Тьма, выкованная в огне - Эванс Крис - Страница 20

   Бросив поводья кавалеристу, Конова замер напротив рыжеволосого великана. Попытка углядеть на лице того хоть какое-то проявление чувств успеха не принесла. Голубые глаза оставались непроницаемы. Постепенно молчание распространилось от них кругами, точно волны по поверхности омута.

   Внезапно герцог ринулся вперед, сграбастал Конову в охапку и оторвал от земли.

   — Ах ты, жалкая пародия на солдата! Я-то думал, ты сгинул давно!

   Объятия герцога ничем не уступали объятиям рекки, хотя и числились дружескими. Придушенный эльф отчаянно задергался. В конце концов, чтобы вновь оказаться на ногах, ему пришлось отрывать от себя массивные лапищи.

   — Я тоже рад тебя видеть, Джаал, — улыбнулся он, сделав шаг назад.

   В ответ на покрытом шрамами лице сверкнул в ответ ряд белых зубов, а Конова вдруг осознал, как же ему не хватало этого верзилы.

   Их внимание привлек дикий вопль справа. Несколько лошадей шарахнулись в стороны. К шатру во весь опор неслись двое рядовых, преследуемые здоровенным бенгаром. Конова затряс головой. Беглецы, гном и человек, прижались к стенке палатки, а хищник надвигался на них, задрав башку и принюхиваясь.

   — Джир! — заорал Конова. — Не жрать!!!

   — Телки толстомясые! — выпалил гном. — Так это твоя животина?

   Второй солдат лихорадочно тер очки, будто не веря собственным глазам.

   Возможно, эльфу следовало одернуть наглеца, указав на то, что он имеет дело с офицером, но у коротышки денек и так не задался, потому Конова не видел смысла портить ему настроение дополнительно.

   — В целом — моя. Но обычно он себя так не ведет. Последний раз я видел его таким агрессивным несколько дней назад, когда он сожрал парочку рекк.

   Гном выпучил глаза. Его напарник перестал протирать очки. Вид у него сделался такой, словно он вот-вот грохнется в обморок.

   — Сожрал? Сожрал! Но мы-то не рекки! — опять завопил гном. — Мы всего лишь пристрелили одного из них.

   Конова похолодел. Четвертый рекка? Сюда-то он зачем явился?

   — Где труп?

   Гном выпустил в Джира струю кругового сока. Зверь зарычал, присев на задние лапы. Дурной знак.

   — Сперва отзови свою зверюгу, а тогда я тебе, может, и расскажу, морда эльфийская!

   — Вы ему все расскажете прямо сейчас, рядовой! — Голос Рейкстроу прогремел разящим молотом.

   — Простите, господин полковник, я вас не заметил! Тут это чудище пытается сожрать двух лучших солдат ее величества. Отважнейших, если можно так выразиться, зесеров, несущих службу на дальних рубежах ее славной империи и принадлежащих ей владений!

   — Доблестно охраняя фургоны Торговой компании Внешних территорий? — скептически закончил Джаал. Он покосился на Конову и страдальчески закатил глаза. — Ну же, рядовой, выкладывайте, покуда мы не состарились, а вас не порвали на тряпочки.

   — Слушаюсь! — Гном вытянулся в струнку и отдал честь герцогу. — Так вот, сэр, как я только что собирался сказать, мы эту тварь спалили на костре, вернули ее в адское пламя, из которого она явилась, и от нее остался лишь прах да обугленные кости. Осмелюсь доложить, мы неплохо потрудились, сэр! — закончил он, покосившись на Конову.

   — А эта тварь ничего не говорила? — осведомился Конова, чьи надежды разрешить загадку мало-помалу таяли.

   Коротышка негодующе вскинул брови.

   — Вы не обижайтесь, сэр, но поболтать с ней нам как-то в голову не пришло.

   — Ладно, хватит с них на сегодня! — шепнул Джаал эльфу.

   Конова огляделся. Толпа начинала собираться снова. Он кивнул.

   — Утихомирь свою зверюгу и айда в палатку. — Джаал торопливо убрал ладонь с рукояти Волчьего Клыка. — Вечно ты дурной пример подаешь!

   — Джир, ко мне! — скомандовал Конова, указав бенгару место у входа.

   К его крайнему изумлению, Джир повиновался. Он попятился прочь от перепуганных солдат, однако хвостом к ним так и не повернулся.

   — Я бы советовал вам обоим вымыться, чтобы избавиться от запаха, — посоветовал эльф гному и очкарику.

   Он окинул суровым взглядом прочих солдат, разом вспомнивших о других, куда более важных делах.

   — Кто бы говорил! — буркнул коротышка, уволакивая за собой второго бойца.

   Сперва они бочком-бочком просеменили подальше от палатки, затем пустились наутек.

   Конова вздохнул и направился в шатер вслед за герцогом. Обстановка внутри в точности соответствовала духу Джаала: скудная, скромная, каждая вещь на своем месте. Четверть брезентового сооружения занимала простая койка с деревянной рамой. Чуть дальше виднелось начищенное седло с аккуратно подобранными стременами — хоть сейчас на парад. В головах койки стоял складной деревянный стул. На спинке его висел голубой кавалерийский мундир Джаала, а поверх него красовался шлем с алым султаном. Запасные сапоги, маленький дорожный сундучок, доска, пристроенная поверх двух плетеных ящиков из-под боеприпасов, служившая столом. На центральном шесте висела лампа. Вот, собственно, и все.

   — Я смотрю, быть герцогом не особо выгодно, — заметил Конова, окинув взглядом паутину в углу.

   По лицу его друга проскользнуло непонятное выражение, но оно тут же сменилось улыбкой.

   — Дикарем, я смотрю, тоже, — парировал Джаал. — Разве что зверушку себе завел. Ручную.

   Стул он предложил Конове, а сам уселся на кровать. Тюфяк, накрытый холщовым одеялом, просел едва ли не до земли.

   — Помнится, с лесом у тебя отношения складывались не самые теплые. Как ты его называл? «Мерзкое, грязное место с кучей комаров»?

   Улыбка Коновы слегка угасла.

   — Многое изменилось.

   Джаал кивнул.

   — Ну да, по крайней мере, в этом отношении. Ладно, теперь ты вернулся. Это знает весь лагерь, очень скоро это узнает вся армия. Ко мне только что прибыл гонец от Руула с приказом задержать тебя от имени, ни много ни мало, самого принца. Но пропади я пропадом, если понимаю, что происходит. Они оба явятся сюда через несколько дней с какой-то дурацкой инспекцией, так что, видимо, тогда и узнаешь.

   — В смысле, тогда и узнаем? — уточнил Конова.

   Герцог ответил не сразу. Эльф даже засомневался, слышал ли его Рейкстроу.

   — Я еду охотиться на запад, — произнес наконец великан.

   Они давно не виделись, но эльф чувствовал, насколько его друг встревожен. Но чем?

   — На орков? Ты же вернешься через пару недель. Наша главная головная боль не орки, и ты это знаешь. Я сам думал, что положил конец Ее влиянию в этой части мира, но сдается мне, избавив мир от одного из Ее прислужников, я только нажил себе кучу неприятностей.

   Джаал усмехнулся.

   — Убив вице-короля, ты оказал миру серьезную услугу. Ты прости, что не вышло…

   Конова оборвал его взмахом руки.

   — Мне только не хватало, чтобы ты из-за меня и собственную карьеру загубил! К тому же я знаю, что ты сделал для моих ребят. Если бы кое-кто при дворе добился своего, железных эльфов раскидали бы по всей армии. Ты позволил им остаться вместе.

   Герцог замахал руками.

   — Тоже мне услужил! Их отправили по крепостям в южных пустынях за морем. Песок, верблюды. Ни единого деревца на сотни миль. Тут и человеку радости мало, каково же эльфам, выросшим в лесу!

   — Не просто эльфам. Железным эльфам. Мы все же не настолько привязаны к деревьям, как другие. Хотя, конечно, им пришлось нелегко.

   — Думаю, вряд ли они возненавидели тебя, если ты об этом. Ты сделал то, что следовало, и они это знают.

   Конова опустил голову.

   — Может быть. У меня был год на то, чтобы это обдумать. Иногда я спрашивал себя… — Он вскинул голову, отгоняя прочь ненужные сомнения. — Довольно об этом. Так, значит, в городе новый вице-король?

   Джаал кивнул, но не улыбнулся.

   — Фальтинальд Гвин, пронырливый хорек… ой, извини, опытный дипломат! Вчера вечером вызвал меня к себе во дворец. Утверждает, будто орки балуются магией и прочим колдовством, которое им явно не по уму. Говорит, будто они якшаются с Ней и этими рекками.