Алхимик в Пустыне - Туулли Лана Борисовна "Lana Tuully" - Страница 128

Однако Матушка Ш-ш и тут оказалась змеей нестандартной. Когда-то ей повезло угоститься каким-то гробоискателем со связкой амулетов, и с тех пресмыкающееся научилось использовать три своих мозга с максимальной эффективностью, то есть видеть призраков и сочинять анекдоты. Пока чувство юмора в полном объеме прорезалось только у средней головы, но старушка не отчаивалась и надеялась лет через двести-триста исполнять юмористические куплеты на три голоса.

— Куды шпешишшь… — шипела Матушка Ш-ш, разворачиваясь в сторону улепетывающей добычи. — Подошди…

Из-за размеров Матушки процесс развертывания происходил неспешно; когда же многочисленные кольца длинного, толщиной с корабельную сосну, тела освободились, змея стремительно бросилась в погоню, постоянно наталкиваясь на стены лабиринта — увы, ослепла она еще лет пятьсот назад. О-хо-хо, старые мои чешуйки, вздохнула матушка Ш-ш.

Оповещая о приближающейся опасности, гномка не жалела легких. А так как опасность двигалась быстро, то и сапоги жалеть не имело смысла. И Напа спешила изо всех сил, петляя, уворачиваясь, виляя, перепрыгивая и быстро-быстро топоча по каменному крошеву. Огромная белая змея следовала за гномкой, иногда теряя добычу, но тут же обнаруживая ее — по активно распространяющимся звуковым колебаниям.

Впереди мелькнул свет. Для Напы. Причем в самом печальном из смыслов. Для Матушки Ш-ш гораздо большее значение имел запах — кроме маленького «благоухающего» сталью и порохом тельца воздух сообщал о присутствии еще двух крупных животных, одно из которых имело привычку пользоваться цветочной водой для умывания. Отлично, нет повода трем головам ссорится, кому достанется честь проглотить лакомый кусочек…

— А-ааа! — кричала Напа.

А эти два человечека стоят себе, обсуждают, как всегда, вопросы мировой Алхимии, и не делают попытку как-то справиться с громадной цинской клятой трехголовой гадиной! Она же Напу съест!!! Ааа-аааааа!!!

— У нашей храброй гномки просто талант везде отыскивать мраморные скульптуры, — проворчала Далия — из-за того, что приходилось вглядываться в темноту подземелья, она смогла увидеть лишь белый силуэт, следующий за гномкой по пятам.

— Нет, у нее талант везде находить домашних питомцев, — сердито нахмурился Фриолар, весьма недовольный тем, что старые друзья не сообщали ему о пушистой кошачьей особи, которую мэтр Виг разыскивал с прошлой осени.

А потом оба алхимика распознали три головы Матушки Ш-ш.

— Бгмпл! — издала сдавленное бульканье Далия.

Фриолар действовал молча.

Амулет с заклинанием "Ледяная горка", как и следует из его названия, покрывает любую поверхность идеально ровным и гладким замороженным «стеклом». К тому времени, как Далия, громко стуча зубами и каблучками, достигла противоположного края пещеры, Матушка Ш-ш уже сумела ощутить на себе все последствия злодейского применения магии: почувствовав под животом холодную скользкую поверхность, она не успела затормозить и полетела, сворачиваясь узлами — до тех пор, пока не врезалась в каменную стену. Первой финишировала правая голова, прикусив свешивающийся между зубами длинный язык; средняя и левая головы врезались в правую.

— Вот окаянштво… — вздохнула Матушка Ш-ш, обнаруживая, что ее тело завязалось в дюжину прочных узелков.

— Фри-Фри, — осторожно подала голосок Напа. Фриолар как подхватил ее, так и нес под мышкой, грозно сопя под весом упитанного гномьего тельца. — Фри-Фри, я лопату где-то потеряла… Давай за ней вернемся, а?

Молодой человек не ответил. Он спешил за Далией, которая ставила рекорды ильсияриады, лихо преодолевая препятствия, беззвучно (то есть без своих обычных диких воплей) пронзая паучьи ловушки и без стеснения ступая… Фриолар нахмурился: очередной «камушек» вдруг показался ему подозрительным. И точно, стоило Далии по нему пробежать — из стационарного амулета, спрятанного в полу тоннеля, материализовалось страшное создание, похожее на огромного пса. То, что оно состояло из сгустка эктоплазмы, не уменьшало его опасности, но усиливало распространяемую огори-иэ(42) ауру ужаса: гигантский "сторожевой пес" завыл, подняв к потолку брылястую морду, царапнул камни когтистыми лапами и бросился вдогонку за Далией.

Фриолар на секунду притормозил, избегая столкновения с кошмарным существом, но оно, похоже, им не заинтересовалось. Активизировала действие амулета женщина, вот за ней оно и бросилось в погоню…

— Догонит, не догонит? — задумчиво спросила Напа.

Как раз в этот момент Далия рискнула посмотреть, что случилось с ее компаньонами. Обернулась, увидела за спиной огромную полупрозрачную собачью пасть с клыками в пять дюймов высотой и вдруг развила скорость, доселе недоступную ни одному гномьему механизму.

— Нет, не догонит, — авторитетно высказалась гномка, припомнив, как происходили испытания самоходной вагонетки, изобретенной ее братом Нумуром.

Фриолар поберег дыхание и свернул в тот же тоннель, что и Далия с огори-иэ. Погонять чудовище по коридорам — идея неплохая… Но вот как с ним справиться? При условии, что магией его не возьмешь…

Хотя, если Далия продолжит двигаться в таком темпе… они доберутся до Абу-Кват всего за три дня. Интересно, с отстраненным любопытством подумал Фриолар, — если бы алхимичка лично участвовала в состязаниях чудовищ, как бы оценили пелаверинские букмекеры ее шансы стать Покровителем следующего Года?

Тот же день, дом мэтра Вига и прилегающая таверна "Песчаный Кот"

Пробуждение инспектора Клеорна пришлось на тот час, когда люди обычные подумывают, а не прикорнуть ли им часок-другой после забот и хлопот, случившихся за утро. Впрочем, у сыщика было оправдание и объяснение столь несвойственной ему сонливости — парадный ужин у судьи Раджа затянулся до утра. Угощение, вино, прекрасная музыка, задушевные разговоры, которые случились у Клеорна с господином Иолинари, приятное открытие, что есть в глуши эмиратских пустынь умные, образованные люди…

Клеорн сладко потянулся, открыл глаза и увидел странное зрелище. Думая, что зрелище является следствием не до конца развеявшегося сна, Клеорн фыркнул, энергично потер лицо, зевнул, снова посмотрел… Шесть енотов, сочувствующе склонившихся над ним, призрачнее не стали. Более того, один из зверей осторожно схватил Клеорна за нос, а второй положил лапку на лоб. И столько заботы было в выражении их…э-э… морд, что целители из Ордена Праматери Прасковии смело могли зачислять их в свои ряды.

Рядом раздался стон. Отважившись повернуть голову (еноты заботливо ее поддержали), Клеорн обнаружил, что лежит на деревянной лавке в каком-то доме с узкими окнами, защищенными узорчатыми ставнями, высокими потолками, лестницей, уводящей на верхний этаж; а на соседней лавке, укрытый полосатым ковриком, почивает мэтр Лео.

Вокруг него сидели не еноты, а белочки.

Сыщику только и оставалось, что с легким стоном закрыть глаза и вернуться в уютное тягучее полусонное состояние.

— Ну, и долго вы будете изображать умирающих? — с насмешкой спросил чей-то голос.

Мэтр Лео пошевелился и прохрипел:

— Лот, умоляю… Или добей, или наколдуй рассолу…

— Ага, как ходить по гостям, так Лот оставайся, а как спасать от последствий вечеринки, так Лот, дай рассолу!

При приближении мага еноты и белки разбежались по углам; Лотринаэн коротко шепнул исцеляющее заклинание, и по лицам обоих страдальцев стало распространяться выражение похмельной нирваны.

— Между прочим, господин инспектор, утром для вас доставили письмо от господина Иолинари. На словах посыльный передал, что для этого достойнейшего слуги местного Закона вчерашний вечер тоже не прошел даром. И хоть всем в Ильсияре известно, что Иолинари ведет исключительно трезвый образ жизни, на малосольных буренавских огурчиках и пентийских омарах (не которыми триста лет грозится править эмир Джава, а обычных, с клешнями и лимонным соусом), он попался. Недееспособен как минимум двое суток. А еще к вам, господин Клеорн, пришли наши кавладорские жалобщики.