Свет пылающих теней - Эванс Крис - Страница 32

– Вы общаетесь с королевой?! – Конова невольно повысил голос.

– Не напрямую, нет. Мы общались... через посредников. Это очень прозорливая женщина. Она питает неутолимую жажду знания.

– Ага, как и ее сын. – Майор поспешно оглянулся через плечо и с облегчением выдохнул: принца нигде видно не было.

Сулджак печально улыбнулся.

– Это не совсем так. Принц ищет знания, он буквально пленен знанием, и ему кажется, будто сам факт накопления знаний способен привести к переменам. Ее величество куда практичнее. Она собирает знания не ради знаний, но ради определенной цели.

– И какова же эта цель?

– Сделать кончину империи мирной.

Конова едва не улыбнулся, но тут же понял, что собеседник не шутит.

– Она так и сказала?!

– Королева не глупа. Далеко не глупа. Мир меняется, майор. Возвращение Звезд лишь обостряет те процессы, которые подспудно протекали многие годы. Скажите, все ли эльфы Недремлющей стражи довольны властью Калагрии? А как насчет гномов, эльфидов, других народов? Возвращение Звезд дает толчок тому, что уже существовало и без них.

– Вы говорите о восстании, мятеже, – ответил Конова. – Когда упала та Звезда, это принесло смерть сотням и сотням эльфидов. Они умерли оттого, что верили в ложь. А их землей по-прежнему правит империя.

– Это так, но тысячи и тысячи остались жить. И Эльфия начала меняться. Алая Звезда вернулась, и теперь уже она, а не империя представляется истинной хранительницей и правителем Эльфии. И эта простая истина сильнее тысячи пушек. Оставленный вами саженец породил нечто куда большее, нежели магическое дерево. Он дал начало идее свободы.

Конова отступил на несколько шагов и окинул взглядом сад, чувствуя себя так, словно опять очутился в дебрях Эльфии. Ощущение не из приятных.

– Допустим даже, что вы правы, и следующая Звезда, Самоцвет Пустыни, вернется именно сюда, в ваши края. И что? Серьезные опасности, с которыми на самом деле может справиться только империя, никуда не денутся. Или вы полагаете, будто Темная Владычица не решится сунуться так далеко на юг?

– Я совершенно уверен, что Она это сделает. В этом отношении Она куда менее прозорлива, чем ее величество. Королева понимает, что времена империй и единовластия подходят к концу. А Темная Владычица этого не видит.

Конова покачал головой.

– Я видел, на что способна Темная Владычица. Если Она сумеет закрепиться в вашей пустыне, никто, кроме империи, не сумеет выбить Ее отсюда.

– Что ж, если так, то как удачно, что здесь оказались вы! – произнес старик без малейшего сарказма. – Увы, Темная Владычица запоздала с завоеванием этих земель на несколько тысяч лет. Здесь уже существует смертельно опасная сила, которая угрожает всем.

– Вы имеете в виду Каман-Рала? – Конова снова подошел к сулджаку. Он подумал, не стоит ли упомянуть о происшествии на острове, и решил воздержаться. – Я слышал эту легенду, по крайней мере частично. Вы хотите сказать, что он вернулся?

– Не знаю. В пустыне что-то происходит. Ходит множество слухов. Известно только, что его тело, как и тело драконицы, которую считали его женой, так и не нашли. Говорят, они погребены вместе с его библиотекой и городом Урджаллой. Что из этого правда, а что суеверные сказки, я сказать не могу, однако в последнее время вокруг распространилось достаточно много тьмы, и она позволяет предположить, что считавшееся прежде невозможным ныне стало всего лишь невероятным.

– Я веду войну с Темной Владычицей. Ну и со всеми врагами империи, – добавил Конова. – И если Каман-Рал или некие наследники его могущества попытаются нам помешать, мы с ними разберемся. Следом за нами идут еще корабли. Принц намерен отыскать место, где упокоился Каман-Рал.

– Надеюсь, ему это удастся.

– Надеетесь? Вас не заботит, что империя разграбит наследие вашего народа?

– У меня много забот. Меня заботит и возвращение Каман-Рала, и вторжение Темной Владычицы, но все это бледнеет в сравнении с главной моей заботой.

– И что же это за забота?

– Вы.

– Я?

Сулджак кивнул.

– Вы недавно упомянули о том, что спите превосходно. К сожалению, не могу сказать того же о себе. В последнее время меня преследуют дурные сны. И знаете, что я в них вижу? Вас, майор. Вы держите в руках Самоцвет Пустыни, точно так же, как прежде, в Эльфии, держали в руках судьбу Алой Звезды. Некогда вы отреклись от этого могущества ради того, чтобы сберечь земли эльфидов. Очень самоотверженный поступок, майор. Скажите мне, способны ли вы сделать это еще раз?

– Мой долг – защищать империю, и я буду делать именно это.

Фейдар на миг склонил голову, потом вскинул ее и посмотрел на Конову в упор. Его глаза уже не смеялись.

– А мой долг – защищать мой народ и его землю. И я буду их защищать, чего бы это ни стоило.

Конова понял.

– Я воюю не с вами, Фейдар. Я здесь ради своих эльфов. А когда я их отыщу... у меня уже есть свой враг, которого необходимо одолеть, и это Она, а не вы.

Оба надолго умолкли. Вода в фонтане журчала и булькала, стекая по краям каменной чаши и падая вниз. «Какое расточительство, – думал Конова, – устраивать фонтан в этой стране, сухой, словно кость!» При виде воды, сочащейся сквозь трещины каменных плит, он невольно представил себе пролитую кровь. Да, этот фонтан и впрямь подобен империи. «Столько смертей, и чего ради? Если империя действительно распадется, ради чего это все вообще нужно?» Конова посмотрел на сулджака.

– Королева здесь не единственная, кто ведет хитрую игру.

Сулджак Хасхугебский подмигнул майору и похлопал его по руке.

– Решительно не понимаю, о чем вы толкуете!

Он отнял ладонь.

– Кстати, если кто-то желает незаметно покинуть это празднество, ему стоит обойти вокруг фонтана. Позади него есть дорожка, которая ведет к боковому выходу и обратно на территорию дворца, минуя двор.

Гости на вечеринке на миг вздрогнули, услышав громогласный вопль, раздавшийся откуда-то из-за стены. Впрочем, они тотчас снова вернулись к беседе: тревожиться было не из-за чего, вопили явно от радости.

Глава 17

Собрав все мужество в кулак, Элвин поднялся на второй этаж «Синего скорпиона», отдернул шелковую занавеску и очутился в комнате, не похожей ни на одну из виденных прежде. Да и пахло тут совершенно непривычно. Он понятия не имел, что за ароматы витают в воздухе, однако все вокруг выглядело крайне мягким и гостеприимным. Юноша поморгал и огляделся по сторонам. Собственно, в обстановке рядовой Ренвар ничего примечательного не заметил, в связи с ее отсутствием: лишь знакомые подушки громоздились на полу. Но вот при виде тех, кто сидел на них, его единственное колено едва не подкосилось.

Женщины. Много женщин. Куда больше, нежели Элвину случалось видеть в одном месте зараз. Впрочем, сколько их, он определить не мог, так как зажмурился, едва обнаружив, что платья на них совершенно прозрачные. «Все насквозь видно, и под одеждой у них ничего нет!» Впервые с момента, когда его слуха коснулся мяукающий вой рекки, Элвин испытал еще больший ужас.

Не открывая глаз, он снял очки, протер их о мундир и надел снова. Потом рискнул приподнять одно веко. Женщины по-прежнему находились здесь, причем все они разглядывали вошедшего солдата. Одна из них хихикнула, прикрывшись разукрашенной самоцветами ручкой, и Элвин невольно уставился на нее. Выглядела она волшебно. Она олицетворяла само совершенство. Ее кожа, длинные черные волосы, ярко-зеленые глаза, изящный изгиб руки, покоящейся рядом с... взгляд Элвина поспешно вернулся к глазам.

– Я-а... это... ну, мне вроде как положено выбрать, да? Выбрать одну из вас. Так? Э-э... то есть если это так полагается.

Он не сомневался, что не полагается. «Ну почему Йимт не предупредил, что их тут так много?!»

– Ах да, я рядовой Ренвар. То есть Элвин. Привет.

К первому смеющемуся голосу присоединились другие. Юноша мог бы поклясться, что его деревянное колено подкашивается вместе с живым. «Ну зачем я сюда вообще полез?!»