?! Совсем не разбирается в людях! Камилла обиделась, сама не понимая почему, и переключила внимание на дорогу. Не удостоив его насмешку ответом, она горько пожалела, что согласилась на это путешествие.

Солнце уже спряталось за горизонтом, когда они наконец подъехали к одиноко стоявшему симпатичному белому фермерскому дому, угнездившемуся в спокойном уголке долины.

— Здесь, — сообщил ей Росс. — Пойдемте, познакомитесь с Дэви и Кэтрин Маклеод, нашими хозяевами на эту ночь.

Минуту или две спустя на его стук дверь открыла молодая женщина с румяными, точно яблоки, щеками в сопровождении двух малышей, вцепившихся в юбку матери. При виде Росса лицо ее расцвело в улыбке, и она обвила его шею руками.

— Росс Макеоун! Из всех сюрпризов сюрприз! Входите, входите! Какая радость видеть вас!

Когда они втиснулись в узкую прихожую, Росс быстро представил Камиллу. Улыбаясь яркими оливковыми глазами, Кэтрин Маклеод тепло пожала Камилле руку.

— Добро пожаловать, моя дорогая. В этом доме всегда рады друзьям Росса.

Муж Кэтрин, Дэви, сидел в гостиной у камина, а трое детей разного возраста крутились возле него. Увидев гостя, он поднялся со своего кресла, отложив книгу, которую, очевидно, читал, и с такой же радостной улыбкой, как у жены, протянул руку.

— Росс, дружище, ты как раз вовремя, у Кэйт поспевает на плите ужин.

Камилла предложила хозяйке свою помощь, но та живо управилась сама и полчаса спустя и хозяева, и гости уже сидели за полным угощений столом. Детишки продолжали резвиться у огня. Камиллу только что познакомили с этими людьми, а она чувствовала себя так, будто была их старым другом.

Она принялась за потрясающее жаркое из баранины и со смешанным чувством поглядывала на Росса. Судя по всему, в этом доме его обожали и от души радовались его приезду, даже малыши признавали «дядю Росса» за своего. Внук лэрда, как ни странно, без труда вписывался в простую обстановку. Не изменившись вроде бы ни на один атом, этот непредсказуемый человек выглядел полноправным членом большой, дружной семьи.

Разговор, естественно, вертелся вокруг причины, приведшей на остров Росса и Камиллу. Дэви и Кэтрин переглянулись, и потом Дэви признался:

— Я слышал, что вчера на острове появлялся незнакомый человек. Парень лет двадцати, как говорят, — своими глазами мы его не видели.

Росс нахмурился и, очевидно, обдумывал услышанное, а Кэтрин положила руку на локоть Камиллы.

— На нашем маленьком острове чужака замечают сразу, и новость быстро бежит с фермы на ферму. — Хозяйка улыбнулась своей юной гостье. — Вполне естественное любопытство. — Она повернулась к Россу. — Если этот парень как-то причастен к исчезновению «Сео do dh’or», если он привез драгоценности сюда, я уверена, вы их очень скоро найдете.

Но было уже поздно, и расследование пришлось оставить до следующего утра. Кэтрин увела детей, и четверо взрослых расположились у огня, чтобы выпить чашечку кофе и немного поболтать. Вскоре Росс дипломатично поднялся.

— По-моему, нам всем пора на боковую. — Он хитро подмигнул Камилле. — Наши добрые хозяева занялись делами, едва забрезжил рассвет. И завтра им вставать в такую же рань. Они слишком вежливы, чтобы жаловаться на усталость, но вот-вот заснут прямо за кофе.

— Росс Макеоун, ты совершенно неисправим! — С добродушным упреком Кэтрин погрозила ему пальцем. — Как ты смеешь так говорить! Ведь Камилла может подумать, что мы с Дэви нерадушные хозяева.

Когда она поднялась, Росс нежно взял ее за руку.

— Конечно, радушные, даже очень. Только усталые.

Кэтрин со смехом подавила зевок.

— Ну, раз уж ты заговорил об этом… Может быть, и в самом деле нам пора на боковую. — Она вопросительно посмотрела на Росса. — Там, где обычно, будет нормально? Как ты знаешь, в доме у нас не хватает кроватей, слишком много детей. — Она улыбнулась мужу. — Вот что бывает, когда нет телевидения.

«Где обычно» оказалось маленькой, переоборудованной под жилье пристройкой позади коттеджа.

— Когда у нас много работы, здесь живут наши помощники, — объяснила Кэтрин Камилле, провожая своих гостей с фонарем в руках. — А теперь я с вами попрощаюсь. Дальше о вас позаботится Росс. — Отдавая Камилле ключ, добрая женщина улыбнулась. — Он уже много раз останавливался здесь.

В пристройке было две комнаты, крохотные, теплые, идеально чистые, к одной из них примыкала ванная.

— У вас будет настоящая спальня, со всеми удобствами, — сказал Росс, и она испуганно вытаращила глаза на две кровати, правда выглядевшие вполне удобными. Он проследил за ее взглядом и расплылся в улыбке. — А я буду спать у ваших ног — за соседней дверью.

— Прекрасно, — со вздохом облегчения пробормотала она.

— Если, конечно, — мягким глубоким голосом добавил он, намеренно долго глядя ей в глаза, — вам не захочется побыть в моей компании.

— Мне не захочется, — отрезала она, пожалуй, чересчур поспешно. — Но все равно благодарю вас. — Взгляд беспокойно обшаривал дверь, проверяя, есть ли ключ и можно ли ее запереть изнутри. Убедившись, что можно, Камилла в очередной раз с облегчением вздохнула. Насколько она будет чувствовать себя счастливее, когда он наконец исчезнет за соседней дверью!

Впрочем, пока он вел себя как джентльмен. Скромно ушел, когда она распаковывала вещи, и даже позволил ей первой воспользоваться ванной. Очевидно, с долей спокойного удовлетворения подумала она, атмосфера дома Кэтрин и Дэви оказывает на него положительное воздействие.

Приняв душ, Камилла надела хлопчатобумажную пижаму. Потом закуталась в халат из ткани в голубую полоску, подчеркивавший ее стройные формы, и туго завязала, для безопасности, пояс. Усевшись на краю кровати, Камилла прислушивалась к всплескам душа в примыкавшей к ее спальне ванной.

— Скорей, скорей, — бормотала она себе под нос, подавляя зевок. — Я хочу спать.

Минуту спустя, будто в ответ на ее мольбу, всплески воды смолкли и щелкнул замок. У нее странно екнуло сердце — из ванной в комнату вышел Росс, голый до пояса, только в джинсах.

Он остановился и посмотрел на нее. Его мощная фигура вдруг будто целиком заполнила крохотное пространство между дверью ванной и кроватью. Темные от загара плечи. Широкая, выпуклая, мускулистая грудь. В глубине его глаз вспыхнули искорки.

— Я подумал, может быть, вы окажете мне любезность? — проговорил он.

— Любезность? — И сейчас же от дьявольского выражения его глаз судорога тревоги свела все тело. Камилла сидела на кровати, не в силах пошевелиться. Но все же заставила себя посмотреть ему в глаза. — Какого рода любезность? — буркнула она.

В ответ он чуть повернулся, так, чтобы она могла видеть раненое плечо.

— Повязка, которую доктор наложил на рану, под душем намокла и отклеилась. — Он просительно через плечо глянул на Камиллу. — Я подумал, не могли бы вы приклеить ее на место?

Камилла мгновенно вскочила. Все опасения тотчас были забыты, и она подошла к нему, чтобы осмотреть рану.

— И правда, вам надо быть поосторожнее, — принялась она выговаривать ему. Но потом обрадованно заметила, что отклеился только угол повязки. Нежными пальцами она приклеила его на прежнее место. — Разве доктор не предупредил вас, что повязку нельзя мочить?

— Да, сестра, предупредил. — Он повернулся к ней. На лице появилась лукавая, поддразнивающая ухмылка. И временно исчезнувшие опасения Камиллы обрушились на нее с новой силой.

Каким-то образом она позволила загнать себя в крохотный угол рядом с дверью. И массивная, угрожающая фигура Росса со всех сторон закрыла ей выход. Камилла была буквально прижата к нему. Она вдыхала его пьянящий мужской запах, ощущала пульсирующий жар. И вдруг поняла, что дрожь сотрясает все тело, ноги словно растаяли и потеряли способность двигаться. Дыхание с трудом вырывалось из груди, а сердце стало огромным, как футбольный мяч.