Свет пылающих теней - Эванс Крис - Страница 20

– Ну же, майор! Мы вступаем в город во главе войск Калагрийской империи. Нам необходимо продемонстрировать аборигенам свою мощь и в то же время показать, что мы уважаем их обычаи. Лошади плохо переносят здешний климат, поэтому мы явимся верхом на верблюдах. Это будет наиболее уместно.

«Наиболее уместно явиться на своих двоих, – подумал Конова. – К тому же твоим собственным ногам не взбредет в голову понести куда глаза глядят или сбросить тебя и наступить на грудь копытом!»

– Сэр, я хотел бы предварительно отправить в Назаллу несколько дозоров, дабы оценить обстановку.

Навстречу им высыпала стайка мальчишек и десяток предприимчивых торгашей-разносчиков, однако подобное происходит всегда, независимо от страны и хода военных действий.

– Мы ведь понятия не имеем, как местные жители настроены встречать входящие в город войска. А когда мы двинемся по улицам, мы будем со всех сторон зажаты домами. Это может оказаться ловушкой!

– Ну-ну, майор, выше голову! Как только мы прибыли сюда, я разослал официальное воззвание со сриксами Ралли. Все сриксы благополучно вернулись назад. Вице-король, несомненно, уже ждет нас.

От перспективы довериться еще одному вице-королю по спине Коновы пробежал холодок.

– Однако и ему никто не мешает с тем же успехом заманить нас в ловушку, – выпалил он, заранее, впрочем, зная, кто победит в споре.

– Ну что ж, пусть заманивают! Нас голыми руками не возьмешь. Если дойдет до серьезной драки, корабельные орудия без труда сровняют Назаллу с землей. Но, думаю, мы и без них справимся со всеми, кто может находиться в городе.

Конова хотел напомнить, что во время артиллерийского обстрела в городе могут находиться они сами, но не стал. Вместо этого он воспроизвел в памяти разговор с Висиной. Несмотря на извечное расхождение во взглядах, майор постоянно вспоминал ее слова. Например, она что-то там говорила о дипломатии.

– Да, сэр, – произнес он, – мы, несомненно, без труда их одолеем. Я, как и мои солдаты, весьма ценю ваше доверие. Однако, полагаю, нам все же стоит подумать о том, чтобы войти в город пешими. Показать бойцам, что мы рядом с ними, так сказать, наравне.

Принц в упор уставился на Конову и несколько секунд не отводил взгляда. Эльф ощутил себя с головой окунувшимся в грязь. Если это от дипломатии, ему, пожалуй, не хочется быть дипломатичным.

– Знаете, майор, вам, наверное, все-таки стоит преодолеть ваше отвращение к животным! Неужели, лишившись кончика уха, вы утратили естественную эльфийскую связь со всеми существами?

Рука Коновы едва заметно дернулась в машинальном порыве коснуться старого рубца.

– С Джиром я вполне нашел общий язык, – заметил он.

Необходимость оставить мохнатого спутника на цепи в фургоне Ралли крайне расстраивала Стремительного Дракона. Негодующие вопли заключенных в клетки сриксов долетали до его слуха, несмотря на расстояние более полумили.

– А, хищник, – произнес его высочество довольно сухо. – Да, я заметил. Скажите, майор, вы никогда не задумывались о том, что у вас куда больше общего с этим четвероногим плотоядным, чем с окружающими вас людьми? Не пора ли вам пересмотреть свои взгляды на жизнь?

– Это приказ?

Принц слегка призадумался.

– Полагаю, это не играет роли. Вы, майор, куда меньше похожи на эльфа, чем любой другой эльф, которого я видел в своей жизни. Наш гном и тот к природе ближе вас. Я начинаю думать, что вы воюете в первую очередь с самим собой, а уж потом с кем-либо другим. Включая меня.

Конова потерял дар речи. В словах принца содержалась изрядная доля истины. Он постоянно находился в состоянии войны, и никто не имел представления, какого рода битвы кипят в его душе. Кроме, разве, рядового Ренвара... Дальнейший ход мыслей эльфа прервало появление человека, похожего на огромный мяч, затянутый в мундир калагрийского дипломатического корпуса. С громким пыхтением толстяк подкатился к ним и замер перед верблюдом его высочества по стойке «смирно», однако тут же перегнулся пополам, натужно восстанавливая дыхание. При всех дальнейших попытках выпрямиться и заговорить тело его неизменно сотрясалось в судорогах удушья, и он сгибался в три погибели, упершись руками в колени.

Принца ситуация явно забавляла. Он не торопил вновь прибывшего, любезно предоставив ему возможность отдышаться. Конову разбирало любопытство.

– Майор Стремительный Дракон, позвольте представить вам благородного вице-короля и голос ее величества в здешних краях, Пимральда Альстонфара. Пиммер, поздоровайся с печально знаменитым железным эльфом!

Истекающий потом вице-король разогнулся, успел пожать Конове руку и вернулся в скорченное состояние. Принц расхохотался и покачал головой.

– Мы с Пиммером вместе учились в школе. По-моему, это не государственная тайна, так что вам можно знать. Поверьте, он уже тогда прославился своими подвигами. Но, увы, исключительно за обеденным столом!

Конова поверил безоговорочно. На самом деле, банальное «толстяк» выглядело совершенно неуместным. Ближе к истине подходило определение «жирная туша». Щеки Пиммера полностью закрывал расшитый галуном ворот мундира. Серебряные пуговицы, утонувшие в туго натянутой ткани, казалось, вот-вот разлетятся в стороны со скоростью мушкетных пуль. Сапоги перекосились, с трудом поддерживая массивную фигуру в вертикальном положении.

Жалость, шевельнувшаяся в душе Коновы, через мгновение растаяла. При назначении Пиммера на должность наверняка не обошлось без участия принца. В результате ответственный пост, вместо достойного и толкового кандидата, достался школьному приятелю царственного отпрыска. И именно он представляет интересы Калагрии на Просторах Хасхугеб, а значит, отвечает за благополучие бывших «Железных эльфов»! Остатки сочувствия утонули в нарастающем негодовании.

– Ваше высочество, умоляю, перемените свое решение, пока не поздно! – пропыхтел вице-король, сумев наконец разогнуться.

– Нет, Пиммер, все уже решено.

– Но, ваша светлость, устраивать в городе парад небезопасно! Тут не Келуин! Население беспокойно, ходят разговоры о мятеже! Вести о восстании в Эльфии и возвращении Звезды Сильры вызвали смятение умов. Люди ожидают, что следом за ней упадет Самоцвет Пустыни. Предсказатели по всему городу уже несколько дней пророчат его возвращение. Цены на чай за неделю подскочили втрое!

Про Самоцвет Пустыни Конова слышал впервые, но в целом находил логичным наличие у каждой Звезды местного названия. И если он когда-нибудь услышит про Звезду Холодного Пива и Теплых Баб, он сбежит в те края без оглядки.

– Что ж, Пиммер, значит, сейчас самое время угасить разгоревшиеся страсти. По правде говоря, я ожидал от тебя большего. У тебя ведь была не одна неделя, чтобы подготовиться к нашему прибытию. И чем ты занимался все это время, помимо того, что жрал в три горла? – Принц слегка ткнул сапогом в необъятное пузо вице-короля.

Конова с изумлением поймал себя на том, что всецело согласен с его высочеством.

– Я вел переговоры с сулджаком Хасхугебским, – ответил Пиммер. Не увидев на их лицах понимания, он пояснил: – Это духовный лидер всех племен здешних земель. Его слушаются все, от вождей до козопасов. Именно благодаря его вмешательству торговые пути продолжают функционировать. Только он способен договориться с племенем гаура. А ведь это половина местного населения. Сулджак помог нам заключить с ними договор, и благодаря этому остальные племена тоже ведут себя тихо. Без него мы бы тут пропали, тем более сейчас!

Принц помахал рукой перед лицом, разгоняя мух.

– Пиммер, я смотрю, ты как был свечкой без фитиля, так и остался. Торговые пути функционируют потому, что на них стоят наши заставы и их стерегут солдатские патрули.

Он указал на Конову.

– Среди войск, имеющихся в вашем распоряжении, находятся прежние «Железные эльфы». Несмотря на былые проступки майора, в которые мы сейчас вдаваться не будем, это был лучший из полков ее величества. Кстати, он и сейчас продолжает оставаться таковым под моим командованием. Я уверен, что эльфы, которые здесь служат, успешно справляются с тем, чтобы держать в узде местное отребье.