Алхимик в Пустыне - Туулли Лана Борисовна "Lana Tuully" - Страница 19

Так, вчерашний день худо-бедно прояснился.

Теперь осталось выяснить, что за гномы забрались в ресторацию. Не Айра — мастер из клана Моргенштерн рыжий, а эти какие-то разноцветные; и не Ньюфун — его-то голос Джоя успела выучить. А кто ж они…

— Госпожа, у нас имеется чеснок! — храбро выступил, прикрываясь мебелью, один из гномов.

— Э-э… отлично, — согласилась Джоя, — Значит, вы торговцы овощами?

— Ничего не понимаю, — повернулся храбрый гном к своим собратьям. — Разве человеческие вампиры едят овощи?

— Ну да. — подал голос тот, кто сидел под стулом. — Когда не могут раздобыть ничьей крови, они нападают на томаты и начинают ими закусывать… — гном очень достоверно изобразил хлюпающий звук, по его мнению, свойственный напавшим на помидорную грядку вампирам.

Мебель дружно затряслась.

— Нет, — решительно возразила Джоя. — Звук должен быть немножко другим.

И проиллюстрировала свои слова короткой акустической фантазией.

Издающая кольчужный металлический лязг мебель очень резво рванула к выходу.

Так как некоторое время назад Напа, добиваясь, чтобы ее жилище стало похожим на настоящую шахту, опустила пол в ресторации на несколько локтей ниже уровня мостовой, возле узкой лесенки, ведущей к выходу, возникла небольшая мебельная давка.

— Чауво приушли? — промяукал Кот, когда ему надоело наблюдаться за гномьей чехардой. — Гоувоурите, пока вас няу съели…

— Действительно, — спохватилась Джоя. — Если вы хотели видеть Напу, то вчера они с Далией отправились путешествовать.

— К Центру Земли? — сдавленно пробормотали семь трусливых гномов.

— Нет, так далеко они заходить не собирались, — покачала головой девушка. — Они хотели поехать в Эль-Джалад. Если нужно что-то передать Напе, то можете оставить — я обязательно сохраню до ее возвращения.

— А из Центра Земли порядочные гномы обычно не возвращаются, — пролепетал кто-то из-под стола. — Это только человеки возвращаются разными скелетами, зомбяками, вампирами… Представь, кем может вернуться гном, если продержать его под землей намного дольше обычного? Он же может быть голодным, как стая оборотней! И злым, как осиное гнездо после спячки!..

— Слышь, ты, — возмутилось кресло. — Еще одно лишнее слово про семью Нокса Кордсдейла — я тебе лично в пиво плевать буду!

Возникла некоторая сутолока, результатом которой стало шумное раздвигание мебели и семь голов, увенчанных шлемами, которые вдруг возвысились над уровнем столешниц.

— Одну минуту, госпожа! — среди семи бород, повернувшихся на секунду к Джое, мелькнуло подобие улыбки.

Шлемы с глухим стуком сдвинулись, последовало несколько напряженных совещательных мгновений, потом самого храброго, самого высокого, а может, и самого невезучего гнома вытолкнули навстречу предполагаемой вампирессе.

— Дело в том, что у нас для госпожи Напы Леоне Фью из клана Кордсдейл есть небольшая посылочка.

— Нас их маменька послала! Сказала, раз уж мы все равно в Талерин топаем, надо ее выручить!..

— Посылка совсем-совсем небольшая, — с нервной фальшивой улыбкой лгал самый высокий (на целый дюйм выше остальных!) гном.

— Можете оставить, — еще раз повторила Джоя.

— Вот, — положил запечатанное письмо на ближайший стол парламентер. — А остальное мы принесем. Сейчас. Минуточку!

Шесть гномов бойко выскочили на улицу и практически тут же вернулись, волоча объемистый сверток, закутанный, как древняя мумия, в бесчисленные слои серой грубой ткани.

— Это оно. Послание, — уточнил храбрый гном. — Ну, мы всё передали, так что — мы пошли, да?

— Может, останетесь на обед? — нерешительно предложила Джоя. Напа очень часто повторяла эту фразу, и, что характерно, мало кто отказывался.

На этот раз после столь привычной для стен "Алой розы" реплики последовал неожиданный эффект: храбрый гном подскочил, как медведь, укушенный нерестящимся лососем, и выскочил за дверь, едва не снеся ее с петель. Его приятели последовали за предводителем, опоздав всего лишь на доли секунды.

— Идиот! — донеслось с улицы минутой позже. — Ты должен был спросить с нее денег за доставку ценного груза!

— Сам дурак! — возразил храбрый, но удаляющийся голос, — Раз такой умный, иди и спрашивай!

— Погодите, постойте! — всполошилась Джоя, поднимаясь по лестнице. — Постойте!..

Но когда девушка вышла за порог, улица была пуста и безгномна.

Пожав плечами, Джоя вернулась в ресторацию. Кот, не теряя времени даром, осторожно обнюхивал принесенный сверток.

— Это Напе от ее мамы, — прочитала дацианка надпись на послании. — Вернется Ньюфун, ему передам, он будет знать, как распорядиться. Интересно, а это что?

Она осторожно постучала по свертку. Дальше произошло очень много событий. Во-первых, посылка, а это был достаточно солидный сверток, размером со среднего размера собаку, отозвалась глухим металлическим звуком; во-вторых, этот же металлический, как выяснилось, предмет вдруг утробно захрюкал и с кабаньим хоканьем резво двинулся в сторону Джои; в-третьих, Кот перепугался, неимоверно распушился и опрометью бросился искать спасения на стенах ресторации; а в-четвертых, посылочка, которой через обертку было не разобрать, атакует ее ЧБК или спасается бегством, рванула за напиным питомцем, громко стуча металлическими копытцами по дощатому полу.

Когда Ньюфун приблизительно в десять утра вернулся домой из полицейского участка, где провел беспокойную ночь, он, прежде всего, увидел два аккуратных свитка, оставленных почтальоном в ручке двери. Читая записку от братца Нэмба, Ньюф спустился в обеденный зал ресторации, мельком увидел Джою — девица зачем-то забралась на стол, где стояла, придерживаясь за потолочную балку, еще более бледная и похожая на печального, севшего на диету вампира, чем обычно.

— Ньюфун, как хорошо, что ты пришел! Ньюфун, пожалуйста, сделай что-нибудь… — жалобно попросила девушка.

— Сейчас сделаю, — тяжело вздохнул гном. — Айра уже отправился добывать стройматериалы, тут работы-то на четыре дня. Действительно, что ли, братьев вызвать, они помогут? О, а вот и письмо от Напы. Тебе привет, — сообщил он девушке, дочитав до конца, — Их похитили, они в совершенном порядке, и какие-то коты им, как всегда, роднее братьев. А насчет пороха в бочонке из-под пива я с ней еще поквитаюсь, — мстительно пообещал Ньюф, почесывая вмятину на шлеме. — Слышь, как тебя…

— Джоя.

— Джоя, а тут Напа пишет, что оставляет тебе деньги на расходы. А… — Ньюфун смутился. — Много она тебе оставила? Мне тут такой штраф выписали…

— Я всё отдам! — клятвенно пообещала девушка. — Всё! Я даже отдам серебряные серьги своей прабабушки! Только спаси меня отсюда!

Гном с удивлением посмотрел девушку.

— Что, эта часть потолка тоже просела? Я думал, что только кухня от взрыва пострадала…

Джое очень захотелось узнать, какой взрыв и чья кухня имеются в виду, но она, перепуганная и дрожащая, была вынуждена обратить внимание собеседника на более важные проблемы.

Тем более, что проблема, по-прежнему в обертке из крепкой ряднины, коварно подбиралась к Ньюфуну.

— Осторожно! — взвизгнула девушка.

Гном не успел — металлическая тварь подсекла его под коленки и принялась топтать, пинать и толкать.

Ньюфун взвыл, ругаясь, на чем свет стоит. Кот вторил ему с каминной полки. Джоя, пользуясь своим относительно безопасным, но крайне неудобным положением, принялась складывать для гнома поэтическую эпитафию.

— Свинья! Свинья! Кто прислал сюда эту мерзкую свинью! — орал Ньюфун.

Инспектор Клеорн, который зашел в "Алую розу" узнать, нет ли каких известий о путешественницах, услышал это оскорбительное высказывание и принял его на свой счет.

— Оскорбление слуги Закона, Порядка и Спокойствия, господин Кордсдейл? Это, между прочим, карается!..

— Инспектор! — со всего разбега прыгнул Ньюфун Клеорну на ручки.

Сыщик рефлекторно подхватил гнома. И тут же понял, что это было грубой ошибкой — весил достойный представитель орбурнского клана Кордсдейл как хорошая пушка.