Алхимик в Пустыне - Туулли Лана Борисовна "Lana Tuully" - Страница 37

— Ха, — самоуверенностью Далии можно было только восхищаться. Желательно — издали, потому как она обращалась со склянкой весьма беспечно. — А как объяснишь Вигу, почему вдруг бросил нас на произвол судьбы? По-твоему, он обрадуется, услышав, что из-за твоих капризов сорвался егоВеликий Эль-Джаладский Проект?

— Не беспокойся, — с ехидцей ответил секретарь волшебника, он же, по совместительству, кучер двух авантюристок. — Я расскажу в подробностях, как тебя взрывом разнесло на корпускулы.

— Может, хватит ссориться? — выглянула в окошко кареты Напа. — Вы же сами заставляли меня торопиться. Поехали!

— Нам надо замаскироваться, Напа! — прорычала мэтресса. — Так, чтобы на нас никто не обращал внимание! А у меня идеи, в кого переодеваться, временно закончились!

— Не волнуйся, — «утешил» алхимичку Фриолар, воспользовавшись ситуацией и выхватывая склянку из рук террористки от науки. — Ты можешь изображать хоть русалку, хоть рыцаря королевской гвардии, хоть мумию царя Эпхацантона — тебя, знаешь ли, легко вычислить по взбалмошным идеям и манере ведения допроса!

— Не допроса, а опроса. Научно-исследовательского, — буркнула Далия, лихорадочно прикидывая, а не попробовать ли образ зингской валькирии? Кольчуга есть, вот только как уговорить гномку ею поделиться?

— Далия, поехали! — еще раз попросила Напа. — Ой, смотри! Там какая-то буча поднялась! — показала гномка на внезапно оживившуюся толпу путешественников. — На нас никто и не смотрит! Поехали, Далия, воспользуемся моментом!

— И верно, — решила алхимичка. Фриолар тут же, не давая девушке опомниться, подпихнул ее внутрь кареты, захлопнул дверцу и быстро взгромоздился на козлы. — Там что, кого-то бьют? — полюбопытствовала Далия, пока карета разворачивалась, чтобы выехать на улицу.

— Да, кого-то в розовом платье, — присмотрелся секретарь волшебника.

— Тпру! Стоять! — через десять секунд завопила Далия. — У меня есть план!

Так как у Фриолара буквально на четверть секунды раньше мелькнула в голове та же идея, он послушался.

Похищение двух скандалисток, нарушивших работу телепортационной станции Луаза, прошло в великолепном стиле сочинений мадам Фелиции Белль. Когда богатырку в розовом сарафане, хлеставшую налево-направо растрепанной косой, приперли к стене, а у бабки в драной шубе онемел язык от слишком частого попадания по нему "челюстного оружия самообороны", появилась карета, разумеется, черная, и запряженная парой вороных лошадей. Мохнатый, черно-бурый конь взревел, красиво и качественно подражая рассерженному медведю; от второго коня, змеисто-изогнутого, с серебристым отливом гладкой шкуры, дружно шарахнулось в сторону всё собрание претендентов на звание Покровителя Года, перевозимое в корзинках и за пазухами путешественников. Воспользовавшись суматохой, кучер, чье лицо до глаз было закрыто почему-то не черным, а цветастым платком, очень ловко хлестнул кнутом, набросил на шею сопротивляющейся богатырки тугую петлю и таким своеобразным арканом подтянул ее к экипажу. Дверца распахнулась, и две кольчужные руки — одна, вроде бы, человеческая, длинная, а вторая короткая, как у гнома, — втянули деваху внутрь. Бабка выдала пронзительный крик шан-тяйских воинов-отшельников и с умопомрачительной скоростью запрыгнула следом. Вылетела в дверь с противоположной стороны, развернулась в полете, снова запрыгнула в карету, пролетела ее насквозь, вырвалась через первую распахнутую дверь, врезалась в стену, наконец-то потеряла скорость, сознание, голос и была благополучно втянута следом за дочерью.

Прежде, чем кто-нибудь успел опомниться, возница снова хлестнул кнутом, кони взяли быстрый старт, и очень скоро можно было видеть только столб пыли, поднявшийся за спешно удаляющимся от города Луаза экипажем.

IV. В поисках стога сена

5-ая ночь месяца Барса

Чудурский лес, Башня

— мурлыкал под нос почтенный мэтр, споро прихрамывая по лаборатории. В тиглях кипели выпариваемые жидкости, бурлило темное варево в серебряной чаше, украшенной лиственным орнаментом. Белки, еноты и верный Корвин, выполнявшие при волшебнике роль домашних питомцев, помощников по хозяйству и восхищенных зрителей (а иногда — и участников) магических экспериментов, — сидели по углам.

— Та-ак, отличненько, — радостно похвалил себя маг. — Пойдем готовить вторую порцию ездовых животных. Добровольцы? Где тут мои добровольцы?

Пушистые зрители шустро рванули прочь из лаборатории. Остался только Корвин, но и он предпочел перелететь с длинного лабораторного стола на самый высокий стеллаж.

— Что, нет добровольцев? Алхимия, почему нет добровольцев? А, он же поехал выполнять мое поручение, — щелкнул себя по лбу забывчивый маг. — Ладно, проведет среди зверья воспитательную работу, когда вернется. А пока обойдемся тем, что есть.

Подхватив котелок с зельем, Виг, покряхтывая, перебрался через подоконник единственного в лаборатории окна, откуда и пролевитировал вниз, под сень окружающих Башню лесных великанов.

— Фьють-фьють! — посвистел волшебник, подманивая какую-нибудь живность. — Выходите, а то хуже будет!

Из кустов очень осторожно высунули носы лисица, жук-переросток (размером с табуретку), кукушка, дятел и пара зайцев.

— Кто из вас быстрее бегает? — на секунду задумался Виг. Животные разом вздрогнули и приготовились демонстрировать свои умения.

Уффф, хорошо, что не понадобилось — маг очень быстро определился в своих желаниях и подхватил обоих зайчиков за уши.

— Сидеть, — велел он перепуганным ушастикам и указал пальцем на площадку перед Башней, на которой отпечатались следы множества шаровых молний, огненных взрывов и других последствий магических экспериментов. — Дозу, что ли, увеличить, чтоб волшебство покрепче взялось? А вдруг рванет, как в прошлый раз?

Зайцы, по счастью, не поняли, что речь идет о них.

Мэтр Виг покрутил кончик бороды, высчитывая тонкости будущего колдовства. Потом с сомнением полил каждого подопечного пятью ложками зелья, присыпал сухими травами, бросил горсть чего-то, похожего на сушеную гвоздику и семена кориандра, громко, с выражением, прочитал над трясущимися от страха серыми комочками заклинание и интересом истинного натуралиста принялся ждать результата.

Буквально сразу же зайчики начали трансформироваться. Их ноги изменились, стопы превратились в копыта, туловища изрядно увеличились, шеи вытянулись, появились гривы… Через несколько минут перед волшебником стояли два коня светло-серой масти — правда, маленькие, чуть больше кошки. Виг вылил на них еще по десять ложек зелья, прочитал еще одно заклинание, и «кони» стали медленно подрастать.

Велев енотам и белкам срочно обеспечить подкормку в виде морковки, капусты и чего-нибудь кроличьего, Виг ласково потрепал обоих «скакунов» за ушами — они так и остались чуть больше обычного.

— Подрастайте, касатики, — с умильной улыбкой попросил волшебник. — А я пойду, проверю, как там дела продвигаются…

Вернувшись в Башню, в свое любимое кресло напротив зачарованного зеркала, Виг пронаблюдал за тем, что происходит в городе Луазе. В частности, он с большим вниманием проследил за тем, как его личный алхимик, он же — секретарь с фырчаще-кошачьим именем, которого Виг пока не запомнил, расспрашивает у какого-то стражника, какие кавладорские маги уже переправились через Луаз в Эль-Джалад, а какие еще только собираются. Также была отмечена зрительскими симпатиями информация о том, каких гадов и монстров перегоняют в Эмират караванщики из Вечной Империи Ци — умница-секретарь потолкался на рынке, где торговали живностью.

Выяснение отношений между Далией и секретарем, и последовавшее сражение богатырской девицы с луазцами Виг смотрел, помирая со смеху. У него даже свалились тапочки, столь самозабвенно дрыгал ногами старый волшебник.