Алхимик в Пустыне - Туулли Лана Борисовна "Lana Tuully" - Страница 131

А зелье, которое порекомендовала ему Кассандра-Аурелия, все-таки действует. Иначе скорость передвижения существ была бы совершенно иной, — подумал Бонифиус. И улыбнулся второй раз — явно предвкушая солидную прибыль. Если у сеньоры де Неро выгорит и вторая часть их комбинации… Пожалуй, девушку надо будет поощрить. Она честно заслужила право стать личным представителем фрателлы Раддо.

Интересно, а на главного ллойярдского монстра усыпляющее зелье подействовало? Что-то не видно его бурой уродливой морды…

Господин Раддо наклонился к зеркалу, высматривая джорта. И тот, будто почувствовав взгляд человека, вдруг явился во всем своем уродстве: полуящер-полугоргулья упал откуда-то сверху, оставив глубокие царапины в скале, за которую задел левыми лапами; щелкнул острыми конусовидными зубами на гидру, рыкнул и сделал прыжок — сжавшись, как пружина, и толчком отправив в очередной полет свое массивное тело.

— Вот собаки! — выругался фрателла. — Учудил мэтр Мориарти, так учудил! Знать бы, как нейтрализовать эту тварь!

— Да уж, будет непросто с ней сладить, — раздался скрипучий старческий голос.

Фрателла отвлекся от занимательного зрелища, передаваемого зеркалом, и вспомнил по чьей просьбе и ради чего явился в Хетмирош.

— Доброго вам вечера, достойнейший господин Кадик, — поздоровался Бонифиус.

— И тебе, чужеземец, тоже доброго вечера. Любуешься на монстров? — постукивая посохом, Кадик прошел к креслу, расположенному напротив огромного зеркала.

— Зрелище достаточно любопытное и определенно неожиданное, — признался Бонифиус.

— Сейчас я покажу тебе еще более занимательное зрелище, — волшебник пристукнул посохом, и волшебная поверхность отразила совершенно другой вид. А именно — показала несколько десятков человек, кентавров и гномов, с видом целестремленным и вдохновенным карабкающимся по скалам и барханам Великой Пустыни. Повинуясь слову мага, волшебное стекло переместилось, и стало ясно, что путешественников среди песков ненамного меньше, чем существ-претендентов. Кто-то спешил сразу к старому руслу Дхайят, чтобы морально поддержать своих питомцев на второй половине пути. Кто-то, например, маги из Иберры, телепортировался в условленные точки, опутывая ближайшее пространство линиями заклинаний…

— Жаль, что Мориарти и его ближайшие помощники никогда не ленятся ставить вокруг себя защитный полог… — пробормотал эльджаладец.

— В таком случае, рад сообщить, — откликнулся Бонифиус, — что моим помощникам удалось заметить отбытие мэтра Мориарти из лагеря участников. Сегодня утром, около девяти часов утра, пока все остальные мучились похме… э-э…

Попытки пелаверинца быть дипломатичным вызвали у волшебника перхающий, буквально рассыпающийся горстями серой пыли смех.

— Да не трудись, варвар! Как будто я не знаю, что все, удостоившиеся вчера приглашения в дом сиятельного господина Раджа, сегодня утром маялись похмельем! Хе-хе! Еще бы вам не маяться, когда девочки столько вин, деликатесов и зелий на вас извели…

— Э-э… — фрателла догадался, что упустил из виду какой-то из аспектов национального гостеприимства. — «Девочки»?

— Подружки моей двухсотой жены. Конечно, пришлось пообещать им, что их мальчишку не турнут с тепленького местечка судьи, но сделка того стоит! Готов поставить косточку от финика против своего лучшего голема — слушая, как пищит лиственную бредятину выскочка-эльф, вы и думать забыли о том, что происходит с вашими конями, псами, кошками, скелетами и самодельными уродцами в Пустыне… Хе… хе…

Бонифиус потер переносицу. Что называется, «приплыли»… Какой интерес Кадику ибн-Самуму вмешиваться в ход состязаний, когда от Эмирата не заявлено ни одного — ни одного! — существа-претендента?

Хмм… или Бонифиус Раддо упустил какой-то фактор в своих планах на победу?

— А куда делся эльф? — неожиданно спросил Кадик. Взгляд его темных глаз пронзил Бонифиуса, как шампур — ягненка.

— Насколько мне известно, утром мэтра Пугтакля в лагере не было видно, — осторожно, тщательно подбирая слова, ответил пелаверинец.

— Это вовсе ничего не значит, — и волшебник звучно стукнул посохом. На этот звук откликнулся ученик Кадика, который с поклоном спросил, чем может помочь почтеннейшему учителю. — Далхаддин! Принеси сюда браслет с обсидианом!

Через секунду Далхаддин, повинуясь указанию наставника, предложил Бонифиусу Раддо украшение — тонкую золотую полоску с вплавленным вулканическим стеклом. Золото было покрыто тонкой вязью магических рун.

— Что это?

— Если вы захотите вдруг известить меня — скажем, вашим людям удастся обнаружить Мориарти, или отследить прыжки эльфа по ближайшим оазисам, вам достаточно будет приложить этот браслет к губам и прошептать нужные сведения. А возможно, вам захочется узнать, какие шансы у вашей лошадки — я ведь ничего не путаю, именно лошадки? — договориться с Судьбой и заручиться ее благорасположением…

— Понятно, — Бонифиус сунул артефакт в карман камзола, — Я уже говорил вам при нашей личной встрече в конце прошлого года, и счастлив повторить свои слова сейчас: в лице консорциума "Фрателли онести" все маги Хетмироша могут рассчитывать на взаимовыгодное сотрудничество.

— Я знаю, — усмехнулся улыбкой высохшей мумии почтенный волшебник. — Потому уверен, что вы захотите продолжать наше сотрудничество еще очень долго… Кстати, может быть, в рамках достигнутой договоренности вы не сочтете за труд оказать небольшую помощь моему ученику? Он еще не очень хорошо разбирается в ваших варварских сделках и диалектах — может, кто-нибудь из ваших помощников подскажет ему, как нанять для конфиденциальных услуг нескольких крепких ребят? Можно — людей, можно — троллей, но обязательно здоровых и сильных.

— Нет ничего проще, — ответил Бонифиус, пряча недовольство — вот еще! Он, один из "честных братьев", сейчас будет бегать, задрав хвост, по Ильсияру и окрестностям, нанимая брави для какого-то замороченного ученика! — Могу ли я, в свою очередь, попросить вас об ответной услуге?

— Ну, давай, что у тебя?

Пелаверинец достал из кармана небольшой молоточек — если бы случайно его увидела бы Напа, она немедленно завопила о том, что честных гномов грабят все, кому не лень, и потребовала бы отчет от господина Вапути, почему он позволяет посетителям "Песчаного Кота" грабить жильцов дома.

— Мне нужно знать, где находится эта гномка и ее спутница, — попросил Бонифиус.

— Они… Хмм… — Кадик хмыкнул что-то, прошептал, покрутил молоточек, определяя ауру владелицы. — Я отправлю хальгастиаррна ее поиски. Могу сразу удавить ее чем-нибудь — так, чтоб заклинание дважды не активизировать, лишнего Силу не тратить.

— Нет, давить никого не надо, — спохватился Раддо. — Мне просто нужно знать, куда они направляются. Возможно ли, что ваше заклинание проследит, а потом вернется и мне расскажет, что да как?

— Подумаю, что можно сделать. Далхаддин, проводи нашего гостя!..

Когда через два часа Далхаддин вернулся в Хетмирош, Кадик ибн-Самум по-прежнему сидел перед волшебным зеркалом, листая фолиант с заклинаниями и исходя черной злобой и язвительно комментируя каждый шаг существ-претендентов. Те, должно быть, чувствовали исходящие от колдуна эманации, поэтому и спотыкались через три минуты на четвертую.

— Я выполнил ваш приказ, господин. Что мне нужно делать с этими наемниками?

— Сколько их?

— Как вы и приказывали, господин — семеро. Три человека, четыре тролля — они нанимались всей ватагой.

— Отлично. Подай мне тот, другой посох.

— Другой?! — удивился Далхаддин. По счастью, маг сосредоточился на чтении заклинания и не заметил вольности своего ученика.

«Другим» посохом Кадика ибн-Самума был предмет, которым ни Далхаддин, ни любой другой маг из Хетмироша, не желал бы получить по шее. Обычный посох — "на каждый день", — был всего лишь деревянной палкой, за долгие годы использования поднабравшейся магической Силы. А вот «другой»…