Тьма, выкованная в огне - Эванс Крис - Страница 43

   — Ну а что собирались делать эти люди, кроме как вырубать леса, чтобы расчистить место под пашни, строить дороги и рыть землю в поисках металлов? — Лицо у девушки было такое напряженное, как будто она изо всех сил сдерживалась, чтобы не поразить его молнией. — Если эльфы Недремлющей стражи не будут заботиться об этом мире, кто тогда о нем позаботится? Ваша ненаглядная империя, которая несет свою «цивилизацию» на остриях штыков? Ваши хозяева идут путем огня и насилия. Если что-то не желает меняться в угоду вашим потребностям — сжечь его! Если кто-то не склоняется перед вашей волей — убить его! Естественный ход вещей в мире нарушен. Неужели вы думаете, что такое способно продолжаться вечно без всяких последствий?

   Конова не успел даже подумать над ответом. Их разговор прервал подбежавший солдат.

   — Прошу прощения, сэр, там у нас человек помирает. Ведьма нужна.

   Боец тяжело дышал, глядя широко раскрытыми глазами. Несомненно, он только что закончил бой.

   — Отведите меня к нему. — Висина демонстративно повернулась спиной к Конове и нырнула в темноту.

   Солдат растерянно переводил взгляд то на смутный силуэт девушки, то на майора.

   — Проводите ее! — рявкнул эльф, направляясь вслед за ними через разоренный лагерь.

   Повсюду, куда ни глянь, валялись дохлые фаэрауги. А еще обрывки мундиров, сломанные мушкеты, перевернутые котелки. Скользя по ним глазами, Конова пытался воспроизвести в памяти, как выглядел лагерь до нападения.

   — Расступись, господин майор идет со своей ведьмой!

   Солдаты послушно убрались с дороги, пропустив их к раненому. Человек лежал на спине с прижатыми к животу руками. Конова и Висина опустились на колени по обе стороны от него.

   — Д-добрый вечер, г-господин майор…

   — Я вас помню. — Эльф взглянул в единственный глаз раненого.

   Лицо солдата заливала кровь, из груди вырывались клокочущие звуки.

   — Да… да, сэр. Мерри меня звать. Дерьмовая выдалась ночка, простите за грубое слово. Я делал все, что мог. Вас не подвел…

   Он зашелся кашлем. На губах его показались багровые капли. Правая рука соскользнула с тела, и Конова бережно поправил ее, уложив на зиявшую посреди живота рану. Кожа бойца начинала холодеть.

   — Я знаю, Мерри. Ты отдыхай, береги силы. Госпожа Текой тебе поможет.

   Эльф перевел взгляд на Висину.

   — Лучшая новость за весь день!.. — выдавил солдат и снова закашлялся.

   Конова склонился над ним.

   — Вы сумеете ему помочь? — шепнул он девушке.

   Висина покачала головой.

   — Но меня же вы исцелили! Неужели ничего нельзя сделать?

   В бою всегда можно собрать волю в кулак и выстоять, но сейчас эльф чувствовал себя совершенно бессильным. Нынешняя ситуации не решалась при помощи оружия. От стойкости не было ни малейшей пользы. Солдаты его полка снова умирали, а он ничего, абсолютно ничего не мог поделать!

   Висина встала, отошла от Мерри на несколько ярдов и жестом подозвала к себе Конову. Убедившись, что солдаты их не слышат, она прошипела:

   — Вы что, совсем ничего не смыслите в магическом искусстве? Для вашего исцеления я воспользовалась вашей же собственной энергией и силой земли, что нас окружала!

   Она взглянула на Мерри, и лицо ее смягчилось.

   — У него недостаточно сил для заживления раны, а эта земля, — девушка носком туфли колупнула пыль под ногами, — мало чем способна помочь. Неужели вы сами не чувствуете? Она отравлена. Здесь нарушен естественный порядок. Что-то изменяет этот край. Фаэраугов здесь не видели много лет, и даже когда они тут жили, они никогда не бывали такими огромными. Все, что я могу, так это облегчить его страдания.

   Тело кольнуло ледяной иглой, и Конова машинально потянулся к мешочку на груди. Пальцы сомкнулись вокруг желудя. Опустив руку, он вопросительно взглянул на Висину.

   — Нет! — воскликнула она. Несколько солдат обернулись в их сторону. Девушка продолжила более тихим голосом. — Это все равно что поливать водой утопленника! Разве вы не чувствуете, что это за сила?

   — Отец не дал бы его мне, если бы это было настолько опасно! Неужели вы не можете использовать его, чтобы спасти Мерри? — Конова достал из-за пазухи подарок старого мага и протянул девушке. — Я ведь сейчас не прошу ничего уничтожать, только спасти!

   Она долго смотрела на кожаный мешочек в его ладони, затем подняла глаза на эльфа. Взгляд ее выражал сожаление и, похоже, страх.

   — Нет, не могу.

   — Уже не надо. — Голос Лориана, незаметно подошедшего к ним, заставил обоих вздрогнуть. — Он умер.

Глава 22

   — Не браните ее, майор. Мерри все равно бы никто не спас, — произнес старший сержант.

   Конова молча смотрел перед собой. Они с Лорианом брели через лагерь. Вокруг стоял непривычный шум. Одни солдаты со смехом передавали по кругу бутылки, на которые заместитель командира полка старательно закрывал глаза, другие глядели в темноту, сжимая мушкеты трясущимися руками.

   — Займите их чем-нибудь, — сказал эльф. — Пусть у них не будет времени задуматься о том, что произошло. Поступайте с ними, как посчитаете нужным. Пусть хоть сортиры роют отсюда и до рассвета, главное, чтобы не думали.

   — Я позабочусь об этом, майор, но думать они рано или поздно все равно станут. И если это как-то связано с нашей миссией…

   Конова вздохнул.

   — Вы тоже полагаете, что это нападение не было случайным?

   Лориан покачал головой.

   — Это хорошо. Если бы вы так думали, мне бы пришлось предположить, что герцог навязал мне тупицу.

   Гортанное всхрапывание, перемежающееся низким раскатистым ревом, возвестило о возвращении бриндов и мурафантов. «Ну, по крайней мере, без припасов полк не остался, на худой конец, забьем этих!» — злобно подумал Конова.

   К ним подошел солдат с фонарем и протянул Лориану бумагу. Проглядев ее, старший сержант поморщился.

   — В первой роте трое убитых, во второй пятеро, в третьей один. Кроме того, двадцать два раненых, трое из них — тяжелые.

   — А сколько фаэраугов мы перебили? — поинтересовался Конова. Впрочем, сколько бы ни было, цена все равно получалась слишком высокой.

   — Штук пятьсот — шестьсот, — ответил Лориан. — Это, конечно, не особо утешает, но после того, как ребята опомнились от первого потрясения, они держались молодцами!

   Конова кивнул, огибая перевернутый котелок и изорванный вещмешок с рассыпанным и втоптанным в грязь содержимым.

   — Я хотел бы представить к награде нескольких солдат. В частности, рядового Аркгорна. И тех парней, — эльф замялся, — ну, которые носят мечи. Они спасли мне жизнь, когда я упал.

   Вид у Лориана сделался озадаченный.

   — Насчет гнома вы правы, сэр, он действительно вояка отменный. Но вот о каких других вы говорите? Наши все вооружены мушкетами, штыками и небольшими кинжалами. Конечно, у пары-тройки найдется кое-что в загашнике. У Аркгорна его друкар, у меня и других сержантов — алебарды, а все остальное, что с длинным клинком, носят только офицеры.

   Конова прижал правую руку к груди, но тут же отдернул, заметив, как уставился на него Лориан.

   — Значит, они были с мушкетами, а мне показалось. Хорошо, обсудите с другими сержантами и к утру подайте мне список представленных к награде.

   Тут их разговор прервался, поскольку из-за соседней купы лиан донеслись подозрительные звуки. Конова обнажил саблю, а Лориан взял наперевес алебарду. Молча переглянувшись, они обогнули раскидистые стебли, ожидая нового подвоха. Но увидели только одинокую фигуру в плаще и с фонарем в руках, пинками собиравшую в кучу дохлых фаэраугов.

   — Ралли! — окликнул ее Конова.

   — А, майор! И вам, старший сержант, добрый вечер. — Оторвавшись от странного занятия, пожилая женщина одарила их дружеской улыбкой. — Извините за беспорядок и глядите под ноги. Некоторые из них еще живы!

   Она рассмеялась, затем метким ударом ноги отправила дергающегося паука в нагромождение рядом с первым.