Алхимик в Пустыне - Туулли Лана Борисовна "Lana Tuully" - Страница 11

— Когда она рассказывает свои сап… сопс…

— Сапиенсологические, — подсказал относительно трезвый алхимик.

— Их, — утвердительно качнулся вместе с креслом Клеорн, — теории, у нее на щеках появляется румянец. Нежный, как цветок яблони. А глаза блестят, как в чаще леса — браконьерские капканы после дождя…

— Должно быть, та еще красотка, — подвел итог Октавио.

— Кто, милый? — уточнил заботливый, трепетный голос, раздавшийся от порога.

Октавио подскочил, мгновенно протрезвел и представил спустившейся после разговора с хозяином Башни принцессе Ангелике их теплую компанию.

— Да вот мы тут сидим, обсуждаем сердечные дела этого… вот его, — показал Громдевур на страдающего сыщика.

— Инспектор Клеорн! Министерство Спокойствия, отдел сыска и тайных расследований! — браво подскочил ответственный служащий.

— Должно быть, очень чувствительная история, — ответила Ангелика. — Уверена, что как-нибудь потом инспектор расскажет тебе ее счастливый финал. А пока нам пора поблагодарить хозяев за гостеприимство.

— Ваше высочество, — согнулся в глубоком поклоне Фриолар.

Ангелика — сегодня она была царственно хороша в нежно-голубом платье, освежающем ее неброскую красоту, — милостиво разрешила секретарю волшебника проводить их с генералом до порога. А Клеорн продемонстрировал, что не зря министр Спокойствия поручил ему сопровождать принцессу в ее визите к потенциальному преемнику на посту патрона Министерства Чудес — он мгновенно протрезвел и поспешил следом, успев исчезнуть в том же сером облачке телепортирующего заклинания, которое перенесло Ангелику и Октавио обратно в Талерин.

— Да, только ее высочество способно просидеть полчаса у постели немощного больного, уверенная в том, что на двадцать девятой минуте разговора с ней ему обязательно станет лучше. Ну-с, — потирая руки, объявился в гостиной Вига последний из членов официальной делегации — мэтр Фледегран. — О чем вы тут секретничали с Громдевуром? А, пили вино? Должно быть, из старых запасов душки Вигги!.. Помню, дружил он с эльфами, они ему и виноградные лозы под стенами Башни выращивали, и апельсины на окрестных соснах вскармливали…

Придворный маг, если верить случайным обмолвкам работодателя Фриолара, был молод четыреста лет назад, когда сам Виг уже имел бороду до пояса и солидное количество седины в всклокоченной шевелюре. Но до сих пор мэтр Фледегран выглядел чуть старше сорока лет — аккуратная эспаньолка, которой он обзавелся относительно недавно, лет тридцать тому назад, придавала магу вид элегантно-загадочный; мантия была темно-лиловой, с золотой вышивкой, темные глаза глядели внимательно, надменно и чуть устало — увы, слава воспитателя подрастающих детей короля Гудерана, давалась Фледеграну недешево.

Он столько раз ловил себя на мысли, что от этих детей, особенно от малолетнего принца, натерпелся больше неприятностей, чем во время сражений со случайно оказывающимися в Кавладоре демонами… Он так рассчитывал, что сможет разделить груз ответственности за экзаменуемых Министерством Чудес учеников магов со старым приятелем, то есть Вигом! Эх, какие бы они эксперименты замутили на двоих, если бы резервы Охотничьего замка оказались в их полном бесконтрольном распоряжении!..

— Неужели Виг действительно так болен? — закончил мэтр Фледегран перечисление блестящих перспектив, ожидающих магистра магии Крыла и Когтя на высоком посту.

Фриолар, расставляющий в буфете графины с остатками вина, пожал плечами.

— Вы же его видели. Когда поднимались с ее высочеством в апартаменты мэтра.

— Да-да-да, — спохватился Фледегран. — Видок, конечно, отвратный. Эта вылезшая бороденка, серые круги под глазами… Жаль, конечно, что целительство — не моя специальность, уж я бы с диагнозом не прогадал…

— Но разве вы не прославились при короле Лораде Восьмом как несравненный специалист по изготовлению волшебных оздоравливающих эликсиров? — уточнил Фриолар.

— Да-да, — спохватился Фледегран. — Было дело. Но, как говорят адепты Премудрой Праматери Прасковии — не издевайся над здоровьем ближнего своего… Особенно если он симулирует, а значит, может почем зря сопротивляться и надавать магических тумаков…

Так как секретарь Вига не отреагировал и на эту многозначительную фразу, придворный маг решил сменить тактику:

— И давно это с ним? В смысле, буквально неделю назад Вигги бегал, как клюнутый цаплей выхухоль…

— Четыре дня назад, — объяснил Фриолар, — мэтр несколько перетрудился, пробуя новое заклинание.

— Говоришь, перетрудился-переколдовался… От такого и умереть недолго, — пробормотал Фледегран. — Но это если не лечиться, а хворать Вигги не любит, значит, если сюда загнать какого-нибудь специалиста, он сразу Вига поднимет на ноги и тогда…

— Мэтр уже вызывал местного целителя, брата Андре из Флосвилля. Брат Андре считается чудотворцем, когда-то он прошел стажировку в Талерине при Обители Премудрой Праматери Прасковьи, и все жители Чудурского Леса в восхищении от творимых им чудес. На почве выздоровления, — уточнил Фриолар, если вдруг волшебник его не понял. И, чтоб придворный маг понял, насколько серьезно намерение мэтра Вига покончить с земным этапом своего существования, добавил: — А еще мэтр составил завещание.

— Завещание?! — Фледегран подпрыгнул от удивления. Осмотрелся по сторонам, сотворил вокруг них с Фриоларом магический полог тишины и, понизив голос, спросил: — И ты, разумеется, знаешь, что в нем?

— Да.

— Тогда к немытым оборотням это Министерство с его доморощенными Чудесами! Рассказывай, дружище. Ведь наверняка Виг не забыл старого собутыльника Фледеграна в своем последнем распоряжении…

— Я не должен об этом распространяться…

— А я не должен показывать плохой пример и превращать людей почем зря в тыквы! Давай, не томи.

— Вам, мэтр Фледегран, мэтр Виг действительно оставил…

— Свою лабораторию, лабораторию! — скрестив пальцы на удачу предположил-выкрикнул волшебник. — И все находящиеся в ней образцы!

— Нет, мэтр. Тройного Оракула, — и алхимик указал на крокодильчик с плотно завязанными пастями.

— Тьфу, — плюнул придворный маг. — Виг всегда отличался характером хоря чернокнижника смеющегося(6)… А кому ж тогда он завещал всё это роскошество? — волшебник показал на зуб нарвала и прочие раритеты.

— Разумеется, своей семье.

— Ах, да, у него же когда-то были жена и две дочери. Только они ведь наверняка умерли…

Тройной Оракул, внимательно слушающий разговор людей, энергично задвигал тремя связанными мордами, показывая, что где-нибудь хоть одного наследника Вига да сыскать можно.

— Ну, тогда ладно, — сдался Фледегран. — Действительно, это будет верхом глупости — поменять Ангелику на Вига, а через неделю оплачивать его похороны, потом всем Министерством разбираться с его наследниками, имуществом, Тройным Оракулом… о боги, до чего ж эти крокодилы противны! — воскликнул напоследок придворный маг, удаляясь из гостиной.

Проследив, как последний из неожиданных посетителей телепортировался из Башни, Фриолар оставил в покое буфет и его содержимое и со всех ног рванул на второй этаж.

— О, как я страдаю… — хрипел старческий голос откуда-то из недр огромной кровати с пыльным, траченным молью балдахином. — Прочь, Смерть! Тебе меня не одолеть! Выходи и сражайся, как подобает мужчине!.. Или ты женщина? Тогда место тебе на кухне, будешь печь мне блины и заправлять их малиновым вареньем!..

С ложа вылетела маленькая шаровая молния и пролетела над головой алхимика.

— Это я, мэтр, — предупредил Фриолар. — Все уже ушли, так что можете выходить.

— Ты один? — уточнил Виг, вылезая из-под одеяла.

— Да, мэтр. Все в порядке.

— Фледегран поверил?

— Что вы при смерти? Не очень. Но, кажется, известие о вашем завещании его убедило.

— Отлично.

Виг спустил с кровати тощие ноги в полосатых чулочках, сорвал фальшивую бороду, повязанную поверх настоящей — ухоженной, пушистой и белоснежной. Вытер испачканное сажей лицо, накинул поверх длинной ночной сорочки мантию, достал из-под подушки вязаный колпак и взял в старческие сухие руки посох, который ожидал своего часа, прислоненный к столбику кровати.