Свет пылающих теней - Эванс Крис - Страница 42

– Сержант тут пока все-таки я. – Он достал карту из-за пазухи и протянул ей. – Смотрю, вы сильно торопитесь. Едете куда или так, бриндов прогулять решили?

Ралли затянулась сигарой, кончик ее ярко вспыхнул. Она проигнорировала вопрос Йимта, склонилась над картой и принялась ее изучать при свете сигары.

– Скажите, сержант, а как вам... ах, простите: как рядовому Ренвару удалось добыть эту карту?

Йимт еще раз взглянул на Элвина и ответил Ралли:

– Мы повстречали гнома, одного из тех тридцати четырех уцелевших во Фрилликовых копях, можете себе представить? И, узнав, что мы направляемся в пустыню, он откопал у себя эту карту. Очень любезно с его стороны, не могу не отметить.

Ралли продолжала изучать карту.

– Ах вот как? А сам он что делает в здешних краях?

– Он в отставке, – сказал Йимт. – Подозреваю, сюда он перебрался ради жары. А то в горах-то зимой холодно.

– Да, действительно... Ну что ж, это и впрямь очень любезно с его стороны. И карта куда более подробная, чем все карты Хасхугеба, имеющиеся у принца. Я так понимаю, этот гном еще отчасти и исследователь...

– Гриц? Да нет, он тут корзинами на рынке торгует. Ну и, наверное, малость приторговывает всяким левым товаром, судя по тому, как выглядит его лавка. Но надежный, как тонна свинца, – ответил Йимт.

Ралли выпрямилась, вынула сигару из зубов.

– Гриц Ярфель?

Йимт кивнул.

– Да, он самый, – медленно ответил он. – А вы с ним знакомы?

Элвину померещилась в его тоне ревнивая нотка. До сих пор Йимт был единственным гномом в жизни Ралли, если не считать ее келуинского издателя, но Элвин знал, что про того Йимт не в курсе.

– Да, кажется, я с ним сталкивалась как-то раз, много лет назад, за много морей отсюда, – ответила она, излишне торопливо, на взгляд Элвина. – Нам, я так понимаю, по пути? Просто не верится в случайное совпадение.

– То есть вы в пустыню ехали? Что, прямо вот так, втроем? – осведомился Йимт.

– Видите ли, сержант, события вновь разворачиваются довольно стремительно. Некоторое время назад Тиул с Джурваном сошли с корабля и отправились выслеживать кого-то в песках. – Она взглянула на небо, затем продолжила: – Поскольку возвращения Звезды следует ожидать с минуты на минуту, наше любопытство не позволило нам усидеть на месте. Тем более что все дороги, похоже, ведут прямиком туда.

Она ткнула пальцем в карту, к востоку от горы Сугундам. Элвин заглянул Йимту через плечо, чтобы лучше видеть.

– Костяное ущелье, замечательно! – сказал Йимт. – По всей вероятности, живописное местечко, в самый раз для пикников. Вряд ли в таком месте могло когда-то случиться что-то неприятное или, скажем, кошмарное.

Элвин взглянул на Сколли, ожидая неизбежного вопроса насчет пикников, но Сколли только почесал руку и промолчал. Неужели Сколли наконец-то научился понимать шутки Йимта? «Просто ночь чудес какая-то!»

Прочие солдаты столпились вокруг.

– Не нравится мне, как все это звучит! – заметил Неваляшка. – Почему Костяное ущелье? Почему бы не назвать прямо: «Чертова задница, где водятся чудища»?

– Ну, про чудищ никто ничего не говорил, – возразил Йимт.

– Это не обязательно, в последнее время они взяли привычку появляться без предупреждения, – сказал Неваляшка.

– Тем больше причин смотреть в оба.

Гном отогнал солдат подальше от фургона. Элвин тоже хотел отойти, но Йимт знаком велел ему остаться. В окошке одного из домов вспыхнул свет.

– Поняли, что я имею в виду? Растянитесь вокруг и будьте начеку!

Йимт вспрыгнул на козлы, пригляделся, потом протянул руку Элвину и помог ему забраться наверх.

– Неваляшка-то прав. Странные вещи творятся. Элли что-то почуял некоторое время назад. Да что там: даже я и то насторожился, – сказал он, глядя в небо. – Вон тот синий свет, он ведь не просто так, верно?

Ралли склонила голову набок.

– Интересно! Да, мы тоже почувствовали. Рискну предположить, что скоро большая часть Назаллы что-нибудь да почует. Возвращается еще одна Звезда.

Йимт присвистнул.

– Ну вот, снова-здорово! Ладно, я схожу предупрежу ребят, а остальные побудут тут с вами, пока те не подойдут, и можем выдвигаться.

Не успел он договорить, а Ралли уже качала головой.

– Нет. Нельзя терять ни минуты. Звезда вот-вот упадет. Нам нужно очутиться там. Полку придется догонять нас, по возможности.

Теперь уже Йимт покачал головой.

– Еще чего! Одних я вас туда не пущу. Опасно это. Все мы видели, что бывает, когда Звезда падает.

Внимание Элвина привлекло какое-то движение на улице позади фургона. В окнах зажигались все новые огоньки, кое-кто уже вышел на улицу. Некоторые даже поднялись на крыши. И все смотрели в небо.

– Мы не одни! – сказал Элвин, дернув Йимта за рукав.

Гном вполголоса выругался и посмотрел на Ралли.

– Слушайте, для вас эта политика как воздух: что тут сейчас начнется?

Ралли оглянулась через плечо.

– Ну, если в двух словах: империя является во всей своей мощи и в ту же самую ночь на землю возвращается Самоцвет Пустыни, путеводная Звезда Просторов Хасхугеб. Кто здесь не сочтет это знаком нелегитимности намерений империи?

Слова «нелегитимность» Элвин не знал, но идею уловил.

– То есть местные взбунтуются, да?

Ралли печально улыбнулась.

– Перемены всегда даются недешево. Кто-то придет в восторг, но большинство сперва испугаются, потом встревожатся, а дальше впадут в ярость. Вы видели, что творилось в Эльфии. А на этот раз все будет гораздо хуже. Сам мир, каким его знали эти люди, пришел в движение у них под ногами и над головами. Если бы империя всего лишь обороняла своих граждан от древней силы вроде Каман-Рала или Темной Владычицы, все было бы проще и ситуация оставалась бы сравнительно стабильной... но Звезды меняют все.

– Откуда же в них столько мощи? – спросил Элвин. Он воспринимал мощь магии примерно в том же ключе, как мощь пушки. – Как они могут так сильно влиять на умы?

Ралли вынула сигару из зубов и помахала ею в воздухе.

– Они влияют на умы не напрямую. Могущество не в самих Звездах, а в том, что они представляют. Возьмем, к примеру, мундир, который ты носишь. Под мундиром ты такой же человек, как и любой другой... ну, более или менее. Но, надев мундир, ты становишься сверкающим острием длинного-предлинного штыка, который держат в руках те, кто правит Калагрией. И это острие упирается в грудь многим народам уже несколько сотен лет. И вот возвращается Звезда, сила, к которой ты, точнее, империя, представителем которой ты являешься, никогда не относилась всерьез. Эта Звезда не сулит ничего, кроме возможностей изменить мир.

– Все это здорово и замечательно, – сказал Йимт, – но одних я вас туда не пущу!

– Думаю, мы не можем вернуться, даже если бы захотели, – заметила госпожа Рыжая Сова.

Над Назаллой вставала рукотворная заря: тысячи людей зажгли фонари и высыпали на улицы. Вдалеке слышались возбужденные крики. И Элвин даже различал отдельные слова.

– Языка их я не понимаю, но эти крики звучат зловеще, – сказал он.

В звучащих на улицах голосах все сильнее слышался гнев, эмоция более чем знакомая, и гнев наполнял эти голоса нарастающей силой. Народ Назаллы твердо намеревался не позволить империи забрать их Звезду себе.

– Я понимаю, – откликнулась Ралли, – и ты прав: ничего хорошего они не говорят.

– Ну ладно, ехать так ехать. Эй вы! – скомандовал Йимт. – Забирайтесь в фургон, да поживей! Мы уезжаем!

Впереди, ярдах в двадцати от фургона, собралась небольшая группа людей, перегородившая улицу. Они негромко переговаривались между собой, опасливо наблюдая за солдатами. Оружия Элвин не заметил, но под этими их балахонами можно было спрятать что угодно. И все время подходили новые люди. Толпа росла. Ропот нарастал. И чем больше людей становилось, тем больше они смелели. Добром кончиться это не могло. Скоро улица настолько заполнится народом, что фургон попросту не проедет.

– Слушайте! – сказал Йимт. – Глупостей не делать, не стрелять ни в коем случае. Они не готовы открыто нападать на солдат империи... пока. Давайте попробуем тихо-мирно проехать, не давая им повода напасть. Сидеть смирно, не орать, резких движений не делать, и, ради всего святого, во что бы вы там ни верили, никакого ледяного пламени не показывать!