Алхимик в Пустыне - Туулли Лана Борисовна "Lana Tuully" - Страница 177

Гора вздрогнула. Глухой звук удара — где-то внутри, в каменной толще, заставил стены завибрировать.

— Это не я! — закричала Напа, демонстративно показывая, что ничего не успела сделать.

В ответ на нее с потолка посыпался пыль, щебень и каменные плиты.

Царство мёртвых. У стен Золотого Города

— Привет, — раздался в темноте едва различимый шепот. — Ты не представляешь, как я рад нашей встрече!

Далия отпрыгнула в сторону, огласив подземелье оглушительным воплем.

— Тише, тише, — проговорил неизвестно откуда взявшийся мужчина. Мэтресса нахмурилась — что-то в этой голодной, жилистой, сальной физиономии показалось ей знакомым… — Зачем так кричать? Всё равно ведь никто не услышит…

Запаниковав, мэтресса Далия схватилась за сумочку — может, там найдется какое-нибудь оружие? Или… где-то здесь было… как же…

— Что-то потеряла, а, красавица? — издеваясь, предположил пелаверинец. Он наставил на Далию арбалет и, улыбаясь, объяснил: — Увидел, как твоя ненормальная гномка забыла его в колодце, и подобрал — чего зря хорошая вещь пропадать будет. Что, боишься?

— Ну, в принципе…

Свет магических надписей разгонял полумрак, концентрируясь на металлических заклепках и плечах арбалета. Мэтресса посмотрела на кончик стрелы — из тех, что Напа настрогала, позаимствовав полено у мэтра Карвинтия, — и нервно сглотнула.

— А, собственно, чего мне бояться, — принялась вслух размышлять алхимичка. — Я до сегодняшнего дня думала, что нежити боюсь, а теперь, пообщавшись с милым, добрым царем Эпхацантоном… Вы с ним уже успели познакомиться?

— Нет, я решил сначала разобраться с тобой, моя прекрасная дама… А что это ты нахмурилась? Что, уже успела меня забыть?

— Конгресс алхимиков-натурфилософов в Анжери? — попыталась уточнить Далия. Где же она видела этого сального типа? — Или прошлогоднее заседание Ллойярдской Алхимической Ассамблеи в Уинс-тауне?

— Нет, я так далеко не забирался… Бери ближе…

Он сделал шаг навстречу — и Далия осторожно отодвинулась назад. Буквально заставляя себя отвлечься от наконечника стрелы — чего на него смотреть? Обычная вещь, нисколько не агрессивная, даже не очень опасная! — мэтресса бросила короткий взгляд по сторонам. Сейчас она стояла спиной к перилам, на галерее, которая располагалась на высоте плеч гигантской древней статуи. А незнакомец (или, все-таки, знакомец?) только что спустился по лестнице. Он щурится, глядя на тусклый огонек амулета-подсветки — как-то сомнительно, чтобы археолог, собравшийся исследовать тайны повелителя Империи Гиджа-Пент, не позаботился о таких мелочах, как осветительные приборы, лупа, мешок для образцов, блокнот для записей… Он совершенно не похож на алхимика! Хотя, если нарядить его в черную мантию… Далия прищурилась, совмещая облик незнакомца и классическое одеяние алхимика — и вспомнила.

В висках застучало, а ноги стали ватными. О боги! А инспектор Клеорн говорил, что его отправили на каторгу в Тьюсс!

— Неужели симпозиум в Филони? — решив прикидываться беспамятной дурочкой, пока это возможно, Далия округлила глаза и вроде как невзначай сделала еще один шаг в сторону, увеличивая расстояние между собой и убийцей. — Может, вы хоть подскажете, какой отраслью Алхимии занимаетесь, уважаемый мэтр?

Хрумп довольно хохотнул:

— Да я, в основном, по золоту специалист…

— Тогда — практические семинары в Орбурне! — предположила Далия. — Или все-таки Триверн?

— Ближе, красавица, гораздо ближе… Ну, не вспомнила? Золотой Город я ищу, теперь-то кумекаешь, что к чему? А ну, хватит скалиться, говори, где он?! Говори, или я за себя не отвечаю!

Далия взвизгнула и бросилась бежать. Хрумп, потрясая взведенным арбалетом, с воплем кинулся за ней.

Не тут-то было! За последние дни мэтресса, хоть и порядком утомилась, привела себя в отличную физическую форму, и испуг лишь усугубил ее состояние. Она бежала, легкая, как птица, перепрыгивая через две-три ступеньки, вниз, к постаменту статуи…

— Не уйдешь! — закричал Хрумп, преследуя девушку на расстоянии в десяток шагов.

Далия добежала до низа пещеры, заметалась в поисках выхода…

— Ага! Попалась! — рассмеялся вор. Он наставил на нее арбалет, прицелился — пусть с расстояния в дюжину локтей поиск цели был чистой формальностью…

И тут клятая алхимичка бросила в него настоящий огонь!

Хрумп инстинктивно отшатнулся, прикрывая лицо, и только потом понял, что огнем был амулет-подсветка — потом, когда кристалл жалобно хрустнул под его сапогом. Завопив от ярости, пелаверинец попробовал догнать хитрую кралю — та бежала наверх, перепрыгивая через ступеньки, огибая огромную мраморную статую, приближаясь к светящейся волшебным светом галерее…

— Стой, паршивка! — закричал Хрумп, нажимая на спусковой крючок.

Самодельная стрела полетела вверх, но не в алхимичку — ее уже не было в том месте, куда целился пелаверинец, — а в темный шар, который держала в руках мраморная статуя.

Глаза Хрумпа расширились от удивления: от легкого прикосновения стрелы шар вспыхнул многоцветной радугой, показывая сокровище, таящееся внутри.

Вторую стрелу пелаверинец выпустил, специально целясь в хрустальную сферу — в глупой, самоуверенной надежде, что сможет расколоть толстый слой стекла и тем самым добраться до Золотого Города. Мэтресса Далия и жгучее желание поквитаться с ней за арест, суд и несостоявшуюся каторгу в болотах Тьюсса были забыты. Остались только Хрумп — и золото.

Золото — и Хрумп.

Наверное, их встреча была предопределена Судьбой.

Далия добежала до галереи и рискнула посмотреть назад. Ее преследователь поднялся приблизительно на три четверти высоты статуи и теперь изучал вытянутую руку Тиглатпалассара. Зачем?

— Эй, что ты делаешь?! — ужаснулась она, увидев, как Хрумп, на время прекративший стрельбу из арбалета и отправивший оружие за плечи, набрасывает на мраморную длань самодельную веревку, составленную из пояса и ремешка сумки.

— Я должен сковырнуть кусочек на память, — заявил пелаверинец. — Иди, помоги!

— Ты с ума сошел?! Это же памятник древней цивилизации!

— Это восемьдесят лет безбедного существования, ежедневная выпивка, жратва, которую ты ешь сам, а не подъедаешь за каким-то самодовольным псом, дом на Бурдючной улице и пожизненное членство в "Фрателли онести". Иди сюда, скотина… — последняя фраза адресовалась шару с Золотым Городом.

Хрумп сумел зацепить веревку за мраморный палец колосса, потянул на себя… еще… еще…О чудо! Едва заметная трещинка, образовавшаяся столетия назад, вдруг разошлась, увеличиваясь и углубляясь… Войдя в раж, вор перепрыгнул на статую и стал пинать поддающийся обломок, одновременно пытаясь сдвинуть с места хрустальную сферу четырех локтей в диаметре.

— Стой! Не делай этого! — закричала Далия, представившая, чем может закончиться подобный эксперимент.

В ответ Хрумп ощерился, как волк, перекинул из-за спины арбалет и выстрелил прямо в Далию.

Та с писком отшатнулась прочь и бросилась бежать — навсегда покидая подземелье. Хватит с нее открытий!

Стрела же улетела под потолок… зависла на долю секунды… а потом устремилась вниз.

Ее удар был несильным, совершенно безопасным, и вряд ли бы пробил даже бумажный лист, но он оказался последним в списке несчастий, рассчитанных древним скульптором.

Не успела обструганная веточка коснуться хрустальной сферы, как та покачнулась, сдвинулась и рухнула вниз. Вместе с человеком, который так стремился получить ее содержимое.

Удар сотряс пещеру. Золотой Город разбился на множество кусочков, разлетелся золотым подобием Млечного Пути. Хрумп вскрикнул — он упал плашмя, отбив живот, локти, колени… Постанывая, он попробовал подняться — и в сгущающейся темноте ему показалось, что статуя поворачивается и двигается по направлению к нему.

Но это было совершенно не так. Царь Тиглатпалассар вовсе не собирался тянуться к какому-то вору — лишенный груза, уравновешивающего тяжесть приделанных за спиной крыльев, он падал.